Нужные
— Почему похмелье длится в разы дольше вечеринки?
— Так природа напоминает нам, что всему есть своя цена.                                                                                   (с) Библиотекари.
Пост недели от Чон У безумия острые грани... Оно вонзается под кожу раскаленными иголками, расползаясь по венам жидким металлом, и отдает болезненным импульсом в висках. Бесполезно цепляться за остатки здравого смысла, когда привычный мир скатывается в глубокую сточную канаву. Кажется, еще совсем немного, и она сама тронется рассудком, превратившись в сумасшедшую арлекиншу, что сошла со страниц популярного комикса.

CROSSTELLER

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSTELLER » Гостевая книга » Нужные персонажи


Нужные персонажи

Сообщений 1 страница 30 из 65

1

— заявки оформляются строго по шаблону представленному ниже;
— в списке всех заявок, красной * помечаются выкупленные заявки;
— выкуп заявки означает, что всё, что указал заказчик в ней должно быть вами соблюдено, а так же вы не имеет право занять роль в обход данной заявки. необходимо связаться с заказчиком до подачи анкеты;
— анкеты на персонажей, представленных в этой теме, должны быть одобрены заказчиком заявки и лишь после этого могут быть приняты администрацией;
— если заявка не выкуплена, а вам не нравятся условия, озвученные в ней, вы в праве взять персонажа в обход заявки;
— мы просим не злоупотреблять заявками и адекватно оценивать свои силы, ведь вы должны будете обеспечить игрой того, кто придёт по вашей заявке;
— заказчик вправе потребовать освободить роль если вы шли по его заявке, в следующих ситуациях: при несоответствии указанным в заявке критериям и требованиям уже после принятия анкеты, при нежелании взаимодействовать с ним, при отсутствии игры и далее. однако, каждый случай будет рассматриваться администрацией индивидуально;
— в случае, если заказчик, по заявке которого вы приняты на проекте, так же проявил нежелание взаимодействовать с вами, как со своим нужным и не обеспечил игрой, вы в праве написать администрации и в дальнейшем сменить роль по упрощённой схеме, а так же получить бонус, в качестве извинения;


— NAME SURNAME (латиница) —
[название вашего фэндома на английском]
--
[имя знаменитости на англ. или original]

— ОБЩЕЕ —
Свободное описание вашего нужного. Пожелания по отношениям и истории.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Здесь указывайте ваши требования/пожелания к будущему игроку

— ПОСТ —

пример вашего поста

— ШАБЛОН ЗАЯВКИ —
Код:
[align=center]
[font=Yeseva One][size=25]— NAME SURNAME (латиница) —[/size][/font]
[название вашего фэндома на английском]
[img][/img]
[size=10][имя знаменитости на англ. или original][/size][/align]

[quote][align=center][font=Yeseva One][size=16]— ОБЩЕЕ —[/size][/font][/align]
[font=Fixedsys][size=14]Свободное описание вашего нужного. Пожелания по отношениям и истории.[/size][/font] 
[/quote]

[quote][align=center][font=Yeseva One][size=16]— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —[/size][/font][/align]
[font=Fixedsys][size=14]Здесь указывайте ваши требования/пожелания к будущему игроку[/size][/font]
[/quote]
[spoiler="[align=center][font=Yeseva One][size=16]— ПОСТ —[/size][/font][/align]"]пример вашего поста[/spoiler]

Отредактировано Mila Riley (2022-02-02 20:31:44)

0

2


— ANTONIO DAWSON —
[one chicago]
https://i.pinimg.com/originals/25/00/51/2500510ec951ac0214b0c1d0a1f48258.gif
[jon seda]

— ОБЩЕЕ —
То, что Доусон привёл меня в отдел расследований и был  моим наставником, пытающимся сдержать, к тому же, за всю мою экспрессивность — канон. И это безусловно, хочу оставить. Помимо прочего, хочу видеть в нём друга, брата, что всегда прикроет мне тыл и человека, которого я до последнего буду уважать, даже если он способен на определённые ошибки. Хотелось бы увидеть каноничного Доусона, с его моралью и проблемами, его характером. Мы со всем справимся вместе. Все люди, все лажаем, все ломаемся в какой-то момент. Что теперь. Разберёмся.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Сразу хочу сказать, что очень жду игрока, который ответственно подойдёт к этой роли, а именно — горит желанием быть Антонио, хочет развивать его историю, быть частью происходящего с отделом. Заявка от меня, однако, сразу хочу пояснить, что я  не единственный, кому бы хотелось видеть Доусона. Здесь есть его сестра Габриэла со своим мужем,  Ким, Этуотер, и другие представители Чикаго. Скучать не придётся. Сразу скажу, что основное и главное требование — поста два в месяц, хотя бы, от вас должно быть. Мы дружелюбные, сами любим флудить и далее, но мне нужна игра и с моим почти братом — особенно. Обо всём остальном договоримся, всё обсудим, со всем поможем, включая графику, всё подскажем. И нас много, и сюжетов много, скучать не придётся. Конечно, ждём его.

— ПОСТ —

В отдел возвращаемся в мрачном молчании - ни у кого настроения нет после увиденного. Два трупа детей с дырами во лбу - не самое приятное зрелище, даже если повидал уже немало за свою жизнь. К подобному всё равно никогда не привыкнешь, сколько не пытайся абстрагироваться, что работа есть работа. Единственное желание - головы оторвать тем, кто способен так поступить. И надеюсь, подобная возможность мне представится, когда мы их возьмём. Почти надеюсь, что будут сопротивляться, с использованием оружия, при нашей встрече. Лояльность там заканчивается, где подобное случается. Кому могли помешать двое десятилетних детей?
Район неблагополучный, ничуть не удивлюсь, если стали просто случайными жертвами. Или объектами чужой мести при разборках банд. Прежде всего нужно установить, кому родственниками приходились из местных, оттуда и пробовать плясать. Тела уже отправлены на вскрытие, попросили судмедэкспертов сделать его как можно быстрее, не дожидаясь до завтрашнего утра. Причина смерти без того очевидна, но нужно всё сделать правильно, не затягивая расследование. Предполагаем, что оба выстрела в упор были сделаны, тела затем не перемещали. Значит, дети не бежали, не пытались спастись от того, кого видели. Неизвестный пока ещё установлен, зато знаем, кому принадлежит дом. Хоть и сомневаюсь сильно, что это  нам поможет. Официально домовладелицей является миссис Ройстон, но насколько нам известно, сейчас в Нью-Йорке находится. Так что, проживать там может кто угодно. Три родных сына и куча племянников, не обязательно договор аренды заключён был. Ким пытается до неё дозвониться по всем известным номерам, пока всё глухо.
- Почти уверен, что разборки банд. Вряд ли что-то иное, следов сексуального насилия нет, значит - либо месть, либо просто стали свидетелями того, чего не были должны. Но в доме не было других трупов или следов их пребывания там, а их тела не перемещали, значит, вряд ли увидели там что-то на месте. Разве что, кто-то вломился, но вокруг не было бардака, не похоже, что искали что-то. Так что, я придерживаюсь версии, что это - месть или демонстрация силы.  Присаживаюсь на край собственного стола, поглядывая на команду, что собралась в урезанном составе. Антонио с Олински опрашивают жителей района, сразу оставшись на месте, мы возвращаемся сюда, чтобы разработать дальнейший план действий. Медлить нельзя - дело исключительно важное. К тому же, не знаем, чем продолжится и не первый ли это шаг в очередной войне. Шанс для которой весьма велик. Подобные дела всегда вызывают резонанс и привлекают много внимания общественности, что тут же превращается в разъярённую массу, требующую наказания для виновных. Это будет давить на департамент, а те в свою очередь на нас. Причём, заставляя работать не качественно, а быстро, чтобы вбросить информацию о подозреваемом в народ и успокоить его, заставить переключиться на более актуальные проблемы. Мы уже совершали подобные ошибки - когда в спешке приходили не к правильным выводам, хватали не тех. На моём веку подобного тоже хватало. Предпочёл бы в следующий раз обойтись без этого. Отдельной проблемой будет народ этого района, что вне всякого сомнения, выйдет на очередное восстание, против плохой работы полиции и прочего. Те, кому было это выгодно, просто "впишутся" в эту волну, подогревая огонь против врагов. Мы видели всё это тысячу раз. Так что, лучше закончить действительно побыстрее. И найти действительно виноватых. Не хотелось бы, чтобы ублюдок, убивший двух десятилетних детей, гулял на свободе, просто потому что у нас был более удобный подозреваемый.
- Статистически, это не действия маньяка и не тот дом, который они выбирают. Особенного удовольствия от подобного хладнокровного убийства не получишь, плюс, нет ощущения власти над кем-то, кто знает лучшую жизнь, чем большинство из них в детстве. В подобных обстоятельствах склоняюсь к тому, что кто-то решил оставить для кого-то послание или просто вырвать из его жизни дорогого ему ребёнка. Мальчики - не родственники, весьма возможно, что целью был лишь один, а второй оказался свидетелем. Так что, мне кажется, это ближе к нашей основной версии. Плечами только пожимаю, комментируя слова Этуотера про остальные возможные мотивы. Ничуть не собираюсь вступать в полемику  и даже понимаю, что он может быть прав. Никогда нельзя исключать никаких возможностей. Но почему-то уверен, что моя версия ближе к правде. Если бы нашли изувеченных и изнасилованных детей - один вопрос. Но это было быстро, хладнокровно и жёстко. Эксперты всё ещё продолжают работать на месте преступления, но уже говорят, что не могут найти ничьих следов. Значит, был  в перчатках. Продумывал каждый ход. И абсолютно не импульсивен - мы не нашли следов и всего остального, что хоть как-то могло бы нам помочь. Ненавижу подобные дела, когда даже начать особенно не с чего.
Оборачиваемся к Ким, которая сообщает, что всё ещё не оставляет попыток связаться с мисс Ройстон, но та на связь не выходит. Получить у судьи разрешение на изъятие её звонков и прочего, мы конечно можем попробовать, возможно, даже позволят. Но Нью-Йорк - другая юрисдикция. Пока отделы наладят взаимодействие, пройдёт слишком много времени. Которого у нас конечно же нет. А без неё мы и первого шага сделать не можем. Пока не вернулись Олински и Антонио с информацией о том, кто там проживает. Среди той толпы, что собралась у дома, пока мы всё осматривали, никаких однозначных комментариев не было. Кто-то говорил, что один из  племянников домовладелицы, кто-то, что её брат. Кто-то утверждал, что дом она сдавала посторонним людям, кто-то и вовсе, был уверен, что она сама там проживает. Особенно нам это ничего не давало. Нужно было просто знать, кто должен был там находиться и кто мог привести туда этих детей. А мы до неё, проживающей за тысячи километров от нас, даже дозвониться не могли. Впрочем, определённая идея мне в голову приходит.
- Хейли, ты же ездила в Нью-Йорк на стажировку в ФБР, говорила, вроде бы, неплохо пообщалась с местными. Как думаешь, они не смогут помочь с мисс Ройстон? У нас банально нет времени ждать, пока она ответит. Вижу, как напарница поворачивается ко мне, взгляд отводя от доски и поджимая губы. Отлично понимаю, как ей не хочется делать этого сейчас - злоупотреблять своим знакомством с ними, словно, теперь по каждому поводу будем бегать к ним, раз уж знаем их имена. Но по факту, у нас никого нет в Нью-Йорке и действовать так, как надо, нам придётся месяцами. К тому же, Аптон не любит ходить к кому-то на поклон и просить о помощи - уж мне это лучше прочих известно. Вот только, речь идёт об убитых детях. Откажут, так откажут - никаких проблем. Но мы хотя бы попытаемся. Можно же им объяснить ситуацию.
- И как действуем дальше? Это уже к Войту обращаюсь, что возвращается из своего кабинета, хлопая дверью. Тоже с кем-то из начальства общался и разговор, судя по всему, не самый приятный вышел. Могу понять прекрасно, одно и тоже каждый раз бывало. Как только убит ребёнок, тут же начинается волна общественного гнева, на который департаменту приходится реагировать. И оно, по вполне логичной цепочке, давить начинает на тех, кто это дело расследует. Наш отдел считается престижным, работа здесь - желание многих. Но и проблем от того не избежать. Нас не сотни людей, готовых все силы бросить на те или иные вещи и к тому же, не занимаемся карманными кражами.
- Эрин, Рузек, изучайте документы, узнайте об этом всё. Свяжитесь с отделом убийств и с отделом по бандам, узнайте у них, есть ли какая информация. Давайте к ним лично, можете разделиться, по телефону они нас месяцами держать будут с "мы что-нибудь узнаем". Меня держите в курсе дела. Вижу, как кивают оба синхронно, разворачиваясь и покидая отдел. Провожаю Линдси взглядом, всё ещё пытаясь привыкнуть к тому, что снова работаем вместе. Никак не могу, на самом деле. До сих пор ловлю порой её на задумчивом взгляде, на меня направленном, хотя, как только замечает это, так сразу отворачивается, начиная говорить о работе. Не думаю, что есть хоть какие-нибудь чувства, но история у нас правда была не простая. А после её возвращения нахлынуло всё сразу. Каждый шаг казался неверным, словно, слишком демонстративно стараюсь быть хорошим парнем, что никогда не доставлял ей проблем. Хотя, очевидно не так было. Я просто хотел, чтобы мы вновь могли работать рядом и это не было для обоих сложно. Обоим был важен отдел и то, что мы делали. А работать хорошо мы могли только доверяя друг другу, не ожидая от другого удара. Даже если договорились вроде бы, что мы имеем право на прошлое и не должны ни перед кем извиняться за него. Перед собой - в том числе.
- Холстед, Аптон, потрясите местных офицеров, раз у нас пока нет информации даже о происходящем в этом доме. Всё внимание возвращаю сержанту, цепляя попутно взглядом усмешку Хейли. Тоже заметила, судя по всему, что смотрел вслед Линдси, догадываясь прекрасно о мотивах моих чувств. Это не было любовью  в режиме реального времени - я никогда не стал бы сомневаться в том, что у нас с женой. Но она была раньше. Первая, самая сильная за мою жизнь. Да ещё, вышло всё так хреново. Конечно же, сложно было так быстро переступить через это.
Вижу, как сержант собирается вновь отправиться в свой кабинет и окрикиваю его. Всё ещё не получил согласия Аптон и скорее всего, за это огребу, но выбора нет. К тому же, если он ей это  скажет сделать, то позвонить ребятам в Нью-Йорке придётся. Не люблю давить на напарницу по очевидным причинам, не особо подобные методы признаю. Но приходится ориентироваться по обстоятельствам. К тому же, отлично понимаю, чем Хейли сейчас руководствуется - гордостью. Которой в данном случае совершенно не место. Не слышал, чтобы с местными во время её стажировки плохо как-то вышло, так что думаю, шанс был. Речь не шла  о том, чтобы время их тратить на обычное преступление, справиться с которым и сами бы могли. Двое детей погибли. Даже для ФБР это должно быть проблемой.
- Сделаем. А ещё, сержант, я предложил Аптон связаться с теми, с кем она в ФБР расследовала дела, в Нью-Йорке, может быть, они смогут хотя бы помочь нам разыскать мисс Ройстон, раз  с ней в одном городе.  Подаю под соусом невинным - словно не видел выражения лица напарницы. Смотрю только на реакцию Войта, что размышляет над этим несколько секунд. Вовлекать ФБР обычно идея плохая. Но мы и не просим их официально вступать в дело или расследовать его за нас. Всего лишь направить кого-нибудь  к дому нужного человека и узнать у неё нужную информацию. Там тоже много копов. Наверное, можно выделить хоть кого-нибудь, с учётом двух убитых детей, пусть даже, не в их юрисдикции.
- Попробуйте. Я еду в департамент. Бёрджесс, изучи все имеющиеся камеры на этой улицы. Все машины ко времени, близкому к убийству, все столкновения, все конфликты банд, всё. Шейф, в морг. Как всё узнаешь  у эксперта всё в деталях, вдруг было, что неприметное, тут же звони ко мне.  Исчезает на пару секунд в своём кабинете, но тут же появляется, захватив свою именитую кожаную куртку и направляется к выходу. Брайан с Ким тоже следуют за ним, направившись кто в технический отдел, кто к последнему пристанищу убитых, остаёмся в отделе лишь мы с Аптон. Засиживаться не приходится, но  я всё ещё считаю, что это - разумная идея.
- Да ладно тебе. Не помогут и не помогут, но  нам нужно у неё узнать всё, о чём она в курсе. Оправдываться начинаю до того, как Хейли говорит хоть что-нибудь в принципе. Вижу, как руки складывает на груди и бровь приподнимает, на меня уставившись - определённо не любила, когда за неё что-то решали. Остаётся уповать лишь на нашу дружбу.
- Скажи им, что убиты два ребёнка, а эта женщина нам очень нужна. Пожимаю плечами только, вновь обосновывая свою позицию. Да, это не было красиво - Хейли сейчас заставлять звонить тем, кого знала не так уж долго. И они правда не обязаны были помогать нам. Но в подобных ситуациях приходится идти на крайние меры, пусть даже они нам против шерсти. Пока Чикаго будет связываться с Нью-Йорком, официально запрашивая помощи, слишком много времени пройдёт. Которого у нас нет. Напарница это отлично понимает. Так что... Всё ещё думаю, что я был прав.

Отредактировано Jay Halstead (2022-02-02 23:27:17)

+4

3


— VANESSA ROJAS —
[one chicago]
https://i1.imageban.ru/out/2021/06/25/c2f5f3e38368954a9f03979fd2175f9d.jpg
[lisseth chavez]

— ОБЩЕЕ —
Слишком близкими людьми нас, вроде бы как, не назовёшь, но мы — коллеги из одного отдела и само по себе это уже стоит многого. Я сейчас не буду тут расписывать, кто к кому как относится, кто да что, предлагаю это всё выяснить лично, с учётом непосредственно вашего мнения. С моей стороны точно хорошее и дружеское отношение, а детали уже обговорим, как и сюжеты между нами. Просто будь отличной и мы сработаемся, как ещё?

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
У меня всего лишь несколько требований, если собираетесь пройти по этой заявке. Я никогда не бросаю своих "нужных" на произвол судьбы, без игры и общения, а взамен прошу лишь, чтобы вы горели желанием её развивать, а главное — не только обсуждать сюжеты и прочее, но и играть. И последнее, по факту, самое важное. Здраво оценивайте пожалуйста, свои силы, хотите ли вы эту роль, готовы ли писать посты, а не просто "быть". Мне нужна коллега, с которой сможем придумать и личное, и рабочее, и хотелось бы именно играть, а не просто держать это всё в эфемерном пространстве "обсудили во флуде". Никто не будет трясти вас с постами каждый день и даже каждую неделю. Все взрослые люди со своей жизнью, всё прекрасно понимаем. Однако, хотя бы поста по два в месяц, от лица Ванессы (разным людям пусть, в разные сюжеты, не обязательно в каждый эпизод по столько), но чтобы были. Это самое главное. Во всём остальном, примем с распростёртыми объятиями, обеспечим игрой, графикой и общением, по всем уголкам форума проведём, всё подскажем, со всем обязательно поможем.

— ПОСТ —

В отдел возвращаемся в мрачном молчании - ни у кого настроения нет после увиденного. Два трупа детей с дырами во лбу - не самое приятное зрелище, даже если повидал уже немало за свою жизнь. К подобному всё равно никогда не привыкнешь, сколько не пытайся абстрагироваться, что работа есть работа. Единственное желание - головы оторвать тем, кто способен так поступить. И надеюсь, подобная возможность мне представится, когда мы их возьмём. Почти надеюсь, что будут сопротивляться, с использованием оружия, при нашей встрече. Лояльность там заканчивается, где подобное случается. Кому могли помешать двое десятилетних детей?
Район неблагополучный, ничуть не удивлюсь, если стали просто случайными жертвами. Или объектами чужой мести при разборках банд. Прежде всего нужно установить, кому родственниками приходились из местных, оттуда и пробовать плясать. Тела уже отправлены на вскрытие, попросили судмедэкспертов сделать его как можно быстрее, не дожидаясь до завтрашнего утра. Причина смерти без того очевидна, но нужно всё сделать правильно, не затягивая расследование. Предполагаем, что оба выстрела в упор были сделаны, тела затем не перемещали. Значит, дети не бежали, не пытались спастись от того, кого видели. Неизвестный пока ещё установлен, зато знаем, кому принадлежит дом. Хоть и сомневаюсь сильно, что это  нам поможет. Официально домовладелицей является миссис Ройстон, но насколько нам известно, сейчас в Нью-Йорке находится. Так что, проживать там может кто угодно. Три родных сына и куча племянников, не обязательно договор аренды заключён был. Ким пытается до неё дозвониться по всем известным номерам, пока всё глухо.
- Почти уверен, что разборки банд. Вряд ли что-то иное, следов сексуального насилия нет, значит - либо месть, либо просто стали свидетелями того, чего не были должны. Но в доме не было других трупов или следов их пребывания там, а их тела не перемещали, значит, вряд ли увидели там что-то на месте. Разве что, кто-то вломился, но вокруг не было бардака, не похоже, что искали что-то. Так что, я придерживаюсь версии, что это - месть или демонстрация силы.  Присаживаюсь на край собственного стола, поглядывая на команду, что собралась в урезанном составе. Антонио с Олински опрашивают жителей района, сразу оставшись на месте, мы возвращаемся сюда, чтобы разработать дальнейший план действий. Медлить нельзя - дело исключительно важное. К тому же, не знаем, чем продолжится и не первый ли это шаг в очередной войне. Шанс для которой весьма велик. Подобные дела всегда вызывают резонанс и привлекают много внимания общественности, что тут же превращается в разъярённую массу, требующую наказания для виновных. Это будет давить на департамент, а те в свою очередь на нас. Причём, заставляя работать не качественно, а быстро, чтобы вбросить информацию о подозреваемом в народ и успокоить его, заставить переключиться на более актуальные проблемы. Мы уже совершали подобные ошибки - когда в спешке приходили не к правильным выводам, хватали не тех. На моём веку подобного тоже хватало. Предпочёл бы в следующий раз обойтись без этого. Отдельной проблемой будет народ этого района, что вне всякого сомнения, выйдет на очередное восстание, против плохой работы полиции и прочего. Те, кому было это выгодно, просто "впишутся" в эту волну, подогревая огонь против врагов. Мы видели всё это тысячу раз. Так что, лучше закончить действительно побыстрее. И найти действительно виноватых. Не хотелось бы, чтобы ублюдок, убивший двух десятилетних детей, гулял на свободе, просто потому что у нас был более удобный подозреваемый.
- Статистически, это не действия маньяка и не тот дом, который они выбирают. Особенного удовольствия от подобного хладнокровного убийства не получишь, плюс, нет ощущения власти над кем-то, кто знает лучшую жизнь, чем большинство из них в детстве. В подобных обстоятельствах склоняюсь к тому, что кто-то решил оставить для кого-то послание или просто вырвать из его жизни дорогого ему ребёнка. Мальчики - не родственники, весьма возможно, что целью был лишь один, а второй оказался свидетелем. Так что, мне кажется, это ближе к нашей основной версии. Плечами только пожимаю, комментируя слова Этуотера про остальные возможные мотивы. Ничуть не собираюсь вступать в полемику  и даже понимаю, что он может быть прав. Никогда нельзя исключать никаких возможностей. Но почему-то уверен, что моя версия ближе к правде. Если бы нашли изувеченных и изнасилованных детей - один вопрос. Но это было быстро, хладнокровно и жёстко. Эксперты всё ещё продолжают работать на месте преступления, но уже говорят, что не могут найти ничьих следов. Значит, был  в перчатках. Продумывал каждый ход. И абсолютно не импульсивен - мы не нашли следов и всего остального, что хоть как-то могло бы нам помочь. Ненавижу подобные дела, когда даже начать особенно не с чего.
Оборачиваемся к Ким, которая сообщает, что всё ещё не оставляет попыток связаться с мисс Ройстон, но та на связь не выходит. Получить у судьи разрешение на изъятие её звонков и прочего, мы конечно можем попробовать, возможно, даже позволят. Но Нью-Йорк - другая юрисдикция. Пока отделы наладят взаимодействие, пройдёт слишком много времени. Которого у нас конечно же нет. А без неё мы и первого шага сделать не можем. Пока не вернулись Олински и Антонио с информацией о том, кто там проживает. Среди той толпы, что собралась у дома, пока мы всё осматривали, никаких однозначных комментариев не было. Кто-то говорил, что один из  племянников домовладелицы, кто-то, что её брат. Кто-то утверждал, что дом она сдавала посторонним людям, кто-то и вовсе, был уверен, что она сама там проживает. Особенно нам это ничего не давало. Нужно было просто знать, кто должен был там находиться и кто мог привести туда этих детей. А мы до неё, проживающей за тысячи километров от нас, даже дозвониться не могли. Впрочем, определённая идея мне в голову приходит.
- Хейли, ты же ездила в Нью-Йорк на стажировку в ФБР, говорила, вроде бы, неплохо пообщалась с местными. Как думаешь, они не смогут помочь с мисс Ройстон? У нас банально нет времени ждать, пока она ответит. Вижу, как напарница поворачивается ко мне, взгляд отводя от доски и поджимая губы. Отлично понимаю, как ей не хочется делать этого сейчас - злоупотреблять своим знакомством с ними, словно, теперь по каждому поводу будем бегать к ним, раз уж знаем их имена. Но по факту, у нас никого нет в Нью-Йорке и действовать так, как надо, нам придётся месяцами. К тому же, Аптон не любит ходить к кому-то на поклон и просить о помощи - уж мне это лучше прочих известно. Вот только, речь идёт об убитых детях. Откажут, так откажут - никаких проблем. Но мы хотя бы попытаемся. Можно же им объяснить ситуацию.
- И как действуем дальше? Это уже к Войту обращаюсь, что возвращается из своего кабинета, хлопая дверью. Тоже с кем-то из начальства общался и разговор, судя по всему, не самый приятный вышел. Могу понять прекрасно, одно и тоже каждый раз бывало. Как только убит ребёнок, тут же начинается волна общественного гнева, на который департаменту приходится реагировать. И оно, по вполне логичной цепочке, давить начинает на тех, кто это дело расследует. Наш отдел считается престижным, работа здесь - желание многих. Но и проблем от того не избежать. Нас не сотни людей, готовых все силы бросить на те или иные вещи и к тому же, не занимаемся карманными кражами.
- Эрин, Рузек, изучайте документы, узнайте об этом всё. Свяжитесь с отделом убийств и с отделом по бандам, узнайте у них, есть ли какая информация. Давайте к ним лично, можете разделиться, по телефону они нас месяцами держать будут с "мы что-нибудь узнаем". Меня держите в курсе дела. Вижу, как кивают оба синхронно, разворачиваясь и покидая отдел. Провожаю Линдси взглядом, всё ещё пытаясь привыкнуть к тому, что снова работаем вместе. Никак не могу, на самом деле. До сих пор ловлю порой её на задумчивом взгляде, на меня направленном, хотя, как только замечает это, так сразу отворачивается, начиная говорить о работе. Не думаю, что есть хоть какие-нибудь чувства, но история у нас правда была не простая. А после её возвращения нахлынуло всё сразу. Каждый шаг казался неверным, словно, слишком демонстративно стараюсь быть хорошим парнем, что никогда не доставлял ей проблем. Хотя, очевидно не так было. Я просто хотел, чтобы мы вновь могли работать рядом и это не было для обоих сложно. Обоим был важен отдел и то, что мы делали. А работать хорошо мы могли только доверяя друг другу, не ожидая от другого удара. Даже если договорились вроде бы, что мы имеем право на прошлое и не должны ни перед кем извиняться за него. Перед собой - в том числе.
- Холстед, Аптон, потрясите местных офицеров, раз у нас пока нет информации даже о происходящем в этом доме. Всё внимание возвращаю сержанту, цепляя попутно взглядом усмешку Хейли. Тоже заметила, судя по всему, что смотрел вслед Линдси, догадываясь прекрасно о мотивах моих чувств. Это не было любовью  в режиме реального времени - я никогда не стал бы сомневаться в том, что у нас с женой. Но она была раньше. Первая, самая сильная за мою жизнь. Да ещё, вышло всё так хреново. Конечно же, сложно было так быстро переступить через это.
Вижу, как сержант собирается вновь отправиться в свой кабинет и окрикиваю его. Всё ещё не получил согласия Аптон и скорее всего, за это огребу, но выбора нет. К тому же, если он ей это  скажет сделать, то позвонить ребятам в Нью-Йорке придётся. Не люблю давить на напарницу по очевидным причинам, не особо подобные методы признаю. Но приходится ориентироваться по обстоятельствам. К тому же, отлично понимаю, чем Хейли сейчас руководствуется - гордостью. Которой в данном случае совершенно не место. Не слышал, чтобы с местными во время её стажировки плохо как-то вышло, так что думаю, шанс был. Речь не шла  о том, чтобы время их тратить на обычное преступление, справиться с которым и сами бы могли. Двое детей погибли. Даже для ФБР это должно быть проблемой.
- Сделаем. А ещё, сержант, я предложил Аптон связаться с теми, с кем она в ФБР расследовала дела, в Нью-Йорке, может быть, они смогут хотя бы помочь нам разыскать мисс Ройстон, раз  с ней в одном городе.  Подаю под соусом невинным - словно не видел выражения лица напарницы. Смотрю только на реакцию Войта, что размышляет над этим несколько секунд. Вовлекать ФБР обычно идея плохая. Но мы и не просим их официально вступать в дело или расследовать его за нас. Всего лишь направить кого-нибудь  к дому нужного человека и узнать у неё нужную информацию. Там тоже много копов. Наверное, можно выделить хоть кого-нибудь, с учётом двух убитых детей, пусть даже, не в их юрисдикции.
- Попробуйте. Я еду в департамент. Бёрджесс, изучи все имеющиеся камеры на этой улицы. Все машины ко времени, близкому к убийству, все столкновения, все конфликты банд, всё. Шейф, в морг. Как всё узнаешь  у эксперта всё в деталях, вдруг было, что неприметное, тут же звони ко мне.  Исчезает на пару секунд в своём кабинете, но тут же появляется, захватив свою именитую кожаную куртку и направляется к выходу. Брайан с Ким тоже следуют за ним, направившись кто в технический отдел, кто к последнему пристанищу убитых, остаёмся в отделе лишь мы с Аптон. Засиживаться не приходится, но  я всё ещё считаю, что это - разумная идея.
- Да ладно тебе. Не помогут и не помогут, но  нам нужно у неё узнать всё, о чём она в курсе. Оправдываться начинаю до того, как Хейли говорит хоть что-нибудь в принципе. Вижу, как руки складывает на груди и бровь приподнимает, на меня уставившись - определённо не любила, когда за неё что-то решали. Остаётся уповать лишь на нашу дружбу.
- Скажи им, что убиты два ребёнка, а эта женщина нам очень нужна. Пожимаю плечами только, вновь обосновывая свою позицию. Да, это не было красиво - Хейли сейчас заставлять звонить тем, кого знала не так уж долго. И они правда не обязаны были помогать нам. Но в подобных ситуациях приходится идти на крайние меры, пусть даже они нам против шерсти. Пока Чикаго будет связываться с Нью-Йорком, официально запрашивая помощи, слишком много времени пройдёт. Которого у нас нет. Напарница это отлично понимает. Так что... Всё ещё думаю, что я был прав.

+2

4


— HOWARD "CHIMNEY" HAN & HENRIETTA "HEN" WILSON —
[9-1-1]
https://64.media.tumblr.com/17a5382cf96e0b65cbd4d0f3ff6b9e40/f9d46455cd299b27-5a/s540x810/d8a9c207dc81af5fdf82d4f2ebc950a238c41b66.gif
[kenneth choi & asha hinds]

— ОБЩЕЕ —
Отличные люди, замечательные товарищи и настоящие профессионалы своего дела. Со многим столкнулись на службе, по пути к тому, чтобы занять свои места и добиться уважения, которого достойны. Хен бросила высокооплачиваемую работу, чтобы спасать чужие жизни, а Чим, пусть и не в юном возрасте, но понял наконец, чем действительно желает заниматься. Судьба к обоим не была слишком благосклонна, но они оба с этим всем справляются, каждый новый раз, будь то потеря брата в пожаре, ребёнка, которого забрали органы опеки или арматура, проткнувшая мозг. Им можно доверять, на них можно рассчитывать, они никогда не оставят людей в беде, чего бы им это не стоило. Они стали моей семьёй, настоящей. И я буду предан им, готов поддержать, всегда.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Хочу видеть только каноничных персонажей, желающих развивать имеющиеся истории и создавать новые. Сам не очень быстрый, но обещаю не бросать, во всём помогать и далее. Все вопросы в ЛС. С графикой моя жена поможет.

— ПОСТ —

Вообще, забавно конечно, с собственной супругой работать, чего в моей жизни никогда ещё не было. Шерон не понимала постоянно моего отсутствия, недовольна была тем, что уезжаю, так надолго. Вроде и служба иной была, а понимаю прекрасно, что будь я пожарным на момент брака с ней, вряд ли бы что-то сильно изменилось. Да, возвращался бы домой после смены и командировки не затягивались на долгие месяцы, неизвестно в которых было, вернусь ли вообще домой. Но суть, как ни крути, всё та же оставалась и сейчас - всегда есть риск погибнуть, всегда есть что-то, что камнем на сердце остаётся. К тому же, не каждый раз удаётся домой в приподнятом настроении возвращаться, после всего, что приходится видеть. Это тоже нужно учитывать и понимать, все мы люди, помимо прочего. Нельзя смотреть на трагедии и вид делать, что их не замечаешь, вытаскивать людей из горящих домов, где их жизни уничтожаются пламенем и как ни в чём не бывало, домой возвращаться с широкой улыбкой. Потому что у тебя всё хорошо. Там ждут любимая жена и ребёнок, которые всегда тебя рады видеть, встретить с горячим ужином  и разговорами на отвлечённые темы.
Я понимаю, как мне везёт, что у меня было это всё раньше и есть теперь, пусть даже событий страшных, всю душу наизнанку выворачивающих, тоже достаточно было. Шерон давно оставила нас с Крисом и отсутствие её в наших жизнях стало привычным в какой-то момент, но это всегда на сердце оставалось некой болью, не позволяющей двигаться дальше. После того же, как погибла...Я знаю, что справился с этим, пусть и не сразу, сумел отпустить и наконец сделать шаги в нужном направлении. Чуть не наделал ошибок, что многого могли мне стоить. Вспомнить хотя бы тот бой, в котором парню, ровным счётом мне ничего не сделавшему, нос чуть в мозг не впечатал, с самыми фатальными последствиями. Повезло, что обошлось, жизни пришлось бы круто измениться на сто восемьдесят градусов, будь финал печальнее. И я понимаю, как рисковал, не только своей судьбой, но и Кристофера, поступая так бездумно. Но мне казалось в тот момент, что я был прав - лелеял собственную боль от поступка бывшей и имел на всё это право. Словно, хотя бы там, выходя на ринг, получал наконец возможность не быть тем хорошим парнем, что старается поступать лишь правильно и держать всё под контролем. Словно, мог там отыграться за всё, что испытал, за все поступки, что совершили другие люди. Это не было разумно. И теперь, когда прошло достаточно времени, отлично это понимаю. Наверное, можно считать себя везунчиком, если всё обошлось. А после, когда события улеглись, стало намного лучше. Наши отношения с Габриэлой, в которые мы вступили слишком осторожно, опасаясь собственного опыта, наша семья, которой мы втроём стали. Не знаю, что делал бы, не найди Доусон общего языка с моим сыном, не хотелось бы заставлять его терпеть кого-то в его жизни, просто потому что так было нужно мне. Но вновь и здесь повезло, скрывать не буду. Они отлично нашли общий язык, даже сговариваясь порой за моей спиной, в обход меня, касаемо тех или иных вещей. Ворчал конечно, но больше шутливо. И подобный расклад меня куда больше устраивал, чем если бы их приходилось мирить между собой. Теперь уже совершенно точно понимаю, насколько правдива фраза "что не делается - всё к лучшему". Даже если кажется нам в тот или иной момент, что хуже уже быть не может. Это всегда может быть лишь скрипом новой двери, что для нас открывается, пробивающийся свет из которой мы просто пока не видим. Я правда думаю, что мне слишком повезло со всем, что есть сейчас. И готов все силы приложить, чтобы ни за что это больше не потерять.
Хмыкаю только, когда Габи говорит, что и сама сумела бы вылезти из машины, без моей по-джентельменски поданной руки. Ничуть в том не сомневаюсь, кстати говоря,  слишком независимая была девушка и в быту, и на работе, прекрасно демонстрируя, насколько готова за себя постоять и помочь другим. Но мне всё равно нравится проявлять уважение к ней и внимание, даже если думаю, что лишний раз она у меня их требовать не будет. Не та избалованная барышня, что живёт по канонам женских журналов и абсолютно точно знает, как и зачем должен поступать каждый окружающий её мужчина. Поражаюсь порой на наших выездах, сколько  же смелости в одном хрупком теле, сколько доброты и желания помочь людям, пусть даже саму её, как и меня, жизнь не баловала. Тоже пережила немало трагичных событий. Да ещё и развод с любимым человеком, лейтенантом пожарной части, в которой раньше работала. В этом мы с ней были похожи, пожалуй. Оба уже имели собственный, далеко не самый лёгкий омут, а потому и осторожничали сначала, не бросаясь в омут с головой. Скрывали отношения от коллег, чтобы лишних вопросов не задавали, да и не усложнять всё. Когда делаешь что-то откровенно, на глазах у всех, это всегда накладывает некую тень обязательств, что в дальнейшем, если вдруг что-то пойдёт не так, обязательно на тебя повлияют. Но чем больше мы с Габриэлой вместе были, тем отчётливее понимали, насколько подходим друг другу. Слишком незаметно, но очень быстро, она стала частью наших с Крисом жизней, членом семьи. И однажды, после очередной нашей ночи, я проснулся вдруг с чётким ощущением того, что не хочу отпускать эту девушку от нас больше. В любой ситуации, когда нужно принять какое-нибудь решение, куда двигаться дальше, случается вдруг момент, который становится "тот самый". И ты, как никогда чётко, понимаешь вдруг, как правильно будет поступить. Ни на единый день с того момента, не пожалел о принятом решении,  со сколькими бы проблемами мы не столкнулись после. Да, была крупная ссора и да, чуть не расстались перед самой свадьбой, будучи на нервах. Но это, наверное, со всеми бывает, даже с очень любящими людьми. Главное, что мы справились с Габи, вместе. И я вновь вспомнил, что значит ощущать себя действительно счастливым человеком.
- Ну, я не стал ей лгать, раз уж нас, как нас, она заранее одобрила. Посмеиваюсь только, вспоминая милую пару, от которой только вернулись. Жаль конечно, что им вообще пришлось набирать "911", ни с радостью, ни с хорошими известиями, нашим диспетчерам не звонят. Но всё и не так уж страшно было, как могло бы случиться с людьми их возраста, ничего критического, слава Богу. Странно так говорить конечно, когда мы на выезде, но довольно приятно время провели на нём. В том смысле хотя бы, что люди были приятные, располагающие к себе с первого взгляда, первого слова. Да и забавно вышло с тем, что к Габи мне предложили присмотреться, как к потенциальной невесте. Можно сказать, что исполнил желание обаятельной миссис Флетчер, ещё до того, как она его загадала. И впрямь, давно уже обратил внимание на эту потрясающую девушку, и даже всё сделал, чтобы больше она от меня никуда не убежала. Хотя, это правда было мило - наблюдать за тем, как двое людей могут пронести собственную любовь через десятилетия, через все сложности, что так любит дарить нам жизнь и все препятствия, которых несомненно, им тоже не удалось обойти. Когда кто-то говорит, что кому-то "просто повезло"  и лишь потому они справились, не думаю, что это хоть в каком-нибудь случае может быть верно. Дело в том скорее, кто действительно знал, чего ради. И держался за то, что ему дорого, невзирая ни на что. Надеюсь, что когда-нибудь, спустя пол века, мы с Габриэлой будем такими же, беззлобно подтрунивающими друг на другом и не разлучавшимися с самого момента брака. Хоть и представляю, какой это титанический труд, к которому нам обоим придётся приложить усилия.
- Бывает непривычно, но думаю, чем чаще будем говорить нечто подобное, тем проще будет смириться с этой мыслью. В принципе, согласен с Габи. Слишком недолго ещё пребываем в статусе мужа и жены, чтобы окончательно остановиться на подобных определениях. Я так долго был один, приходя в себя, после поступка Шерон, что не думал, что решусь когда-нибудь ещё на подобный шаг, позволю кому-нибудь оказаться в моей жизни настолько основательно. Весь мир мой сконцентрировался на Крисе и я не был уверен, что смогу когда-нибудь довериться ещё хотя бы одной женщине, что будет уверять меня в своей любви. Но Габриэла правда была особенная, на всех других совершенно не похожая. И рядом с ней, я как минимум, чувствовал себя всегда немного лучше. Наверное, так и должно было быть. Именно это было правильно.
- Давай сюда. Втягиваю супругу в каморку хозяйственного назначения, заглядываем в которую только когда во время дежурства необходимо прибраться в части. Слава Богу, никого нет поблизости, можем позволить себе пару мгновений побыть наедине, без любопытствующих чужих взглядов. И хотя давно уже все привыкли к тому, что мы вместе, давно не делали из этого факта ничего удивительного, мы сами не слишком стремились семейные отношения свои демонстрировать при  всех. И не скрывали ни собственных чувств, ни собственного статуса, это естественно. Но и остальных смущать или слишком много личного привносить в профессиональное, не стремились тоже. Правильно говорят наверное порой, что личное, хотя бы по возможности, всё равно должно оставаться личным.
- Но вообще, мне нравится говорить, что мы женаты и признавать твой статус моей супруги вслух. Усмехаюсь только, Габриэлу приобнимая за талию и прижимая крепко к себе. Пожарная часть - не место, где можно уединиться надолго, куча народа вокруг, да и всегда может голос раздаться, извещающий нас о том, что мы вновь где-то нужны. Буквально в любой момент. Но если подобные моменты случаются, то необходимо ими наслаждаться, пока есть возможность. Не будем здесь зависать надолго, боюсь, что коллег можем смутить, если пропадём слишком надолго. Но всё равно, хочу побыть  с собственной женой наедине даже те краткие моменты, что нам отпущены. К тому же, предполагать даже не можем, что случится уже в следующий момент и не вызовут ли нас куда-нибудь на пожар, где останемся до самого утра. Нужно, даже на такой работе, уметь напоминать друг другу о том, как нам нравится быть рядом.
- Думаю, просто нужно говорить что-то подобное вслух почаще. Хмыкаю только, видя красивую улыбку жены и нагибаюсь, чтобы оставить лёгкий поцелуй на её губах. Не думаю, что нужно увлекаться, как бы не хотелось это сделать, но хотя бы подобное могу сейчас себе позволить. К тому же, пары вроде Флетчеров действительно вдохновляют, заставляют верить в то, что истинная любовь существует. И я уверен, что мы с Габи её тоже встретили. Сколько бы не было проблем, мы  с ними справимся, вместе. В том даже сомневаться не приходится.

+2

5


— MADDIE BUCKLEY & MAY GRANT —
[9-1-1]
https://64.media.tumblr.com/d3d20d88d8b348fd3b907e4837c5993c/7250852ecd8b5044-f9/s400x600/8908149213c1033895670ed710cd43930b6f0ab6.gif
[jennifer love hewitt & corinne massiah]

— ОБЩЕЕ —
Наши самоотверженные операторы, спасающие десятки жизней за каждую смену. Работа ничуть не проще, чем у копов, медиков и пожарных, а в чём-то может быть и тяжелее. Огромные психические перегрузки, с которыми они справляются, несмотря на собственную хрупкость. Несколько раз и впрямь пришлось, буквально физически, спасать людей, что им обеим с успехом удаётся. Биографии, до того, как пришли в 9-1-1 не были простыми и таковым не стали. На данный момент направляют вызовы к нам и помогают, кому могут, оставаясь на связи с ними и давая советы. Мэй, несмотря на небольшой опыт, успела застать огромные трагедии, в первый день Мэдди было землетрясение. Судьба любит испытывать этих девушек. Но каждому, судя по всему, даётся то, что он выдержит.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
С Мэй естественно, меньше связей, с сестрой лучшего друга и одновременно, девушкой другого, куда больше. Однако, буду рад видеть их обеих, обязательно найдём точки соприкосновения и будем играть. Со всем помогу, всё подскажу, если не ориентируетесь на кроссоверах, в одиночестве не оставлю. От вас нужно лишь желание развивать персонажей, заботиться о них, создавать им истории. Моя супруга, присоединившаяся к нашей части из франшизы "Чикаго", тоже любит этих девушек и поддержит с игрой. С графикой и прочим, обещаем вам помочь.

— ПОСТ —

Вообще, забавно конечно, с собственной супругой работать, чего в моей жизни никогда ещё не было. Шерон не понимала постоянно моего отсутствия, недовольна была тем, что уезжаю, так надолго. Вроде и служба иной была, а понимаю прекрасно, что будь я пожарным на момент брака с ней, вряд ли бы что-то сильно изменилось. Да, возвращался бы домой после смены и командировки не затягивались на долгие месяцы, неизвестно в которых было, вернусь ли вообще домой. Но суть, как ни крути, всё та же оставалась и сейчас - всегда есть риск погибнуть, всегда есть что-то, что камнем на сердце остаётся. К тому же, не каждый раз удаётся домой в приподнятом настроении возвращаться, после всего, что приходится видеть. Это тоже нужно учитывать и понимать, все мы люди, помимо прочего. Нельзя смотреть на трагедии и вид делать, что их не замечаешь, вытаскивать людей из горящих домов, где их жизни уничтожаются пламенем и как ни в чём не бывало, домой возвращаться с широкой улыбкой. Потому что у тебя всё хорошо. Там ждут любимая жена и ребёнок, которые всегда тебя рады видеть, встретить с горячим ужином  и разговорами на отвлечённые темы.
Я понимаю, как мне везёт, что у меня было это всё раньше и есть теперь, пусть даже событий страшных, всю душу наизнанку выворачивающих, тоже достаточно было. Шерон давно оставила нас с Крисом и отсутствие её в наших жизнях стало привычным в какой-то момент, но это всегда на сердце оставалось некой болью, не позволяющей двигаться дальше. После того же, как погибла...Я знаю, что справился с этим, пусть и не сразу, сумел отпустить и наконец сделать шаги в нужном направлении. Чуть не наделал ошибок, что многого могли мне стоить. Вспомнить хотя бы тот бой, в котором парню, ровным счётом мне ничего не сделавшему, нос чуть в мозг не впечатал, с самыми фатальными последствиями. Повезло, что обошлось, жизни пришлось бы круто измениться на сто восемьдесят градусов, будь финал печальнее. И я понимаю, как рисковал, не только своей судьбой, но и Кристофера, поступая так бездумно. Но мне казалось в тот момент, что я был прав - лелеял собственную боль от поступка бывшей и имел на всё это право. Словно, хотя бы там, выходя на ринг, получал наконец возможность не быть тем хорошим парнем, что старается поступать лишь правильно и держать всё под контролем. Словно, мог там отыграться за всё, что испытал, за все поступки, что совершили другие люди. Это не было разумно. И теперь, когда прошло достаточно времени, отлично это понимаю. Наверное, можно считать себя везунчиком, если всё обошлось. А после, когда события улеглись, стало намного лучше. Наши отношения с Габриэлой, в которые мы вступили слишком осторожно, опасаясь собственного опыта, наша семья, которой мы втроём стали. Не знаю, что делал бы, не найди Доусон общего языка с моим сыном, не хотелось бы заставлять его терпеть кого-то в его жизни, просто потому что так было нужно мне. Но вновь и здесь повезло, скрывать не буду. Они отлично нашли общий язык, даже сговариваясь порой за моей спиной, в обход меня, касаемо тех или иных вещей. Ворчал конечно, но больше шутливо. И подобный расклад меня куда больше устраивал, чем если бы их приходилось мирить между собой. Теперь уже совершенно точно понимаю, насколько правдива фраза "что не делается - всё к лучшему". Даже если кажется нам в тот или иной момент, что хуже уже быть не может. Это всегда может быть лишь скрипом новой двери, что для нас открывается, пробивающийся свет из которой мы просто пока не видим. Я правда думаю, что мне слишком повезло со всем, что есть сейчас. И готов все силы приложить, чтобы ни за что это больше не потерять.
Хмыкаю только, когда Габи говорит, что и сама сумела бы вылезти из машины, без моей по-джентельменски поданной руки. Ничуть в том не сомневаюсь, кстати говоря,  слишком независимая была девушка и в быту, и на работе, прекрасно демонстрируя, насколько готова за себя постоять и помочь другим. Но мне всё равно нравится проявлять уважение к ней и внимание, даже если думаю, что лишний раз она у меня их требовать не будет. Не та избалованная барышня, что живёт по канонам женских журналов и абсолютно точно знает, как и зачем должен поступать каждый окружающий её мужчина. Поражаюсь порой на наших выездах, сколько  же смелости в одном хрупком теле, сколько доброты и желания помочь людям, пусть даже саму её, как и меня, жизнь не баловала. Тоже пережила немало трагичных событий. Да ещё и развод с любимым человеком, лейтенантом пожарной части, в которой раньше работала. В этом мы с ней были похожи, пожалуй. Оба уже имели собственный, далеко не самый лёгкий омут, а потому и осторожничали сначала, не бросаясь в омут с головой. Скрывали отношения от коллег, чтобы лишних вопросов не задавали, да и не усложнять всё. Когда делаешь что-то откровенно, на глазах у всех, это всегда накладывает некую тень обязательств, что в дальнейшем, если вдруг что-то пойдёт не так, обязательно на тебя повлияют. Но чем больше мы с Габриэлой вместе были, тем отчётливее понимали, насколько подходим друг другу. Слишком незаметно, но очень быстро, она стала частью наших с Крисом жизней, членом семьи. И однажды, после очередной нашей ночи, я проснулся вдруг с чётким ощущением того, что не хочу отпускать эту девушку от нас больше. В любой ситуации, когда нужно принять какое-нибудь решение, куда двигаться дальше, случается вдруг момент, который становится "тот самый". И ты, как никогда чётко, понимаешь вдруг, как правильно будет поступить. Ни на единый день с того момента, не пожалел о принятом решении,  со сколькими бы проблемами мы не столкнулись после. Да, была крупная ссора и да, чуть не расстались перед самой свадьбой, будучи на нервах. Но это, наверное, со всеми бывает, даже с очень любящими людьми. Главное, что мы справились с Габи, вместе. И я вновь вспомнил, что значит ощущать себя действительно счастливым человеком.
- Ну, я не стал ей лгать, раз уж нас, как нас, она заранее одобрила. Посмеиваюсь только, вспоминая милую пару, от которой только вернулись. Жаль конечно, что им вообще пришлось набирать "911", ни с радостью, ни с хорошими известиями, нашим диспетчерам не звонят. Но всё и не так уж страшно было, как могло бы случиться с людьми их возраста, ничего критического, слава Богу. Странно так говорить конечно, когда мы на выезде, но довольно приятно время провели на нём. В том смысле хотя бы, что люди были приятные, располагающие к себе с первого взгляда, первого слова. Да и забавно вышло с тем, что к Габи мне предложили присмотреться, как к потенциальной невесте. Можно сказать, что исполнил желание обаятельной миссис Флетчер, ещё до того, как она его загадала. И впрямь, давно уже обратил внимание на эту потрясающую девушку, и даже всё сделал, чтобы больше она от меня никуда не убежала. Хотя, это правда было мило - наблюдать за тем, как двое людей могут пронести собственную любовь через десятилетия, через все сложности, что так любит дарить нам жизнь и все препятствия, которых несомненно, им тоже не удалось обойти. Когда кто-то говорит, что кому-то "просто повезло"  и лишь потому они справились, не думаю, что это хоть в каком-нибудь случае может быть верно. Дело в том скорее, кто действительно знал, чего ради. И держался за то, что ему дорого, невзирая ни на что. Надеюсь, что когда-нибудь, спустя пол века, мы с Габриэлой будем такими же, беззлобно подтрунивающими друг на другом и не разлучавшимися с самого момента брака. Хоть и представляю, какой это титанический труд, к которому нам обоим придётся приложить усилия.
- Бывает непривычно, но думаю, чем чаще будем говорить нечто подобное, тем проще будет смириться с этой мыслью. В принципе, согласен с Габи. Слишком недолго ещё пребываем в статусе мужа и жены, чтобы окончательно остановиться на подобных определениях. Я так долго был один, приходя в себя, после поступка Шерон, что не думал, что решусь когда-нибудь ещё на подобный шаг, позволю кому-нибудь оказаться в моей жизни настолько основательно. Весь мир мой сконцентрировался на Крисе и я не был уверен, что смогу когда-нибудь довериться ещё хотя бы одной женщине, что будет уверять меня в своей любви. Но Габриэла правда была особенная, на всех других совершенно не похожая. И рядом с ней, я как минимум, чувствовал себя всегда немного лучше. Наверное, так и должно было быть. Именно это было правильно.
- Давай сюда. Втягиваю супругу в каморку хозяйственного назначения, заглядываем в которую только когда во время дежурства необходимо прибраться в части. Слава Богу, никого нет поблизости, можем позволить себе пару мгновений побыть наедине, без любопытствующих чужих взглядов. И хотя давно уже все привыкли к тому, что мы вместе, давно не делали из этого факта ничего удивительного, мы сами не слишком стремились семейные отношения свои демонстрировать при  всех. И не скрывали ни собственных чувств, ни собственного статуса, это естественно. Но и остальных смущать или слишком много личного привносить в профессиональное, не стремились тоже. Правильно говорят наверное порой, что личное, хотя бы по возможности, всё равно должно оставаться личным.
- Но вообще, мне нравится говорить, что мы женаты и признавать твой статус моей супруги вслух. Усмехаюсь только, Габриэлу приобнимая за талию и прижимая крепко к себе. Пожарная часть - не место, где можно уединиться надолго, куча народа вокруг, да и всегда может голос раздаться, извещающий нас о том, что мы вновь где-то нужны. Буквально в любой момент. Но если подобные моменты случаются, то необходимо ими наслаждаться, пока есть возможность. Не будем здесь зависать надолго, боюсь, что коллег можем смутить, если пропадём слишком надолго. Но всё равно, хочу побыть  с собственной женой наедине даже те краткие моменты, что нам отпущены. К тому же, предполагать даже не можем, что случится уже в следующий момент и не вызовут ли нас куда-нибудь на пожар, где останемся до самого утра. Нужно, даже на такой работе, уметь напоминать друг другу о том, как нам нравится быть рядом.
- Думаю, просто нужно говорить что-то подобное вслух почаще. Хмыкаю только, видя красивую улыбку жены и нагибаюсь, чтобы оставить лёгкий поцелуй на её губах. Не думаю, что нужно увлекаться, как бы не хотелось это сделать, но хотя бы подобное могу сейчас себе позволить. К тому же, пары вроде Флетчеров действительно вдохновляют, заставляют верить в то, что истинная любовь существует. И я уверен, что мы с Габи её тоже встретили. Сколько бы не было проблем, мы  с ними справимся, вместе. В том даже сомневаться не приходится.

Отредактировано Edmundo Diaz (2022-02-03 01:16:14)

+2

6


— ROBERT NASH & ATHENA GRANT —
[9-1-1]
https://64.media.tumblr.com/12a0992d156aab3df304a859dfe4ae6a/tumblr_ps1jzv2kR31qk8m74o6_1280.png
[peter krause & angela bassett]

— ОБЩЕЕ —
С Бобби отношения по очевидным причинам ближе, но и Афина давно уже часть нашей рабочей семьи. И не только в связи со второй частью своей фамилии. Постоянно взаимодействуем и хотя по разному, но делаем одно дело. Я не настаиваю на пожеланиях игроков в части личного выбора, но могу сказать, что считаю эту семью прекрасной, где царят взаимная поддержка и уважение. И с Афиной, и с Бобби, выяснять всё будем уже очевидно лично, но я смотрю в сторону канона, где доверяем друг другу.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Никаких особенных требований, только знание сериала, желание играть, развивать персонажей, общаться с другими людьми. Игрок не очень быстрый, но "нужных" своих не бросаю, совсем без игры не оставляю, всё покажу, по всем уголкам форума проведу. Все вопросы буду ждать в гостевой и в ЛС.

— ПОСТ —

Вообще, забавно конечно, с собственной супругой работать, чего в моей жизни никогда ещё не было. Шерон не понимала постоянно моего отсутствия, недовольна была тем, что уезжаю, так надолго. Вроде и служба иной была, а понимаю прекрасно, что будь я пожарным на момент брака с ней, вряд ли бы что-то сильно изменилось. Да, возвращался бы домой после смены и командировки не затягивались на долгие месяцы, неизвестно в которых было, вернусь ли вообще домой. Но суть, как ни крути, всё та же оставалась и сейчас - всегда есть риск погибнуть, всегда есть что-то, что камнем на сердце остаётся. К тому же, не каждый раз удаётся домой в приподнятом настроении возвращаться, после всего, что приходится видеть. Это тоже нужно учитывать и понимать, все мы люди, помимо прочего. Нельзя смотреть на трагедии и вид делать, что их не замечаешь, вытаскивать людей из горящих домов, где их жизни уничтожаются пламенем и как ни в чём не бывало, домой возвращаться с широкой улыбкой. Потому что у тебя всё хорошо. Там ждут любимая жена и ребёнок, которые всегда тебя рады видеть, встретить с горячим ужином  и разговорами на отвлечённые темы.
Я понимаю, как мне везёт, что у меня было это всё раньше и есть теперь, пусть даже событий страшных, всю душу наизнанку выворачивающих, тоже достаточно было. Шерон давно оставила нас с Крисом и отсутствие её в наших жизнях стало привычным в какой-то момент, но это всегда на сердце оставалось некой болью, не позволяющей двигаться дальше. После того же, как погибла...Я знаю, что справился с этим, пусть и не сразу, сумел отпустить и наконец сделать шаги в нужном направлении. Чуть не наделал ошибок, что многого могли мне стоить. Вспомнить хотя бы тот бой, в котором парню, ровным счётом мне ничего не сделавшему, нос чуть в мозг не впечатал, с самыми фатальными последствиями. Повезло, что обошлось, жизни пришлось бы круто измениться на сто восемьдесят градусов, будь финал печальнее. И я понимаю, как рисковал, не только своей судьбой, но и Кристофера, поступая так бездумно. Но мне казалось в тот момент, что я был прав - лелеял собственную боль от поступка бывшей и имел на всё это право. Словно, хотя бы там, выходя на ринг, получал наконец возможность не быть тем хорошим парнем, что старается поступать лишь правильно и держать всё под контролем. Словно, мог там отыграться за всё, что испытал, за все поступки, что совершили другие люди. Это не было разумно. И теперь, когда прошло достаточно времени, отлично это понимаю. Наверное, можно считать себя везунчиком, если всё обошлось. А после, когда события улеглись, стало намного лучше. Наши отношения с Габриэлой, в которые мы вступили слишком осторожно, опасаясь собственного опыта, наша семья, которой мы втроём стали. Не знаю, что делал бы, не найди Доусон общего языка с моим сыном, не хотелось бы заставлять его терпеть кого-то в его жизни, просто потому что так было нужно мне. Но вновь и здесь повезло, скрывать не буду. Они отлично нашли общий язык, даже сговариваясь порой за моей спиной, в обход меня, касаемо тех или иных вещей. Ворчал конечно, но больше шутливо. И подобный расклад меня куда больше устраивал, чем если бы их приходилось мирить между собой. Теперь уже совершенно точно понимаю, насколько правдива фраза "что не делается - всё к лучшему". Даже если кажется нам в тот или иной момент, что хуже уже быть не может. Это всегда может быть лишь скрипом новой двери, что для нас открывается, пробивающийся свет из которой мы просто пока не видим. Я правда думаю, что мне слишком повезло со всем, что есть сейчас. И готов все силы приложить, чтобы ни за что это больше не потерять.
Хмыкаю только, когда Габи говорит, что и сама сумела бы вылезти из машины, без моей по-джентельменски поданной руки. Ничуть в том не сомневаюсь, кстати говоря,  слишком независимая была девушка и в быту, и на работе, прекрасно демонстрируя, насколько готова за себя постоять и помочь другим. Но мне всё равно нравится проявлять уважение к ней и внимание, даже если думаю, что лишний раз она у меня их требовать не будет. Не та избалованная барышня, что живёт по канонам женских журналов и абсолютно точно знает, как и зачем должен поступать каждый окружающий её мужчина. Поражаюсь порой на наших выездах, сколько  же смелости в одном хрупком теле, сколько доброты и желания помочь людям, пусть даже саму её, как и меня, жизнь не баловала. Тоже пережила немало трагичных событий. Да ещё и развод с любимым человеком, лейтенантом пожарной части, в которой раньше работала. В этом мы с ней были похожи, пожалуй. Оба уже имели собственный, далеко не самый лёгкий омут, а потому и осторожничали сначала, не бросаясь в омут с головой. Скрывали отношения от коллег, чтобы лишних вопросов не задавали, да и не усложнять всё. Когда делаешь что-то откровенно, на глазах у всех, это всегда накладывает некую тень обязательств, что в дальнейшем, если вдруг что-то пойдёт не так, обязательно на тебя повлияют. Но чем больше мы с Габриэлой вместе были, тем отчётливее понимали, насколько подходим друг другу. Слишком незаметно, но очень быстро, она стала частью наших с Крисом жизней, членом семьи. И однажды, после очередной нашей ночи, я проснулся вдруг с чётким ощущением того, что не хочу отпускать эту девушку от нас больше. В любой ситуации, когда нужно принять какое-нибудь решение, куда двигаться дальше, случается вдруг момент, который становится "тот самый". И ты, как никогда чётко, понимаешь вдруг, как правильно будет поступить. Ни на единый день с того момента, не пожалел о принятом решении,  со сколькими бы проблемами мы не столкнулись после. Да, была крупная ссора и да, чуть не расстались перед самой свадьбой, будучи на нервах. Но это, наверное, со всеми бывает, даже с очень любящими людьми. Главное, что мы справились с Габи, вместе. И я вновь вспомнил, что значит ощущать себя действительно счастливым человеком.
- Ну, я не стал ей лгать, раз уж нас, как нас, она заранее одобрила. Посмеиваюсь только, вспоминая милую пару, от которой только вернулись. Жаль конечно, что им вообще пришлось набирать "911", ни с радостью, ни с хорошими известиями, нашим диспетчерам не звонят. Но всё и не так уж страшно было, как могло бы случиться с людьми их возраста, ничего критического, слава Богу. Странно так говорить конечно, когда мы на выезде, но довольно приятно время провели на нём. В том смысле хотя бы, что люди были приятные, располагающие к себе с первого взгляда, первого слова. Да и забавно вышло с тем, что к Габи мне предложили присмотреться, как к потенциальной невесте. Можно сказать, что исполнил желание обаятельной миссис Флетчер, ещё до того, как она его загадала. И впрямь, давно уже обратил внимание на эту потрясающую девушку, и даже всё сделал, чтобы больше она от меня никуда не убежала. Хотя, это правда было мило - наблюдать за тем, как двое людей могут пронести собственную любовь через десятилетия, через все сложности, что так любит дарить нам жизнь и все препятствия, которых несомненно, им тоже не удалось обойти. Когда кто-то говорит, что кому-то "просто повезло"  и лишь потому они справились, не думаю, что это хоть в каком-нибудь случае может быть верно. Дело в том скорее, кто действительно знал, чего ради. И держался за то, что ему дорого, невзирая ни на что. Надеюсь, что когда-нибудь, спустя пол века, мы с Габриэлой будем такими же, беззлобно подтрунивающими друг на другом и не разлучавшимися с самого момента брака. Хоть и представляю, какой это титанический труд, к которому нам обоим придётся приложить усилия.
- Бывает непривычно, но думаю, чем чаще будем говорить нечто подобное, тем проще будет смириться с этой мыслью. В принципе, согласен с Габи. Слишком недолго ещё пребываем в статусе мужа и жены, чтобы окончательно остановиться на подобных определениях. Я так долго был один, приходя в себя, после поступка Шерон, что не думал, что решусь когда-нибудь ещё на подобный шаг, позволю кому-нибудь оказаться в моей жизни настолько основательно. Весь мир мой сконцентрировался на Крисе и я не был уверен, что смогу когда-нибудь довериться ещё хотя бы одной женщине, что будет уверять меня в своей любви. Но Габриэла правда была особенная, на всех других совершенно не похожая. И рядом с ней, я как минимум, чувствовал себя всегда немного лучше. Наверное, так и должно было быть. Именно это было правильно.
- Давай сюда. Втягиваю супругу в каморку хозяйственного назначения, заглядываем в которую только когда во время дежурства необходимо прибраться в части. Слава Богу, никого нет поблизости, можем позволить себе пару мгновений побыть наедине, без любопытствующих чужих взглядов. И хотя давно уже все привыкли к тому, что мы вместе, давно не делали из этого факта ничего удивительного, мы сами не слишком стремились семейные отношения свои демонстрировать при  всех. И не скрывали ни собственных чувств, ни собственного статуса, это естественно. Но и остальных смущать или слишком много личного привносить в профессиональное, не стремились тоже. Правильно говорят наверное порой, что личное, хотя бы по возможности, всё равно должно оставаться личным.
- Но вообще, мне нравится говорить, что мы женаты и признавать твой статус моей супруги вслух. Усмехаюсь только, Габриэлу приобнимая за талию и прижимая крепко к себе. Пожарная часть - не место, где можно уединиться надолго, куча народа вокруг, да и всегда может голос раздаться, извещающий нас о том, что мы вновь где-то нужны. Буквально в любой момент. Но если подобные моменты случаются, то необходимо ими наслаждаться, пока есть возможность. Не будем здесь зависать надолго, боюсь, что коллег можем смутить, если пропадём слишком надолго. Но всё равно, хочу побыть  с собственной женой наедине даже те краткие моменты, что нам отпущены. К тому же, предполагать даже не можем, что случится уже в следующий момент и не вызовут ли нас куда-нибудь на пожар, где останемся до самого утра. Нужно, даже на такой работе, уметь напоминать друг другу о том, как нам нравится быть рядом.
- Думаю, просто нужно говорить что-то подобное вслух почаще. Хмыкаю только, видя красивую улыбку жены и нагибаюсь, чтобы оставить лёгкий поцелуй на её губах. Не думаю, что нужно увлекаться, как бы не хотелось это сделать, но хотя бы подобное могу сейчас себе позволить. К тому же, пары вроде Флетчеров действительно вдохновляют, заставляют верить в то, что истинная любовь существует. И я уверен, что мы с Габи её тоже встретили. Сколько бы не было проблем, мы  с ними справимся, вместе. В том даже сомневаться не приходится.

Отредактировано Edmundo Diaz (2022-02-03 01:16:02)

+2

7


— LESLIE SHAY —
[one chicago & fbi`s]
https://i.ibb.co/Vq3BSTn/95351-original.gif
[Lauren German]

— ОБЩЕЕ —
Лесли Шей — отличный парамедик, но ещё более классный друг. Она всегда рядом, когда это нужно. Поддержит, выслушает, придёт на помощь. Даже нарушит правила и закон, на свой страх и риск (все мы помним историю с лекарствами для Келли). Последнее, конечно, не стоит делать главной чертой и постоянным) В любом случае, она очень яркая девушка, которую сложно не заметить в целом.
Да, во втором сезоне она погибает, но давайте не будем этого делать? Есть предложение, что Шей тогда да, очень серьезно пострадала и даже впала в кому (а может она была искусственной, чтобы спасти её жизнь), на достаточно долгий срок, но после вышла из этого состояния. Врачи помогли ей поправиться, а друзья и коллеги восстановиться. Чтобы Лесли могла вновь вернуться к своей любимой работе. Возможно, ей это дастся не просто эмоционально, но она не одна. А значит, со всем справимся.
По моему сюжету, Габи покинула Чикаго больше год назад и перевелась в ЛА, чтобы начать всё заново после развода с Кейси и других событий. Теперь она работает на станции 118 (сериал 9-1-1, если знаком). Думаю, именно Лесли поддержала подругу в этом решении. Но едва ли разные города мешают им до сих пор общаться и делиться всем. Да и приехать в гости можно всегда. Кроме того, кто, как не Шей, был одной из подружек невесты на свадьбе Габи и Эдди?
Остальное же предлагаю обсудить уже лично. У нас есть тема каста, и есть личные сообщения.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Пожалуй, тут будет довольно стандартный набор пожеланий. Если берете персонажа по заявке, то не пропадайте молча и не исчезайте. Любите её и развивайте. А так же не забывайте про игру. Прекрасно понимаю, что есть работа, учёба, семья, друзья, болезни и целый ворох причин, который может выбивать из колеи, всё же люди все взрослые, и я могу понять, что такое жуткий завал или форс-мажор, но давайте этим не злоупотреблять, ладно? Я точно не брошу тебя в одиночестве и с графикой тоже помогу.

— ПОСТ —

Потерпите ещё чуть-чуть, миссис Флетчер, — говорю успокаивающим тоном, при этом улыбаясь старушке. Я уже успела осмотреть её и убедиться, что жизни ничего не угрожает. Разве что от самого события у очаровательной старушки немного расшалилось давление и самостоятельно по лестнице она сейчас не поднимется, даже несмотря на то, что препарат для повышения давления уже ей введён. Оставить её на полу, пусть и в утеплённом подвале, мы не можем. Вообще, именно потому нас и вызывали. Обеспокоенный муж увидел супругу лежащей на полу, а на его вопросы она не отвечала, потеряв сознание, и позвонил в службу спасения, ведь возраст и больные суставы не позволяют мистеру Флетчеру самостоятельно помочь супруге. Постоянно вижу его обеспокоенное лицо, мелькающее в дверном проеме, ведущем на лестницу, но Эван и Эдди убеждают его вернуться в гостиную. Оказывается он уже несколько лет сюда не спускается и даже предлагает жене заготовки начать хранить в одной из комнат, которую давно уже покинул их средний сын, но миссис Флетчер не соглашается, потому что "для этого они сорок лет назад и оборудовали подвал, а пару лет назад дети его облагородили и утеплили". Обо всём об этом мне рассказала сама пожилая дама, когда ей стало лучше. Искренне не могу понять её возмущения и нежелания оборудовать кладовую поближе к кухне, но мнение своё о том пока не высказываю. Вот уж когда окажется в гостиной, я постараюсь мягко ей объяснить, что нужно беречь себя и своё здоровье. Но в данный момент времени мне важно её доверие и расположение. И разговоры тому способствуют. Даже если многое из того я уже даже через пару часов просто не вспомню, в силы загруженности на работе. Миссис Флетчер же, кажется, почуяв во мне благодатного слушателя, решила рассказать всю свою биографию. Признаться, посекретничать она любит, но подружки уже очень давно не навещают её в силу возраста и различных болячек, а разговаривать по телефону часами не разрешает муж. Улыбаюсь только, случая весь этот поток информации о жизни, кивая и соглашаясь в нужные моменты. Нет, мне не скучно и даже правда интересно, эта милая старушка к себе расположить точно умеет, но сейчас я пытаюсь вновь измерить её давление, чтобы убедиться, что ей становится лучше, а значит мы сможем вызволить её из этого подвала. Не оставлять же её на полу, пока сама не сможет подняться и идти? Конечно же нет. Однако, мне требуется немного тишины.
Пожалуйста, миссис Флетчер, позвольте мне измерить вам давление, чтобы точно знать, могу ли я пригласить ребят, чтобы помогли вам оказаться наверху. Вы же не хотите провести в подвале ещё несколько часов? Вот и славно, спасибо, — она уже была почти готова рассказать мне, как именно солить помидоры, за которыми, кстати и спустилась, но мне всё же удаётся вежливо её прервать. До сих пор не понимаю, как от их знакомства с мистером Флетчером мы вдруг дошли до помидор. Где-то я точно прослушала таки смысловую связку. Надеюсь, что давление поднялось уже достаточно. Мы не можем весь день провести на этом вызове.
Эдди, уже можно, — когда аппарат показывает цифры значительно выше тех, которые были изначально, я почти выдыхаю. Можно вызволять старушку из подвала, а после всех рекомендаций отправляться обратно в часть. К частью, падение прошло без особого вреда для миссис Флетчер. Не ударилась головой, не сломала себе ничего. Как мне удалось понять, она это предчувствовала, когда закружилась голова и даже успела сесть, собираясь переждать дурное самочувствие, но давление упало настолько, что она потеряла сознание. К сожалению, сегодня это даже частая причина вызовов. Магнитные бури, будь они неладны. Многим становится дурно. Даже тем, кто обычно не испытывает такой связи с изменениями в природе. Но то ли баллы у природного явления зашкаливают, то ли что. Но это уже не первый такой вызов сегодня, но первый, где нам, парамедикам, потребовались ещё и пожарные. Наверное, мы бы с Хен и управились вдвоем, при помощи носилок, но по протоколу им пришлось выехать с нами. Мало ли, пришлось бы искать альтернативный способ подъема старушки из "западни". Обошлось, к счастью.
Отодвигаюсь чуть в сторону, вместе со своей сумкой, когда в подвал спускается Эдди. Вижу, как приветливо тоже улыбается, сразу располагая к себе миссис Флетчер. Она даже тут же перестала рассказывать мне про свои болезни, которые в последнее время расшалились тоже. Надо же, почти светится когда Диаз объясняет ей план своих действий. Собирается вынести её просто на руках, раз носилки не требуются, но для этого ему нужно, чтобы милая леди ему немного помогла и обхватила руками за шею. Сдерживаю тихий смех, отворачиваясь к сумке. Очевидно, женщина остаётся таковой, даже когда ей уже очень хорошо за семьдесят. Достаточно назвать её милой и очаровательной, и ты посмотри, кажется прям на глазах оживает. Может надо было не лекарство вводить, а сразу Диаза звать? Ладно, об этом я ему потом скажу. Уверена, ребята такую шутку тоже оценят. Можно было бы даже ставки сделать, реагировала бы миссис Флетчер так же на Эвана или это особый талант именно Эдди. За этими размышлениями я и выбираюсь из подвала, последней, в последний момент таки прихватив ту самую банку с помидорами, за которой старушка и спустилась. Будет не очень, если после нашего отъезда она повторит этот манёвр и вновь придётся звонить 911. Ставлю банку на комодик недалеко от двери, делая себе заметку сказать хозяевам, где ту искать. Надеюсь сегодня им больше ничего не потребуется из подвала. Или может сразу предложить им нашу помощь. Парни быстро всё необходимое поднимут. Им точно сложно не будет.
Вижу, вы уже со всем комфортом устроились, — в гостиной и правда уже всё и без меня решилось. Миссис Флэтчер уложили на диван, предлагая ей плед, а мистер Флетчер рядом с ней в кресле и держит за руку. Удивительно, как за столько лет брака они сохранили друг к другу тёплые чувства. Неосознанно кручу на пальце обручальное кольцо, задумавшись на мгновение, но вспоминаю о работе.
Мистер Флетчер, позвольте я и у вас давление проверю, чтобы убедиться, что вы не перенервничали, а после я оставлю вам рекомендации. И пожалуйста, не спускайтесь сегодня больше в подвал. Банку с помидорами я оставила в коридоре, на комоде. Если нужно что-то ещё, думаю Эдди с этим поможет, если вы ему скажете, что требуется. Да, Эдди? — Смотрю на него выразительно, но с улыбкой. Уверена, он поймёт, что я пытаюсь предотвратить. Повторный вызов. К счастью, он и без того соглашается.
Какая милая девушка, Эдди, — миссис Флэтчер тут же начинает ворковать, пока я, оставив сумку совсем рядом с креслом, цепляю датчики к её мужу. Возраст, всё-таки, а переживал он за неё очень сильно. Нужно убедиться в том, что помощь не потребуется уже ему.
Такая хорошей женой будет. Присмотрись к ней, — на последних словах старушки я даже сбиваюсь немного, путаясь в датчиках, но вовремя исправляю это упущения, закрепив всё как надо. Вот тебе раз. Вот вам и милая тихая старушка, рассказывающая о своей жизни. Готовлюсь отшутиться или вежливо перевести тему, но Диаз отвечает уже за меня, демонстрируя хозяйке дома свою руку с кольцом, с заверением, что он уже прекрасно рассмотрел во мне ту самую и мы женаты. Я только чудом не сбиваюсь второй раз, но вежливо улыбаюсь мистеру Флетчеру и заверяю, что с его давлением всё в порядке, хоть в космос.
Ой да куда ему с его суставами, милая, — добродушный смех обоих старичков сбавляет градус моего напряжения. Вот и ничего себе вызов.
С хозяевами мы прощаемся уже через несколько минут, когда собрана моя сумка, а нам клятвенно пообещали пока не спускаться в подвал, да и заверили, что кроме помидоров больше ничего и не нужно было. Значит, можем вернуться в часть.

Думаешь, я из машины не выберусь сама? — Произношу шутливо, когда дверь открывается, а Эдди протягивает мне руку. Только вернулись в часть и, к счастью, сигнал пока не срабатывает. Вижу насмешку в его взгляде и даже готовность мне ответить, но всё же вкладываю свою ладонь в его и покидаю салон, под комментарий Хен, что она ничего не видела и вообще ушла есть. Время и правда уже обеденное, но не тороплюсь подниматься, и Диаза удерживаю за руку. Всю дорогу думала о том, что было в доме Флетчеров.
Знаешь, это было мило, — наверное он думает, что я про самих старичков. Про их заботу и любовь, которая сохранилась спустя годы. А ведь они вырастили четверых детей, прошли через лишения и подъем, и каждый день друг друга поддерживают. Да, я ещё не забыла всё, что мне рассказала миссис Флетчер. Может даже и не сразу забуду. Но говорю я сейчас не об этом.
Ты сказал той леди, что мы женаты. Это было мило, Диаз, — а ещё непривычно. В новом статусе мы не так уж и давно. Несколько недель, которые провели в отпуске. А то, как к этому шли и вовсе можно было бы назвать штормовым морем. Секреты от коллег, ссоры и обиды. Он отталкивал меня, я - уезжала в Чикаго. Да и перед самой свадьбой меня как заклинило. Казалось, что всё это может быть ошибкой, но буквально за день словно встал последний фрагмент в пазл. И те недели после свадьбы, сначала вдвоём, а после уже втроём, когда приехали и забрали Кристофера домой, разделив наш отпуск на две части, были прекрасными. Только вот не дали ещё того осознания, что теперь мы муж и жена. Да, любящие друг друга люди. Я переехала к Эдди и Крису и мы даже стали подумывать о том, что может стоит купить дом или квартиру чуть больше. но совместно. Пока только пару раз заводили о том разговор, но каждый раз отвлекались от этого. Но всё же это пока ещё в новинку. И так странно. Даже то, что имя на моём шкафчике в 118 успели переклеить, ведь теперь у меня двойная фамилия. Это постарался Бобби. О том мне по секрету поведала Хен, когда встречала утром на смене. Только родная часть и коллеги, что были на нашей свадьбе - это одно, а люди, которым мы приехали помочь - совершенно другое. Конечно же это не тайна, но ведь Эдди мог и не отвечать на слова миссис Флетчер. Я вот была готова отшутиться и перевести тему. Получается, что супруг к новому статусу относится даже серьёзнее, чем я? Или просто мне всё ещё хочется скрыть от мира собственное счастье, опасаясь, что могут вмешаться? Глупость какая. Понимаю же это мозгами, но ведь поступок почти о том и говорит. 
Это всё ещё так непривычно.

Подпись автора

https://i.ibb.co/tKRmVp1/4-1-1-1.gif https://i.ibb.co/nPQ3wX3/4-1-2-1.gif
сурикат

+2

8


— DYLAN SCOTT —
[one chicago]
https://i.imgur.com/gJ5Uu7c.gif https://i.imgur.com/0ztKjPL.gif
[guy lockard]

— ОБЩЕЕ —
О Дилане мало известно по канону, так что многие аспекты биографии останутся на твое усмотрение. Я предлагаю оставить в его описании тот факт, что Скотт еще десять лет назад был полицейским и, однажды решил сменить сферу деятельности. Поболтав с коллегами по фэндому, мне показалось прикольной идеей сделать Дилана и Кевина не только друзьями, но и родственниками. Кузенами. Может быть, Дилан ушел в полицию вслед за братом, а потом осознал, что хочет помогать людям иначе? Приходи, мы обсудим эти моменты. Дилан видится мне человеком благородным, для которого слова честь и несправедливость очень хорошо знакомы. У него есть старшая сестра, работающая детективом, и все трое в очень хороших отношениях.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Не буду ограничивать тебя пожеланиями о размере постов или лице, от которого писать, играй, как тебе удобно. Внешность прошу не менять - Гай и ЛаРой очень похожи между собой, как раз сойдут за кузенов. Я в графике не силен, но смогу обеспечить игрой.

— ПОСТ —

[indent] Звонок раздается так внезапно, что Кевин аж подскакивает от неожиданности, сидя в гостиной своей квартиры и разгребая счета. После покупки большого жилого здания эти бумажки стали заваливать полицейского не хуже снежных комьев во время снегопада, но нельзя сказать, что брюнет не был к этому готов. Это всегда неизбежно, когда решаешь стать владельцем такого большого дома, вмещающего в себя десяток семей. А вот что его действительно шокирует, так это известие о том, что в трехэтажном сооружении, приобретенном под жилье в квартале чернокожих  совсем недавно, этим вечером произошел пожар. Голос Мэтта в трубке кажется достаточно обеспокоенным, предвещавшим, что эта новость, итак далеко не радужная, не до конца описывает масштаб катастрофы.
[indent] - Если есть что-то еще, что я должен знать, говори, - тон голоса понижается до критической отметки, показывая, насколько Этуотер ошарашен и взволнован трагичной вести о судьбе жилого дома. Мужчина резко поднимается на ноги, пока с колен на пол хаотично рассыпаются бумаги, свободной от телефона рукой шарит в вазочке с мелочевкой ключи от квартиры и злится на то, как пальцы запутываются в брелоке для ключей. В телефонной трубке повисло секундное молчание, и за это мгновение Кев, кажется, успевает постареть лет на десять. – Во время пожара здесь находились Ванесса и Джордан… - конец предложение полицейский пропускает, ощущая, как сердце проваливается куда-то в желудок, а во рту мгновенно пересыхает. – Они в порядке? – он замирает в дверном проеме, одной ногой успевая переступить через порог, но в какой-то момент останавливается, так как весь обращается в слух. – Живы. – Все, что слышит мужчина, и все, что может сказать Кейси на данный момент. Пообещав приехать в максимально короткое время, коп сбегает вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки сразу. Нога выжимает педаль акселератора до упора, сигнальные огни позволяют представителю закона нарушать все возможные правила дорожного движения. Всеми мыслями Кевин давно уже там, перебирает все возможные варианты исхода событий, и ни один из них не оказывается даже близок к действительности. На самом деле все оказывается еще страшнее, так как картина, предстающая перед глазами, является реальной, а не выдуманной ним самим с возможностью проиграть сценарий так, как вздумается автору. Да, пожар потушен, - это видно невооруженным взглядом по отсутствующим языкам пламени и черной копоти на внешних стенах, - но что касается последствий?
[indent] - Ребекка! – мужчина окликает девушку в пожарной форме, и подбегает к ней с выражением явной тревоги на лице. – Ты знаешь, где мои брат с сестрой? С ними все в порядке? Кто-то еще пострадал? Есть погибшие? – он заваливает сотрудника пятьдесят первой бригады вопросами, понимая, что, вероятно, давит на нее, но ничего не может поделать с нахлынувшими на него чувствами. Шейф указывает ему на бригаду скорой помощи, только что тронувшуюся в сторону Чикаго Мед, и офицер едва не бросается догонять авто, требуя от самого себя немедленно разобраться в ситуации. – Что здесь произошло? С чего начался пожар? – в какой-то момент две огромные ладони обхватывают хрупкие плечи темноволосой девушки, но коп вовремя останавливает себя, чтобы в порыве эмоций не причинить подруге боль. – Бекка, я должен знать. В чем причина возгорания? – вдруг это именно он виноват в случившемся? Вдруг он не успел вовремя проверить пожарную безопасность здания и это он является причиной трагедии?

Отредактировано Kevin Atwater (2022-02-17 12:33:53)

+3

9


— ETHAN CHOI —
[one chicago & fbi`s]
https://i.imgur.com/g5Tuw4d.gif https://i.imgur.com/1zCQe6h.gif
[Brian Tee]

— ОБЩЕЕ —
Итан некоторое время был военным врачом на флоте, после перешел в Чикаго Мед. Страдает постравматическим синдромом. У него непростой характер, этот человек закрыт от других, к нему не так сложно подобраться. Считается, что у него не слишком много друзей, однако это не совсем так. Чой отличный врач, чувствующий гораздо больше, чем может показать. Он горой стоит за своих - близких, родных, коллег. Не зря его сделали главой неотложки. Слишком ответственный, слишком строгий, он привык, чтобы все было разложено по полочкам. Но ему не чуждо ничего человеческое.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Я задумался о том, что Рузек и Итан могли бы стать в этой версии хорошими друзьями. Знают друг друга они давно, могли много лет быть просто приятелями, но после какого-то дела (какого - потом решим) сойтись на общем мнении в важном вопросе. Или же один помог другому тогда, когда этого совсем не ждал. И Джей просил передать, что они с Чоем могли стать друзьями на фоне ПТСР.
Из банального - не берите роль ради роли, хочется видеть активный каст, готовый играть и развивать персонажа. Думаю, игроки помогут с одежкой, я с удовольствием подхвачу игру. Лицо и объем постов в целом для меня не имеет значения, играй, как тебе удобно.

— ПОСТ —

[indent] Адам резко давит на тормоз, предварительно крепче обычного сжав пальцами руль. Тормоза свистят, и машина резко дергается, останавливаясь у края забора, за которым скрылся подозреваемый в убийстве. Открывая водительскую дверь, офицер выскакивает на улицу, в два шага преодолевая оставшееся расстояние, и с наскока запрыгивает на возвышавшуюся перед ним преграду, ловко оказываясь во дворе небольшого одноэтажного дома. На мгновение Рузеку кажется, что он потерял беглеца из вида, но у самого края небольшого строения он видит движение и срывается с места, попутно выхватывая рацию из-за спины. Он докладывает о преследовании, стараясь не отставать ни на секунду, и выбегает на открытую детскую площадку, на которой в настоящее время оказывается пусто. Блондин движется дальше по узкому проходу в сторону задней калитки. Преследуемый опрокидывает пустую бочку, пытаясь преградить копу путь, и сотруднику полиции приходится увернуться и перепрыгнуть препятствие, не замедляя своего бега. Очередной прыжок перемещает полицейского в небольшой переулок. Преступник меняет траекторию, двигаясь на запад в сторону железнодорожных путей.
[indent] - Стоять. Полиция! – устав требует назвать себя, однако беглец, прекрасно осведомленный, от кого удирает, виляет в сторону, скрываясь в зарослях шиповника. По перпендикулярной улице проносится машина подкрепления в надежде отрезать подозреваемому дальнейший путь в то время, как Руз продолжает погоню, на минуту или полторы теряющего преследуемого из поля своего зрения. Выбираясь из зарослей колючего растения, синеглазый не обращает внимание на поцарапанные руки, и достает из кобуры оружие, прислушиваясь к движению в окружающей среде. Он оказывается на территории заброшенного трейлерного парка, где мест скрыться хоть отбавляй. «Твою мать», - ругается он про себя, не давая волю чувствам, и осматривается, не желая быть застанным врасплох. Адам подносит рацию к губам, называя свое местоположение, и отключает звук, дабы тот не выдал его укрытие. Шум потасовки заставляет его обернуться и двинуться в обратную сторону, подсказывая, что коп, по видимому, выбрал неправильный путь. Он огибает небольшое транспортное средство, некогда служившее кому-то домом на колесах, и выставляет пистолет перед собой, замечая потасовку между Холстедом и беглецом. К удивлению Рузека, Джей оказывается в невыгодном положении, пропустив несколько ударов. Заметив в руках латиноамериканца табельное оружие коллеги, которое тот готовился пустить в ход, сотрудник департамента ускоряет бег, производя несколько выстрелов. Жуткий вой огласил на всю округу о попадании в цель, и несостоявшийся убийца полицейского падает в пыль, хватаясь за раненное плечо.
[indent] - Эй, не время прохлаждаться, - беззлобно бросает он Холстеду, под стон раненного, и вытаскивает из-за пояса наручники. Надевая «браслеты» на пострадавшего в перестрелке, Адам проверяет его карманы на наличие дополнительного оружия, и вызывает бригаду скорой помощи, с легким беспокойством глядя на поднявшегося сослуживца. Это второй раз за день, когда Джей «летает в облаках», ведь в первом случае он упустил подозреваемого, заставив двух офицеров гнаться за ним через три квартала. Он не злился на коллегу, но в этот раз его рассеянность едва не стоила ему жизни. – Ты в порядке? – жмурясь от яркого солнца, интересуется он у напарника в этом задании, и поднимает сопротивляющегося аресту преступника на ноги, реагируя на звуки приближающейся к ним машины парамедиков и патрульных. Передавая латиноса в руки коллег по оружию, Адам возвращается к старшему по званию, кратко передавая информацию, полученную от Бретт – рана, нанесенная уголовнику несерьезная, и с его требуется допросить сразу, как только мужчине окажут первую помощь в Чикаго Мед.
[indent] - Что с тобой сегодня? – ему показалось, или при упоминании названия больницы, Джей несколько изменился в лице? Возможно, все дело в солнечном свете, но Руз хмурится и закусывает щеку изнутри. – Сначала у дома девчонки этого парня, - тогда Холстед промедлил и дать подозреваемому в убийстве сбежать. – Теперь это. Ты точно в порядке? – он заглядывает другу в лицо, считывая его эмоции, и хмурится, когда Джей медлит с ответом. – Я не собираюсь лезть в душу, - он выставляет перед собой раскрытые ладони в знак подтверждения своих слов, - Но давай так, чтобы твои действия больше не подвергали никого опасности? – сейчас итак было довольно опасно, и Адам без проблем прикроет друга, однако его поведение заставляет копа заподозрить что-то неладное. – Если что, ты же знаешь, что всегда сможешь со мной поговорить? – кивает Руз, выгибая густую бровь.

Отредактировано Adam Ruzek (2022-02-23 18:34:06)

Подпись автора

Delilah

+3

10


— DR. HARLEEN QUINZEL [HARLEY QUINN] —
[dс сomics]
https://c.tenor.com/HmOXfFJxy3wAAAAC/harley-quinn-margot-robbie.gif
[margot robbie или на ваш выбор. не принципиально]

— ОБЩЕЕ —
Ты как младшая надоедливая сестрёнка, которая не знает, что такое личные границы. Врываешься, словно ураган, проносишься по помещению, перевернув всё с ног на голову и вновь исчезаешь, радостно взвизгивая "Пуддинг!". Ох сколько раз тебе и я, и многие другие говорили о том, что Джокер — самая худшая из всех возможных вариаций пародий на любовь. Но ты не слушаешь. Или хочешь услышать, но твой разбитый на осколки разум никак не может определиться с выбором. Харлин... ты помнишь ещё это имя? Ты была гениальным психотерапевтом, хоть и редкостной сучкой уже тогда. Но та ты была мне более понятна, чем та Харли, которую вижу теперь. Я бы хотела тебе помочь избавиться от пагубной зависимости в лице ублюдка с фальшивой улыбкой на лице, но ты того не принимаешь. И в то же самое время я хочу, чтобы ты перестала своей болтовнёй взрывать мозг мне, привнося в мой быт лишь хаос и проблемы. Реши уже наконец, кто ты есть, Харлин Квинзель. Ради своего же блага

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Для начала скажу, что сама опираюсь на разные источники о Ядовитом плюще. Это и различные мультфильмы (Харли Квинн, Долгий Хэллоуин и др), и немного комиксов. И даже сериал начала, где она будет, так что возможно добавлю и оттуда. И возможно, если появятся фильмы новые, так же задействую. А это значит, что и ты так же можешь слепить из разных источников свою Харли. И вы можете уже уйти от Джокера, если есть такое пожелание, настаивать не буду, но оставьте момент, где Харли - катастрофа, что сваливается на головы всех. И вызывает сплошную боль. Так же для меня очень важен момент игры. Не берете персонажа, если единственное ваше желание сидеть на главной странице или носить красивую графику. Игра точно будет. Я не бросаю своих нужных, так что помогу и с эпизодами, и с сюжетами, и даже с той же графикой, почему нет. Кроме того, на форуме уже есть и я, и Двуликий. Он тоже не откажется сыграть. Но не стоит цепляться только за нас, забывая о возможности играть еще с кем-то. У Квин масса взаимодействий по канону (преступники Готэма, отряд самоубийц). Так почему бы не разыскать ещё и их, чтобы вселенная была полной и разнообразной? В остальном, мне всё равно в каком лице будут посты и даже объем. Сама пишу в среднем от 7к и выше, но могу и на 4-5к остановиться, если есть такое пожелание. Флуд так же не обязателен, но было бы неплохо видеть не только на главной странице, да. Порой именно общение во флуде приносит сюжеты на эпизоды. Не только с кастом, кстати. В общем, любите Харли и её многогранность. И приходите играть)

— ПОСТ —

данный пост из альта, где мы играем немного иную версию истории с Дентом
Аркхем. Эти стены повидали множества историй. О заключении. О безумии. О разрушении. Но каждый раз, подобно фениксу, она восстаёт из пепла, чтобы принять в свои мрачные, совершенно недружелюбные стены тех, кому суждено оказаться здесь до конца дней, но кто, конечно же, мечтает о побеге. И скорее всего предпримет попытки к этому. Кто-то попробует сам, кому-то будут помогать приспешники, что остались на воле. Когда запираешь глав преступного мира, безумцев и фанатиков, к этому стоит подготовиться. И лечебница Аркхем из таких.
Шесть месяцев. Кажется сегодня ровно столько исполнилось с момента вынесения приговора, после которого была отправлена сюда. Что поразительно, но на этот раз никто не собирается оставлять меня в заключении на многие годы. Лишь на тридцать семь месяцев, что можно назвать было бы и смехотворными, но всё равно тяжелыми для меня. Быть отрезанной от растений и самой жизни, проводя свои дни среди камней, стекла и металла - что может быть хуже для той, что тесно связана с самой природой?  Но на самом деле, всё значительно сложнее. Не только в этом дело. Но и в семье, которую пришлось оставить. Когда-то я рисковала только собственной свободой и конечно жизнью. Переживала лишь за свой сад, который мог погибнуть без моей заботы и опеки. Мог завянуть. Теперь же все мои мысли о двух маленьких созданиях, что к счастью не унаследовали ни моих сил, ни моих мутаций, за то бойко отвечали, что как и отец будут верны правосудию. Наши дети... и мой муж. Угодив в Аркхем за свои деяния, я потеряла их, пусть они от меня и не отвернулись. И всё же я чувствую это каждый день. Сколько потребуется времени, чтобы они привыкли жить без меня? Сколько нужно дней, а может месяцев, чтобы привыкли к мысли, что Памела Айсли-Дент преступница, которой не стоит никогда покинуть этих стен. Или что она не достойна фамилии собственного мужа. Да, я слышала здесь много разных новостей. Статьи пестрили заголовками первые недели, когда только оказалась в лечебнице. Потом всё поутихло, но кто знает, какие сомнение это могло зародить в сознании моих собственных детей и Харви Дента, чьей женой являюсь до сих пор. Он мог бы попросить развод... но до сих пор того не сделал. Так благородно. Как и всегда с его стороны. Как и навещать меня.
Мистер Дент, — время для посещений давно прошло. Здесь, за толстыми неприглядными стенами лечебницы время ощущается иначе, но всё же ощущается. Я бы назвала его часом сумерек, когда ночью ещё в свои права не вступила, но многие злодеи уже готовятся выйти на свой промысел. Этот город кишит ими, словно муравейник своими обитателями. Впрочем, я едва ли гожусь на роль эксперта в этом вопросе. Для меня и "мирные" жители Готэм-сити часто равнозначны преступникам. То, что они делают с природой - ужасно. И я здесь как раз потому, что пыталась остановить это. Они называют меня безумной, но так далеки от правды. Попробовали бы сами чувствовать боль всего живого мира растений и спокойно при этом за всем наблюдать. Я пыталась, правда. Можно даже сказать, что в моей жизни был почти идеальный период. Стабильный и такой основательный, что возможно действительно совершила глупость, когда отправилась к тому заводу, собираясь уничтожить его. Ради его постройки вырубались рощи, а тяжёлые гусеницы тракторов перемалывали хрупкую траву. Его же выбросы после отравляют землю, но никто об этом не хочет даже слушать. Сильные мира сего получили свою "зелень" за это, а ждать иного правосудия было слишком долго. Пусть и был шанс.
Прикасаюсь ладонью к стеклу, что разделяет меня и прокурора. Безжизненное обжигающее холодом. Его невозможно разбить, даже если очень того пожелать. Даже если случайно, вместе с охранниками, сюда попадёт хоть одно живое семечко. Проще будет разрушить стены, если честно, чем эту прозрачную преграду, что позволяет говорить, но не касаться. А мне бы того очень хотелось.
Почему ты здесь так поздно? Что-то с детьми? — Он - мой почти идеальный период. Семья и полная чаша. Прокурор чья слава спасителя Готэма бежит впереди него. И тот, кто однажды повёл под венец преступницу, место которой определили здесь. Он сам был вынужден это исполнить, выступив в роли государственного обвинителя. И я не держу за это зла. Кажется мы оба знали, что однажды это случится. Старые привычки невозможно искоренить, даже если ты почти идеальная жена и любящая мать. Растения мне тоже как дети. Не могла поступить тогда иначе.
Харви, ответь мне. Почему ты здесь? — Чувствую внутреннее беспокойство, пока молчит и просто смотрит на меня. Что могло случиться такого, что собственное положение он использовал, чтобы почти перед самой ночью оказаться в Аркхеме? Он навещал меня и часто, но всегда лишь в отведённые для того часы. Может мы здесь и заключённые, кто-то даже на пожизненное и даже не одно, но всё же и у нас есть права, которые не нарушают, если только сами на то повода не предоставим. Мне здесь не нравилось, не вижу повода скрывать, но и бунтовать не видела никакого смысла. Проще было считать дни до того момента, когда по закону смогу вернуться к собственной семье. Мне бы того очень хотелось.
Чёрт, Дент, что с детьми?! — Бью ладонью по стеклу, привлекая его внимание. Он словно не здесь. Пребывает где-то в своём собственном сознании. И выдыхаю только в тот момент, когда убеждает, что с ними всё в порядке. Я не могу за них не переживать. В Готэме слишком много отморозков, что ещё не заняли своих камер в этих стенах, но кто точит зуб на Харви Дента. Впрочем, врагов и у меня всегда хватило. Так что наши дети всегда будут под ударом. Отчасти я в этом больше виновата, ведь должна была оставаться с ними, дома, а с заводом позволить разобраться мужу, но... правосудие здесь часто имеет два лица, не так ли. И пусть я верю в силы Харви, время уходило. Он в праве за это злиться на меня. Что пренебрегла семьёй в тот вечер, которую люблю, пусть и не всегда знаю, как показать это открыто. Не привыкла держать сердце нараспашку. Что пренебрегла законом, защитником которого является мой муж. Не он отправил меня в эту "клетку", а лишь я сама. Так на кого же за это злиться?
Тогда я всё ещё не понимаю, почему, — теперь, когда тревога за детей чуть отступает, я вновь льну ближе к стеклу, что нас разделяет. Как бы мне хотелось оказаться по другую сторону и обнять его. Только кто позволит? Многие считают, что Дент был околдован моими феромонами, что был не в себе, когда сделал предложение, а после повёл под венец. Многие того не постеснялись высказать, когда покидала зал суда, чтобы оказаться здесь, в Аркхеме. И даже те, кто давно пребывал в этих стенах, были отчего-то уверены, что всё это время я им манипулировала. Глупо. Мне совершенно не требовалось этого. Есть "яд" и посильнее моего. Название ему любовь.
Срок ведь не изменят, верно? — Завод был кому-то очень нужен. Имен открытых было немного, но те, кто так и остался в тени... Дент мог бы со временем достать их всех, но я поторопилась. Не смогла сдержаться. Было слишком больно находиться на той территории. А как же было больно им... Отвожу взгляд, стараясь подавить в себе воспоминания. Я уничтожила завод своими силами, но едва ли выиграла тогда. Его отстроят заново, на деньги выигранные у страховых. Те, кто прятался в тени там и остаются. Только Харви теперь значительно сложнее их достать. Они будут готовы.
Прости меня, — произношу так тихо, что скорее не услышит, а по губам прочтёт. Мне правда жаль, но то признать всегда было непросто. Можно даже сказать, что он первый, кто подобные слова от меня вообще может услышать. Только и он сегодня удивляет, произнося слова, которых никогда не ожидаешь.
Что... что ты сказал? — Мне действительно кажется это нереальным. Игрой воображения, не более. Харви Дент пришёл, чтобы помочь мне покинуть Аркхем раньше времени? Разве такое бывает? Губы кривятся в усмешке. Нет, это определённо игра разума. Моего.
В этих стенах никогда не бывает стопроцентной безопасности, любовь моя. Здесь самые безумные и самые ужасные преступники. Пойманные Мышью в плаще, отправленные твоими силами из зала суда прямо в эти камеры. Не многие с тем знаешь ли согласны, в отличие от меня. Тут все и в опасности, и в безопасности одновременно. Парадокс, — внимательно слежу за каждым его действием. За каждым движением. И не могу скрыть улыбку, когда понимаю, что он вновь перекатывает монетку между пальцев. Всё тот же Харви Дент. Но может что-то изменилось?

Отредактировано Pamela Isley-Dent (2022-02-24 23:25:36)

Подпись автора

сурикат сотворила волшебную красоту

+4

11


— DUELA DENT —
[dc comics]
https://i.imgur.com/HSxaWEB.gif https://i.imgur.com/fbe5EaC.gif
[abigail f. cowen]

— ОБЩЕЕ —
Наша с Ядовитым Плющом дочь, лучшее наследие. Осуждаемая мною лишь потому что оказалась не одной из близнецов, а единственным ребёнком. Слишком оскорблённая этим фактом, а от того, часто отрицающая нашу связь. Дочерью скольких злодеев представлялась, даже зная правду? Джокер даже не заметил в своё время, что у него появилась дочь, но мы с ним не были никогда похожи. На заре лет...Впрочем, мы можем всё изменить. Мы с доктором Айсли поженились до того, как я стал Двуликим, а она ещё не получила широкой известности в качестве "Ядовитого Плюща". Так что, рождена Дуэла была в семье Харви Дента, самого молодого окружного прокурора Готэма, всегда мечтавшего о семье. И была любимым, весьма обожаемым мною ребёнком. Я знал, что такое отношение жестокого отца и никогда не собирался быть таковым. Та же трагедия, что случилась...Мы с Пэм очевидно не могли стать отличными родителями в тот период, её воспитывала женщина по имени Джильда. Я даже всё сделал, чтобы у той была моя фамилия, чтобы не создавать проблем, когда они будут перемещаться по стране, надолго не останавливаясь на одном месте. Мне нужен был этот город, но понимал, в чём заключается моя главная слабость. И к тому же, отношения с женой, пытавшейся меня убить, весьма усложнились. Но я, будучи ещё не тем, кого называют Двуликим, обожал свою дочь. И мы, когда им стали, кстати, тоже. Просто понимая, что находиться рядом не стоит. Но, кажется, детка достаточно взрослой стала для того, чтобы семья наконец-то воссоединилась.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Сразу по пунктам, чтобы избежать недопонимания.
1. Начну с основного, про образ. Да, Дуэла это дикость в стиле Джокера стала, в целом, даже называлась его дочерью, но изначально всё-таки была дочерью Харви и Джильды, вполне нормальной, до кардинального изменения, чему удивился даже её создатель. Так что, не обязательно выдерживать тот образ, мы за более лояльный вариант. Никто в нашей семье не фанат стиля Джокера, так что, предпочли бы единственного ребёнка не видеть с его макияжем на лице.  Однако, мы не против, если добавить ей безумия, в конце концов, в семье найдётся, в кого именно. Либо...напротив. Можете сделать её весьма благоразумным существом. Красота и ум матери, чистые помыслы и желание спасти Готэм, как это было когда-то с Харви. Почему бы не взять  всё лучшее? В общем, тут обсуждаемо. И даже можем учесть период, что она вернувшись в Готэм и устроив хаос, всем представлялась как дочь целого списка главных злодеев.  Всех, кроме меня, чтобы взбесить и отомстить за то, что оставили её. Показать, что не хочет иметь ничего общего. Но мы примиримся и думаю, найдём пути друг к другу. Мой ребёнок останется всё-таки моим.
2. Сюжет тоже не буду в деталях расписывать, в любом случае, надо с учётом вашего видения, ваших предпочтений. Тут тысячи вариантов, которые разыграть можно. И честная, и порядочная Дуэла, и безумная...Как пойдёт. Свою дочь мы готовы принять любой, но только не пародией на Джокера или Харли Квинн на постоянной основе. Разозлить родителей этим сходством? Окей. Но истинного тут я ничего не вижу в нашей версии событий.
3. По поводу Эби Коуэн. Мы считаем, что она идеальна. Можете обговорить свои варианты предложить, мы с Пэм контактны, но надо будет искать пути и варианты, дочь хотим симпатичную нам обоим, на нас похожую.
4. Как пишем в примерах постов обоих чуть ниже. Хотелось бы примерно...по общим условиям. От 4 тысяч, в идеале от первого лица, но момент всё-таки, далеко не самый принципиальный. Главное, что ждём - желание играть и развивать персонажа, провисание на главной странице с формальным постом раз в месяц по правилу, нас не устроит. Заявку мы пишем не "написать" ради "написать". И нет, никто не будет просить писать каждый день или даже каждые пять дней, или что-то, все взрослые, у всех своя жизнь. Но активное присутствие и игра должны быть. Если сейчас нет  времени, то просто можно не брать роль. С графикой, общением, помощью с форумом и прочим, обязательно поможем, без игры в любом случае не оставим, оба с Плющом жаждем с ней играть. С вопросами в гостевой или ЛС у меня или Пэм, буду ждать.
5. А, да. Понятное дело, что со взрослой интереснее играть, поэтому, тут два варианта. Либо к моим 40 ей 16-ть и играем, как играем, либо...У нас мир такой, что постоянно кого-то из будущего заносит и далее. Можем сделать так. Что к нам, молодым ещё достаточно, вернулась уже взрослая.  В любом случае, обговорим всё уже на троих.

— ПОСТ ХАРВИ—

Хорошего не выйдет. Не может случиться, потому что для этого нужна надежда.
Но её нет в этом городе. Никогда не существовало. Однажды это каждый сможет осознать.
Жалкая иллюзия того, что они называют правосудием — фикция, чтобы прикрыть собственные грехи. А ими каждый здесь полон. Половина зовут себя грешниками, а некоторые пытаются утверждать, что святые, но правда одна лишь есть. Та слизь, что распространяется по кровеносной системе каждого, кто только переступил территорию этого города. То безумие, что разъедает мозг, называя это всё здравым смыслом. Никто не избежит подобной судьбы. От неё можно бежать, ломая собственные ноги, а дальше — ползти, подтягивая уже израненное тело. Но шутка, довольно смешная, всегда будет заключаться в том, что от неё не сбежать. Ей знать лучше. И можно лишь исполнять волю. Либо же... Неисповедимы её пути. Наверное, то говорят не зря.
Легко верить в идеалы, которыми можно засеять собственную душу. И это будет помогать. Заставлять стремиться туда, где наверное, можно обрести спокойствие. Никто не говорит о "счастье", вымышленной единице человеческого спектра чувств. Не многие способны осознать то, что им действительно нужно. И про них говорят, что они сходят с ума. В попытке того добиться.
Великое разочарование ведёт к пропасти, в которой никогда не достигнуть дна. Но наслаждаться этим полётом, прекрасно зная, что он никогда не закончится, буквально невозможно. Мы не безумны, хоть про меня и говорят, что это "он". Многие вещи становятся понятны, когда скрыты от глаз пеленой фальшивой надежды. Моё лицо — лучшее доказательство того, куда она может привести. Взращенный в ненависти  и крови, никогда не найдёт себе спокойствия. Однажды ему придётся вернуться к ним.

Рассматриваю детектива Гордона, склонив голову набок. Не ожидал иных реакций — по прежнему безупречно смел и радеет за этот город. Похвальное качество. Харви когда-то так уважал его, насколько мне помнится. Сам далеко не ушёл. Ненавидел всех, с кем вынужден быть в одном статусе — тех из них, кто давно продал свою душу дьяволам за солидный гонорар. Не оговариваюсь совершенно. Мне нет нужды быть религиозным, чтобы верить в его существование — их в этом грязном городе сотни. Они скалятся, даже не отворачиваясь, когда на глазах их творится зло, несут его сами. И те, кто должен защищать Закон, давно уже видят в том лишь собственную выгоду. Все они предатели — те, кто отворачивались и те, кто молчал. Такие, как Фальконе и Мароне заправляли этим городом, потому как умели вести дела. Но остальные... Никому нет прощения. Судьба не любит тех, кто добровольно зашивает себе глаза. Нам разум дан, чтобы чувствовать и осязать. Но  как же смешны потуги выиграть там, где не может быть победителя. Готэм поглотит всех. Души — основная пища его рациона.
  И всё же... Всем приходится делать однажды выбор. Может быть, даже тысячу раз. И затем, в тысячу первый, то решение, что будет принято, окажется единственно верным. Никто здесь не заслуживал спасения, вокруг нас. Хотя бы потому что никто и никогда не пытался никого спасти. Да, такие как Джим появлялись здесь...изредка. Говорили о том, что правильно или нет и старались вести себя как действительно хорошие парни. Но кто даёт им право делить всех на хороших и плохих, давать выбор, кто достоин помощи? Знаю, что Гордон многое пытается охватить — всё то, что неподвластно совершенно никакому контролю. Но в том главная шутка судьбы, что и до него однажды дойдёт осознание. Мы прокляты. Не мы с тем, кто был когда-то его другом. А каждый, кого он только встретит, кому он пожмёт руку или плюнет в лицо. И единственное спасение заключается в том, чтобы вовремя понять это. Какое же наслаждение чувствовать свободу разума. Никаких больше рамок, что в прошлом столько раз причиняли боль. Преступники, что уходили от наказания и судьи, что не слышали никаких аргументов, словно в уши им закапали горячий воск. Какие же милые картины разворачиваются перед глазами, при воспоминаниях об этом. Хотя, в тот момент казались противными собственной природе. Всё изменилось и тому никогда не будет возврата. Я — тот, кто действительно подходит этому городу. Двуличная и скользкая тварь, что давать может лишь для того, чтобы сполна забрать затем, в десять раз больше. Думаю, в некоторых моментах мы были даже схожи.

— Судьба решает. Говорю беспристрастным голосом, что и должен быть у судьи. Я — лишь проводник, что реализует её волю. Но ответы на все вопросы даны ею. От меня не зависит, какой же из сторон монета упадёт на мою руку. Но в моих силах свершить то, что должно. Достаточно ума для того, чтобы не идти больше против неё. Те, кто говорят, кому нужно жить, а кому нет... Они могли бы, по крайней мере, того не прикрывать  своими мантиями. Ведь можно просто прийти и взять. Этот продажный город, словно разрезанная брюшина мёртвого животного — в  нём много червей и вони, любой падальщик всегда оторвёт гнилыми зубами свой кусок мяса. Не равняю нас с ними — совершая всё те же действия, достаточно просто быть лучше. Я сам убью тварь, чтобы вырезать затем всё ещё живое, трепещущее сердце. В этом разница между мной и ими. Но они говорят про безумие. То, что давно здесь является нормой, всё ещё вызывает удивление у тех, кто и сам вызывает сомнения в собственной здравости. Знаю, где окажусь, если вдруг Судьба решит, что то мне суждено — в Аркхэме. Потрясающем Лас-Вегасе для душевнобольных преступников. Они так говорят. Я слышу шёпот крыс и ничуть не сомневаюсь в том, что мне уготовано. Дикий маскарад, в котором половина напялили маски добропорядочных жителей, а половина остались со своими лицами. Но однажды, в конце концов....
— Веский аргумент. Ухмыляюсь, рассматривая Джима Гордона. Не столько во мне безумия, как говорят, не нахожу в уголках своего разума. То, что мне не хочется больше быть на одной стороне с ним, всё ещё не делает меня ненормальным. Окружной прокурор Харви Дент и детектив Гордон...Столько успешных дел. Столько преступников, оказавшихся за решёткой в Блэкгейт или ломающих стены в Аркхэм. Но в том главная ирония времени, что оно утекает, сколь не пытайся его сдержать в сжатом кулаке. Всё вокруг меняется. Погода в том числе. Марони, разукрашенный скунс, должен был оказаться за решёткой, сгнивая там до конца дней своих, ненавидя самого себя за то, что не всех сумел купить в этом городе. Харви старался, очень старался...И куда это его в конечном итоге привело? Только безумец не будет делать выводы из собственных ошибок.
Ах, да. Они говорят, что у меня поехала крыша. Так кто тогда не умеет делать должных выводов? Те, кто считаются нормальными?
Мы хотели... Задумываясь, собираю в своих мозгах мозаику. Некоторые события мелькают чётче, некоторые довольно смутно. Но сложно сказать, что в котле воспоминаний ничего не наскрести  из того, что там было раньше. Харви Дент был прокурором, что должен был посадить Марони. Ещё до того, как оступился и проиграл. И вроде бы...сложно...тогда...говорить, что того хотел я. Истины весьма относительны, в зависимости от того, под каким углом смотреть на них.
Надо слушать желания. Марони может быть мёртв. Констатирую сухой факт, который вряд ли должен вызывать удивление у детектива Гордона. Дела прошлых лет, когда эти радости были недоступны, канули в Лету, реку забвения. Наверное, каждому рождённому в этом городе, уже к тридцати годам хотелось бы окунуться в неё. Только бы забыть то, с чем приходится мириться.

А затем, Джим задаёт вопрос и внутри вскипает всё волной первородного гнева. Он заполняет каждую клеточку тела, разливаясь по кончикам пальцев, которыми сжимаю монету, заставляет практически задыхаться от злобы. Я всё ещё дышу хорошо — мои физические показатели всегда в норме. И здесь достаточно кислорода, я никогда не позволю себе больше находиться не в комфортных условиях. Но внутри слишком холодно для того, чтобы позволить себе хоть один глубокий вздох. Он выиграл себе сегодня жизнь. Но это далеко не наша последняя встреча. Плюс...Если я застрелю его здесь сейчас. Разве на то, в конечном итоге, окажется не воля Судьбы?
Что изменилось? Не приходится говорить с ним больше, стягивая ленты, к которым привязано общее прошлое. Они давно отпущены, но стоит пожалуй, их сжечь полностью. Эти слова — словно издёвка, на которую детектив Гордон не имел никакого права. Только не здесь. Не на моей территории. Не со мной. Однажды ему уже повезло сегодня. Но я, после его слов, вновь могу спросить Судьбу — стоит ли он того?
Что изменилось, Джим Гордон? Почти шиплю от собственной ярости, сокращая оставшееся между нами расстояние. Мне хочется разорвать его сейчас, а после, выцедить всю кровь до последней капли и облить ею здание суда. Пусть  видят, что стало с их ненавидимым героем. Защитник всех страждущих, худший друг для всех, кто когда-либо оказывался рядом. И я могу причинить ему боль — не буду удивлён, если того хочет. Ведь каждый раз, рискуя собственной жизнью, он становится на шаг ближе к величию. Жалкому и фальшивому, словно шоколадная медаль. Но он ведь хочет того. Быть лучше всех нас. Знать лучше.
И всё же, не ударяю, лишь нависаю над ним, заглядывая в глаза. Выстрелить бы ему сейчас прямо в печень или желудок, с близкого расстояния. А после — пусть живёт. Влачит своё жалкое существование инвалидом, не способным принимать больше пищу. Сколько героизма и сил в нём останется после?
Глупая шутка? Всё было когда-то в прошлом. Но больше не стало. Так к чему задавать столь глупые, весьма очевидные вопросы? Где была теперь Джильда, где было лицо? Где было всё, что казалось когда-то важным?
— Нам не быть больше рядом с Джильдой, потому что  её стошнит от отвращения. Но в зеркале я наконец вижу своё настоящее отражение. Всё было ложным, глупым, пустым. Люди рождаются для того, чтобы умирать, а в процессе — успеть заработать себе билет в Ад. И мы не хотим быть в задних рядах. Вновь улыбаюсь, рассматривая нашего рыцаря без страха и упрёка. Интересно. Вскоре ему отдадут всё, что принадлежало когда-то Харви? От ухмылки всегда тянет немного лицо, но уже давно не стоит обращать внимание на это. Всего лишь незначительные детали. — Знаешь, сколько людей умерли за то время, пока мы не виделись, но нет внутри чувства вины? Должен арестовать меня сейчас за это признание. Но не сделает. И не потому что боится проблем. А потом что давно уже об этом знает. И всё равно пришёл сюда, чтобы вновь оказаться командой.
— Харви Дент был прокурором, а ты — детективом. Вы, кажется, даже делали свою работу. Но его больше нет, только мы. Не отхожу от него ни на единый миллиметр. Не стараюсь запугать — знаю, что Гордон не из тех, кто любит делать несколько шагов назад. Но кривлюсь, чтобы каждую оголённую мышцу лица сумел рассмотреть в деталях, не отводил собственного взгляда. Пусть любуется, если не видит никакой разницы с тем, что было когда-то.
Закона больше нет, никогда не было в этом городе. Свобода — есть. Кто для меня теперь судьи? Что смогут они, когда мы придём за справедливостью? Без ведения процесса недопустимо, каждый имеет право на защитника. Но монета редко выпадает в их пользу. Ведь вопросы, что задаёшь Судьбе, нужно уметь формулировать.
— Так ответь сам себе, детектив Гордон. Изменилось ли что-нибудь? Или кажется, что всё по прежнему? Может, вновь станем идеальным тандемом? Отправимся отправлять плохих мальчиков за решётку? Я помогу тебе в этом. Теперь можно больше. Безусловно кривляюсь, даже не стараясь сделать серьёзный вид. Гнев отпускает — я чувствую, как он исчезает, испаряясь словно роса в жаркий день. Но вопросы, что задаю Джиму, замершему напротив, остаются всё теми же.  Что изменилось, Гордон? Эти вопросы нужно было задавать себе до того, как явился ко мне.

— ПОСТ ПАМЕЛЫ—

данный пост из альта
Аркхем. Эти стены повидали множества историй. О заключении. О безумии. О разрушении. Но каждый раз, подобно фениксу, она восстаёт из пепла, чтобы принять в свои мрачные, совершенно недружелюбные стены тех, кому суждено оказаться здесь до конца дней, но кто, конечно же, мечтает о побеге. И скорее всего предпримет попытки к этому. Кто-то попробует сам, кому-то будут помогать приспешники, что остались на воле. Когда запираешь глав преступного мира, безумцев и фанатиков, к этому стоит подготовиться. И лечебница Аркхем из таких.
Шесть месяцев. Кажется сегодня ровно столько исполнилось с момента вынесения приговора, после которого была отправлена сюда. Что поразительно, но на этот раз никто не собирается оставлять меня в заключении на многие годы. Лишь на тридцать семь месяцев, что можно назвать было бы и смехотворными, но всё равно тяжелыми для меня. Быть отрезанной от растений и самой жизни, проводя свои дни среди камней, стекла и металла - что может быть хуже для той, что тесно связана с самой природой?  Но на самом деле, всё значительно сложнее. Не только в этом дело. Но и в семье, которую пришлось оставить. Когда-то я рисковала только собственной свободой и конечно жизнью. Переживала лишь за свой сад, который мог погибнуть без моей заботы и опеки. Мог завянуть. Теперь же все мои мысли о двух маленьких созданиях, что к счастью не унаследовали ни моих сил, ни моих мутаций, за то бойко отвечали, что как и отец будут верны правосудию. Наши дети... и мой муж. Угодив в Аркхем за свои деяния, я потеряла их, пусть они от меня и не отвернулись. И всё же я чувствую это каждый день. Сколько потребуется времени, чтобы они привыкли жить без меня? Сколько нужно дней, а может месяцев, чтобы привыкли к мысли, что Памела Айсли-Дент преступница, которой не стоит никогда покинуть этих стен. Или что она не достойна фамилии собственного мужа. Да, я слышала здесь много разных новостей. Статьи пестрили заголовками первые недели, когда только оказалась в лечебнице. Потом всё поутихло, но кто знает, какие сомнение это могло зародить в сознании моих собственных детей и Харви Дента, чьей женой являюсь до сих пор. Он мог бы попросить развод... но до сих пор того не сделал. Так благородно. Как и всегда с его стороны. Как и навещать меня.
Мистер Дент, — время для посещений давно прошло. Здесь, за толстыми неприглядными стенами лечебницы время ощущается иначе, но всё же ощущается. Я бы назвала его часом сумерек, когда ночью ещё в свои права не вступила, но многие злодеи уже готовятся выйти на свой промысел. Этот город кишит ими, словно муравейник своими обитателями. Впрочем, я едва ли гожусь на роль эксперта в этом вопросе. Для меня и "мирные" жители Готэм-сити часто равнозначны преступникам. То, что они делают с природой - ужасно. И я здесь как раз потому, что пыталась остановить это. Они называют меня безумной, но так далеки от правды. Попробовали бы сами чувствовать боль всего живого мира растений и спокойно при этом за всем наблюдать. Я пыталась, правда. Можно даже сказать, что в моей жизни был почти идеальный период. Стабильный и такой основательный, что возможно действительно совершила глупость, когда отправилась к тому заводу, собираясь уничтожить его. Ради его постройки вырубались рощи, а тяжёлые гусеницы тракторов перемалывали хрупкую траву. Его же выбросы после отравляют землю, но никто об этом не хочет даже слушать. Сильные мира сего получили свою "зелень" за это, а ждать иного правосудия было слишком долго. Пусть и был шанс.
Прикасаюсь ладонью к стеклу, что разделяет меня и прокурора. Безжизненное обжигающее холодом. Его невозможно разбить, даже если очень того пожелать. Даже если случайно, вместе с охранниками, сюда попадёт хоть одно живое семечко. Проще будет разрушить стены, если честно, чем эту прозрачную преграду, что позволяет говорить, но не касаться. А мне бы того очень хотелось.
Почему ты здесь так поздно? Что-то с детьми? — Он - мой почти идеальный период. Семья и полная чаша. Прокурор чья слава спасителя Готэма бежит впереди него. И тот, кто однажды повёл под венец преступницу, место которой определили здесь. Он сам был вынужден это исполнить, выступив в роли государственного обвинителя. И я не держу за это зла. Кажется мы оба знали, что однажды это случится. Старые привычки невозможно искоренить, даже если ты почти идеальная жена и любящая мать. Растения мне тоже как дети. Не могла поступить тогда иначе.
Харви, ответь мне. Почему ты здесь? — Чувствую внутреннее беспокойство, пока молчит и просто смотрит на меня. Что могло случиться такого, что собственное положение он использовал, чтобы почти перед самой ночью оказаться в Аркхеме? Он навещал меня и часто, но всегда лишь в отведённые для того часы. Может мы здесь и заключённые, кто-то даже на пожизненное и даже не одно, но всё же и у нас есть права, которые не нарушают, если только сами на то повода не предоставим. Мне здесь не нравилось, не вижу повода скрывать, но и бунтовать не видела никакого смысла. Проще было считать дни до того момента, когда по закону смогу вернуться к собственной семье. Мне бы того очень хотелось.
Чёрт, Дент, что с детьми?! — Бью ладонью по стеклу, привлекая его внимание. Он словно не здесь. Пребывает где-то в своём собственном сознании. И выдыхаю только в тот момент, когда убеждает, что с ними всё в порядке. Я не могу за них не переживать. В Готэме слишком много отморозков, что ещё не заняли своих камер в этих стенах, но кто точит зуб на Харви Дента. Впрочем, врагов и у меня всегда хватило. Так что наши дети всегда будут под ударом. Отчасти я в этом больше виновата, ведь должна была оставаться с ними, дома, а с заводом позволить разобраться мужу, но... правосудие здесь часто имеет два лица, не так ли. И пусть я верю в силы Харви, время уходило. Он в праве за это злиться на меня. Что пренебрегла семьёй в тот вечер, которую люблю, пусть и не всегда знаю, как показать это открыто. Не привыкла держать сердце нараспашку. Что пренебрегла законом, защитником которого является мой муж. Не он отправил меня в эту "клетку", а лишь я сама. Так на кого же за это злиться?
Тогда я всё ещё не понимаю, почему, — теперь, когда тревога за детей чуть отступает, я вновь льну ближе к стеклу, что нас разделяет. Как бы мне хотелось оказаться по другую сторону и обнять его. Только кто позволит? Многие считают, что Дент был околдован моими феромонами, что был не в себе, когда сделал предложение, а после повёл под венец. Многие того не постеснялись высказать, когда покидала зал суда, чтобы оказаться здесь, в Аркхеме. И даже те, кто давно пребывал в этих стенах, были отчего-то уверены, что всё это время я им манипулировала. Глупо. Мне совершенно не требовалось этого. Есть "яд" и посильнее моего. Название ему любовь.
Срок ведь не изменят, верно? — Завод был кому-то очень нужен. Имен открытых было немного, но те, кто так и остался в тени... Дент мог бы со временем достать их всех, но я поторопилась. Не смогла сдержаться. Было слишком больно находиться на той территории. А как же было больно им... Отвожу взгляд, стараясь подавить в себе воспоминания. Я уничтожила завод своими силами, но едва ли выиграла тогда. Его отстроят заново, на деньги выигранные у страховых. Те, кто прятался в тени там и остаются. Только Харви теперь значительно сложнее их достать. Они будут готовы.
Прости меня, — произношу так тихо, что скорее не услышит, а по губам прочтёт. Мне правда жаль, но то признать всегда было непросто. Можно даже сказать, что он первый, кто подобные слова от меня вообще может услышать. Только и он сегодня удивляет, произнося слова, которых никогда не ожидаешь.
Что... что ты сказал? — Мне действительно кажется это нереальным. Игрой воображения, не более. Харви Дент пришёл, чтобы помочь мне покинуть Аркхем раньше времени? Разве такое бывает? Губы кривятся в усмешке. Нет, это определённо игра разума. Моего.
В этих стенах никогда не бывает стопроцентной безопасности, любовь моя. Здесь самые безумные и самые ужасные преступники. Пойманные Мышью в плаще, отправленные твоими силами из зала суда прямо в эти камеры. Не многие с тем знаешь ли согласны, в отличие от меня. Тут все и в опасности, и в безопасности одновременно. Парадокс, — внимательно слежу за каждым его действием. За каждым движением. И не могу скрыть улыбку, когда понимаю, что он вновь перекатывает монетку между пальцев. Всё тот же Харви Дент. Но может что-то изменилось?

Отредактировано Harvey Dent (2022-02-26 01:17:19)

Подпись автора

подарок от Гордона

+3

12


— TUGARIN ZMEY —
[slavic mythology]
https://i.imgur.com/JC35L7n.gif https://i.imgur.com/rDg6pYK.gif
[azamat musagaliev]

— ОБЩЕЕ —
Деятельностью, в принципе, испокон веков одной занимались, тут друг друга понять можем. И конфликтов особенных никогда не было, нечего делить было. Что конкретно по взаимоотношениям лично решим, можем друзьями быть, коллегами в чём-то стать или просто взаимодействовать, в мире современном.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Даёшь славянский каст с русскими внешностями. Азамат крут максимально, на данную роль бы подошёл, мне кажется, но можно сменить его, естественно. С графикой поможем, несмотря на отсутствие её с ним. Чем занимается в двадцать первом веке совместно решим может быть даже мэром Землегорска, кто ОВР смотрит, тот поймёт ахаха 

— ПОСТ —

Не знаю, чего во мне сейчас больше — желания угорать или сочувствовать. И если уж речь про лучшего братана, то полагаю, что могу себе позволить смесь из подобных эмоций. Все они искренни. И абсолютно подходят ситуации.
Потому что мне можно называть его "лошарой", когда абсолютно все обстоятельства складываются не в его пользу. Со смешком, абсолютно издевательски и в свете всех угроз, как сместится нахождение моего носа при таких обстоятельствах. Додумайся кто до подобной херни с ним — сам голову откручу и думать не стану. Потому что друзья — святое. Даже если не относишься ни к какой религии и ни во что хорошее в принципе, не веришь.
Но мне можно. Как и ему со мной. Я не против, совершенно. Только "за". Не верю в дружбу без подъёбов и не доверяю тем, кто языком своим пытается увлажнить твой задний проход. То ли цветочек туда посадить, то ли ещё чего похуже. Так что, абсолютно нахуй. И с этим, вместе с Кощеем, мы оба согласны. Я люблю его, как брата, которого у меня никогда не было. Но мне же дозволено то, что никогда не перепадёт никакому ослу перед Зевсом.
Надо же, главное, пиздец. Скакуна любимого дорогого увели и давний заклятый дружок проснулся. Не верю нихрена во взаимосвязь данных событий — Алёша не настолько умён, чтобы додуматься подгадить, зенки ещё не разлепив,  он и бодрый-то соображает долго, но в целом, угарно вышло. Всё комбо по удаче сегодня ваше, Мистер Бессмертный, принимайте главный приз. И простите, что налоги с него платите больше, чем вам досталось.
  Думаю, я при раздаче был бы тем, кто ржал бы громче всех в первых рядах.
Впрочем, ладно. Я его лучший друг, я его брат, я его семья, я его опора, поддержка и прикрытие. Мне реально можно.

Помню времена, когда гонцам за плохие известия головы отрубали. Так что формально — отправить бы с этими новостями сюда Василису, что безмозглой станется? Всё равно всё срастётся, на место встанет и ко мне обратно приползёт. Но головы у меня три, тоже умеют отрастать, а братка, я уверен, так никогда не поступит. Потому что дружба — не брак, она где-то в сердце лозами, а не в качестве геморроя.
Впрочем, совсем несправедливым к жене быть нельзя: готовит вкусно, трахается хорошо, выглядит отменно, меня любит, как сама призналась. Что ещё нужно, казалось бы?
Но у меня всё равно получается. Не люблю признавать, что положительные качества в ней тоже есть.
Даже блины мне, блять, какие-то с собой сунула, в контейнере, чтобы "Кощея умаслить", когда узнала, с чем я к нему еду. С маслицем, в прямом смысле ещё, главное.  И тут, вроде бы как, снова непонятно становится.
То ли мне внимание проявила, что о друзьях моих заботится, то ли конкретно о нём, то ли вообще, блять, о Снегурке этой. Что весьма на правду похоже. Ебать её можно весьма по-простому, но хитровыебанность, при всех прочих обстоятельствах, всё равно будет зашкаливать.
Самое странное, что сводится всё к тому, что я ощущаю себя дебилом. Еду к братану бухать — везу с собой блины. Хотя, мог бы вышвырнуть куда-нибудь подальше, как только проехал мимо мусорки.
Ладно, хуй с ней. Спустя столько столетий уже ничему не удивляюсь.
— Сразу держи. Сисястая сказала, что тебе очень надо. Дверь не успевает открыться, как я сую контейнер Кощею. Моя жена — наша общая проблема с тем, чтобы понять её логику. Вполне удобоваримый расклад. Братаны не только для того, чтобы тёлок снимать вместе, но и для того, чтобы обоим разбираться с последствиями, когда один подхватил что-то мерзкое, под названием "женитьба". В конце концов, ответственность тоже общая — братан всегда мог бы остановить братана.
— Меня не спрашивай. Понятия не имею, что они там когда обсуждают по её готовке и что конкретно, по мнению Василисы, может сподвигнуть нас под коньяк или самогон, жрать блины. Впрочем, это как раз ладно. Её готовка мне всегда на ура заходила, насколько бы не злился. Желудок под три горла эмоциям не товарищ.
Но почему именно в этот раз — вообще не в состоянии понять. И главное, завела как циркулярная пила "возьми, возьми, возьми, возьми". Проще было дом сжечь от злости, чем согласиться. Но  я разумный хозяин.
Бессмертыч юзал её готовку, она его терпела, потому что куда в принципе деваться, мы неотделимы. Полная харе-кришна. Или как там подобная фигня называется. Я, кстати, эту Снегурочку тоже заебался терпеть у себя дома в самое неподходящее время ночи. Так что, в этом плане с супругой друг друга не трогаем. Мелкая скидка на целую вечность. А ей, в свете всех обстоятельств, из-за глупых претензий и дохнуть лишний раз не хочется.

— Не поверишь, блять, я с чем. Хватаю за руку, ударяю по спине, в приветствии. На самом деле, мало поводов, я думаю, которые Кощей не способен предполагать за свои тысячелетия. Но это просто в качестве присказки.
  Давний враг проснулся. И конь съебнулся. Но о последнем, как  о действительно трагедии, я сочту несколько позже. Надо подготовить. В конце концов, я — лучший друг. Издеваться над его  чувствами, если они будут сочтены пиздостраданиями — моя ответственность, как  я получаю уже не первое столетие. Но животинушка любимое — другое. Я, как их поедать перестал, тоже понимать стал, в чём может быть прикол. Не прям настолько, чтобы бывшую жратву за друзей считать, но что скакуна заморского Кощей любил, я в курсе. Так что, эти его чувства уважаю.
— Нет, серьёзно, у меня тут ещё целый пакет.  Головой киваю на то, что выставлено у входа, ещё за порогом. Сначала на пол поставил, затем постучал. Не знаю, почему хреновы блины тащил отдельно. Мне манда эта выела весь мозг с ними, я как-то отдельно их от всего и воспринимал. Но в целом, закусон на сегодня у нас точно был. То ли боялась, что на голодный желудок ужрёмся, то ли чего. Впрочем, её мотивы порой могли быть настолько глупыми, что я и после десятка литров бы не додумался до подобного. Хитрая. Прекрасная. Но всё ещё не Премудрая.
— Есть кто? Из породы здравого смысла интересуюсь, пока затаскиваю пакет в хату и закрываю дверь. Звуков не слышно, вроде, женских трусиков нигде не валяется. Даже жаль. А то горькие новости мог бы скрасить похвалой братана. Ладно. Придётся плохое внутрь принимать стандартно, запивая градусами.
— Так, давай. Накрывай поляну. Тем более и стараться не надо. У Кощея всегда есть, что накатить. Проблема обычно в закуске, но придурочная сегодня почему-то захотела её решить. Надо бы разобраться, в чём подвох, но после.
Сейчас главное — про коня сообщить. Да про Алёшеньку нашего дурного. Общая беда Руси Киевской. Никто не понимает, чем занимается, но голова болит буквально у всех.
— Выходи на бой, Горыныч Змей! Справедливость восстанавливать буду! Головы порублю!
— Ну ок, иду, беда-то в чём? Давай, предъявляй, что конкретное?
— Ааааааааа...тьфу ты, подожди-ка! Мне же Тугарин Змей нужен был, я же не к тебе шёл! А то помню, что-то про Змея было. Ну, давай, удачи. друг! Пойду, покажу силушку богатырскую!
И обнимет ещё. А убогих, вроде, ни в какие времена шибко не бьют.
Впрочем, я понимаю, почему Кощу он достал всё же больше. Я хоть знал, как с дурными обращаться — кто мужем был, тот неадекватных не боится. А вот брата моего допёк. Что и поделом, впрочем.
— Чё как, в целом? Не прям сильно  специально оттягиваю разговор, но вот начнём — тогда его и заведём. Пока же хавчик на стол выкладываем, на тарелки, можно и потерпеть. Тем более, делаем мы это охрененно быстро в две руки.
— Эта твоя, молодушка, появляется на горизонте? Ясен хрен, кого так называю. Вообще, Яга довольно неплоха. Мне заходит, не в смысле бабы. И к тому же, за царство мёртвых, как одни из хранителей, всегда потрещать можем. Но в целом, ситуация в последнее время с бабами у нас обоих выходит настолько дурная, что я просто предпочитаю рядом особо не отсвечивать.
Реально, по женитьбе своей знаю, что виноват всегда тот, кто мужик. И в любой ситуации, где нас двое, возле какой-нибудь одной, пусть второй рядом проходил, вина усугубляется вдвое.
И не могу сказать, что по-братански. Но я был женат. Вот теперь поугораю над страданиями Кощея, коль уж меня в нужное время не остановил. Это тоже не совсем по-братански было, пока самые вкусные харчи в своей жизни за щёки уминал. Кто вообще меняет братву на жратву.

Нихуя хорошего не происходит, короче. Как говорили в одном фильме:  "нездоровая движуха началась". Впрочем, когда среди нас была подходящая какой-нибудь буддистской мифологии, без стресса?
  День без херни прожил — не существовал,  считай. Завели обычаи, назначили виноватых, попросили нас баб воровать, да бабло собирать, а после обиделись, что нам понравилось. Лично я ни о чём не жалею. "Характер такiй", как любит цитировать нас Кощей.
— Но, вроде как, ничего прям страшного. Пожимаю плечами, засовывая в рот мясной кусок, оторванный от цельного, пока выкладываем. Вроде  и не голодный, а готовит овца себе подобных, всё равно хорошо. Иногда вспоминаю, за что её терплю. Половину времени, когда не её еда  в моём желудке или не мой член в ней — не особо понимаю.
— Так, ладно, разливай давай и поговорим. Не могу сказать, что давно не пил — вчера вечером последний раз. Но накатить всё равно уже пиздец, как хочется. К тому же, с женой сегодня говорить пришлось, а это сразу зашкаливающий уровень стресса, вне зависимости от того, о чём идёт речь и в каком тоне. Так что, очень надо. Нам поводы нахуй не нужны — они для трусов, что стремятся к оправданиям. И мы это оба знаем.
Но самое забавное заключается в том, что они каждый день находятся. Мы и без того бы пили, судьбе вовсе не обязательно давать нам свои знаки. Но она словно намекает, что всё мы делаем правильно.
И за это тоже вздрогнем.
Давай нашего. При всём ассортименте предпочитаю самогон. Просто в память временам былым. Да ещё и чистый он, и легче, что-то своё, родное. Но и вискарь заходит, что то же самое формально, только выебное, вместе с коньяком, и водка простая, и текила заморская, и..В общем, я был не привередлив. Не на что было пенять. Газировку с названием мыльного продукта не люблю — это да. Но всему остальному добро пожаловать в мой желудок. Я сейчас постоянно хожу как человек — времена такие. Но могу и в три горла одновременно, и всё будет разным.
Тебе с плохого начать или плохого? Не знаю, что Кощея расстроит больше. С одной стороны,  Алёшку дольше знает. С другой — конь умнее. Вот если бы ситуация наоборот произошла... Конь жив-здоров, а Поповича цыгане угнали... Вот тогда бы пришлось Бессмертычу выбирать из диаметрально других новостей. Между хорошей и идеальной.
Но имеем то, что имеем. Дурачок исторический по миру гуляет, привыкает, скоро явно пойдёт старых знакомых проверять, а вот скакуна действительно жалко. В любом случае найдём, кто угнал — забыли видимо, местные, кому угодья принадлежали, оформленные на третьих лиц, давно в земле почивших. Ну так  и это не наша беда. Лошадь вернём, если не сожрали.
Ну, или если Алёша действительно не решил, что это  скакун богатырский и не увёл по тихой грусти, вершить добрые дела, за которые столько раз был бит горожанами. — Наливай давай. Вот мы всегда есть друг у друга, два братана. И слава нам обоим, как говорится.

Подпись автора

ав от сестры

+7

13


— ANNA VALDEZ —
[one chicago]
https://i.imgur.com/k2rmqnN.gif https://i.imgur.com/K6MhKq0.gif
[Monica Barbaro]

— ОБЩЕЕ —
Анна - ассистент прокурора в Чикаго. О ней мало, что известно из каста, так что я дал себе волю пофантазировать на ее счет. У нее было счастливое детство, прекрасные родители дали ей хорошее образование, что позволило ей остаться в верхних слоях общества. Она юна и по-своему наивна, но имеет крепкую хватку и верит в справедливость.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Заявка в пару. Мне хочется сыграть на контрасте двух персонажей, у которых одна цель - справедливое наказание для тех, кто перешел черту закона. У них разные методы, разная жизнь, разное воспитание, но мы сможем найти то, что их объединит. Анна - яркая девушка, привлекающая внимание. Она хочет помогать людям, но, как и все люди, совершает ошибки. Из личных требований - не пропадать. Я не прошу общения 24/7, все мы люди со своим реалом, но флуд и обсуждения дают толчок на игру. На форуме присутствует много представителей нашего каста, не обязательно зацикливаться только на игре со мной, хочется видеть разностороннего персонажа, взаимодействующего с иными игроками. Размер поста, лицо не имеет значения, я пишу как от 1го так и от 3го, от 3к и до 15к, у меня нет к этому никаких требований, я подстраиваюсь под игрока. Единственное, чего мне хочется - игры, ее обеспечу, но не готов ждать поста по несколько месяцев.

— ПОСТ —

[indent]Стэнтон Лоуренс был другом еще со школьной скамьи. Детство в черном квартале было не простым, но парень справился, умудрившись не только не влипнуть в неприятности распри банд, но и получить стипендию в колледже. Его жизнь могла показаться легкой, но Кевин знал – правильный выбор всегда сопровождался страхом. На некоторое время жизнь после разлучила их, однако, дружбу удалось сохранить и даже укрепить, когда тэн вернулся в Чикаго. Он сумел применить свое образование, стать неплохим правозащитником [и даже конкурирующие профессии не встали клином между ребятами] и получить поддержку от старого приятеля. Этуотер помог другу найти новую квартиру и даже познакомил его с хорошей девушкой, отчего известие об угоне его машины становится для копа ударом.
Видеть одноклассника в синяках и в гипсе мягко говоря неприятно. Кев пытается приободрить Лоуренса, зная, что громкие обещания на их работе приводят к разочарованию со стороны жителей города, но все-таки прибегает к первой ошибке, убеждая приятеля, что сможет найти и посадить нападавшего. Им уже стало известно, что неизвестный причастен к убийству при аналогичных обстоятельствах два дня назад [жертвой стал Стивен Митчелл, чернокожий парень двадцати восьми лет, державший небольшой продуктовый магазин] поэтому сейчас ему особенно хочется добиться справедливости. Особенным триггером становится подозрение в том, что пересекший линию закона человек мог оказаться расистом: именно такое мнение сложилось у полицейского при опросе друга.
[indent]- В этот раз нам повезло. Преступник успел засветиться на одну из камер дорожного движения, когда сворачивал с трассы в мелкие переулки, где мы его и потеряли из виду. Система распознавания лиц выдала результат – Максвел Коуэн, двадцать шесть лет, отсидел пять лет за то, что напал на человека, едва ли не до смерти забив его гаечным ключом. Теперь жертва прикована к инвалидному креслу. Вышел по УДО за хорошее поведение. Работает автомехаником на Юг-Сент-Луис-Авеню. Есть адрес. – Кевин разворачивает лист бумаги для пущей наглядности и всматривается в лицо сержанта, ожидая команды. Группа офицеров отдела разделяется, отправляясь по двум известным адресам, где можно обнаружить подозреваемого, однако не находит его ни на одном из них. Ни от коллег Максвела, ни от соседей добиться ничего не удалось. Здесь не принято помогать копам и «стучать» на своих. По их словам Коуэн не объявлялся поблизости уже около трех дней. Он взял отгул на работе, приведя причиной плохое самочувствие, но кое-что полиции все-таки удалось узнать. А именно имя его и адрес проживания девушки, где он мог бы скрываться, зная, что совершил тяжелое преступление.
[indent]- Аманда Роуз, полиция! – тяжелый крепкий кулак сильно бьет в деревянную дверь, и полицейский переминается с ноги на ногу, выказывая свое нетерпение в данной ситуации. Ему крайне надоело гоняться за этим парнем по городу, отчего он очень надеялся на то, что искомый экземпляр преступной деятельности находится именно здесь. Дверь открывается лишь после второго стука. – Офицер Этуотер, - мужчина с шумом выпускает воздух из легких, - Мы ищем Максвела Коуэна. – Хрупкая на вид блондинка с сильно подкрашенными глазами переводит на копа свой надменный взгляд.
[indent]- Его здесь нет. И я не видела его уже несколько дней, - ее светлые брови взмывают вверх, и предполагаемая пособница пытается закрыть дверь перед носом офицера. Кевин успевает просунуть носок ботинка в щель, не позволяя девчонке диктовать свои правила. – Тогда, вы не будете против, если мы осмотрим дом? – серые глаза собеседницы вспыхивают злым огнем. – Ваш парень подозревается в нападении и убийстве, хотите быть привлеченной за соучастие? – она не успевает ответить, так как шум на заднем дворе привлекает внимание брюнета. Обернувшись на коллег, он убеждается, что Аманда никуда не сбежит, и устремляется через кухню к задней двери. Распахивая ее, коп замечает движение, бросаясь за беглецом через низкий забор. – Полиция! – эти выкрики редко срабатывают на настоящих преступников, и через несколько кварталов Кевину приходится проявить смекалку, бросаясь наперерез и отрезая бегущему путь к отступлению. Застегивая наручники на запястьях подозреваемого, офицер изо всех сил держится, чтобы не застегнуть их как можно туже, тем самым вымещая на преступнике часть собственной злобы. – Вы имеете право хранить молчание… - сквозь зубы цедит коп, сажая предполагаемого убийцу на заднее сидение патрульной машины, которая привезет его в участок. Отводя парня в комнату для допросов, мужчина выходит выпить воды и немного остыть.

Отредактировано Kevin Atwater (2022-04-10 13:39:04)

+5

14


— DANTE TORRES —
[one chicago - chicago p.d.]
https://i.imgur.com/glM83bH.gif https://i.imgur.com/PXWMOEj.gif
[benjamin levy aguilar]

— ОБЩЕЕ —
новичок, которого в качестве исключения отправили в наш отдел, в самую жаркую температуру, хотя обычно так не делают. своенравный, чем раздражает меня, как бы не было иронично. и не слушается приказов совершенно, что...да. бесит, когда это делаешь не сам. работает технично, отлично и вызывает много вопросов. а ещё, не могу понять, отчего такое нежелание со мной контактировать, хотя, казалось бы... впрочем, со всем разберёмся. коснулся нашего отдела, так простой истории на будущее не жди. и в прошлом она была тоже вряд ли. помимо того, что мы знаем на тему защиты семьи.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
свежая кровь никогда не помешает, а мы с первого дня отлично людей похищаем вместе, со стилем работы нашего отдела никогда не помешает. отлично вписался, если в целом. не слушает того, кто главный, мчится с риском убиться и качает права, где не надо. сказал бы, что одобряю, если бы вдруг не оказался на месте Войта.
впрочем, со всем разберёмся, несмотря на то, что Торрес только появился и посмотрим, что ещё будет, останется или нет. В любом случае, всегда можно своё сделать как надо.

— ПОСТ —

Не стоит обманывать себя тем, что Войту это решение далось тяжело. А главное - не могу его за это осудить, даже мысленно. Как бы не взывал к своему профессиональному "служить и защищать",  а не "карать во имя мести". Конечно же, это не правильно, кто спорит? И всё же...Представлять не хочу даже себя на его месте или Олински, когда их дети погибли. Слишком тяжело, словно пятнадцать тон чего-то тяжелого на сердце свалили. И даже думать не хочу, как повёл бы себя в подобной ситуации, с теми, кто был в том виновен. Знаю, что не в наших силах предполагать, что случится однажды, мы над тем не властны совершенно. И всё-таки, весьма эгоистично, отрезаю от себя все размышления даже об этом. Не хочу понимать, если даже малой части моего осознания достаточно для того, чтобы суметь простить Войта за два его решения из-за семьи. Но я, совершенно точно, никогда за свою жизнь, даже пробовать не хотел бы примерить его шкуру. Многое он делал неправильно, не так, как принято в нашем обществе и уж точно, совсем нехорошо для копа. Вот только, забывать не стоит никогда, что за значками всегда тоже люди, просто с большим набором ответственности, чем большинство. И каждый из нас, вне всяких сомнений, готов защищать свою семью, чего бы это не стоило. Нельзя так поступать, это любой скажет, взглянув со стороны. И все слова представителей ОВР о том, что кто-то, подобный сержанту, марает и нашу честь, слышал прекрасно. Да наплевать на их мнение и выглаженные костюмчики, за которыми души не прячется. Всё видят с позиции собственной безопасности - должны управлению доказывать свою пользу, а всем копам, работающим на земле - свою власть. Подумаешь, кто-то принимает непростые решения ради этого города, наполненного уродами всех мастей. Главное - им самим не измазаться. И конечно же, не могу отвечать за их биографии, даже не пытался никогда вызнать историю каждого. Вот только сомневаюсь, почему-то, что погибни ребёнок или внучка кого-нибудь из них, даже плечом бы не дёрнули в сторону чего-то незаконного. Может быть и сдержались бы, не знаю. Но у них и Войта методы всегда различались, это во-первых, а во-вторых, смелости у него побольше было, бросать системе вызов каждый раз. Все знаем, что любимчиком в отделе собственной безопасности не числится. А я уже устал объяснять им, каждый чёртов раз, когда появляются со своими предложениями, что могут развернуться и уйти. Не собираюсь сдавать сержанта, несмотря на все эфемерные обещания продвижения по службе. Мы - одна семья. Чего никак не могли понять представители ОВР. А свою семью принято защищать.
Усмехаюсь только, головой качая, когда слышу последние слова Риксона. И снова одна и та же тема, мотив которой не меняется с того самого момента, как я присоединился к этому отделу. "Он всех вас потащит на дно. У тебя Холстед впереди успешная карьера, не перечеркни её, защищая того, кто опасен для этого города. Прислушайся к собственной совести". Иногда слова переставляли местами, иногда менялись лица тех, кто это произносил. Но в общем-то, ничего нового, действительно цепляющего за душу. Могли бы хотя бы получше готовиться, прекрасно зная, как обстоят  со всем дела. Хоть кто-то за последние годы сообщил им хоть что-нибудь полезное? Последний был Джин, которого они крепко взяли за яйца, используя безопасность отца. С нами, вот только, у них подобных козырей не было. Буквально ничего, кроме бесплодных попыток надавить на совесть и обещания лучшей жизни. Никто в нашем отделе не работает столько же, сколько я. И когда Войт уйдёт, а я сдам сержантский экзамен...Не думаю, что готов получить это место такой ценой. Он нужен не только нам и этому отделу, но и городу. Не все решения сержанта были правильными, а методы чистыми. И всё-таки, мы понимали, чего ради это всё. А иногда и выбора не оставалось. Можно спать спокойно, если не нарушать правил. Вот только, вряд ли получится сделать это, зная тому цену. Когда очередная мразь на свободе осталась, потому что так действует система. Потому что ты не захотел связываться. Потому что ни за что бы не захотел таких же проблем, как были у Войта. Мы были разные с ним, на многое бы я не решился. И всё же...Не может быть в нашей работе быть простого выбора. Его не существует просто, когда речь идёт о чужих жизнях.
- На что потенциальный расчёт? Что мне настолько понравилось сейчас быть на месте Войта, что подам вам его на блюде, придумав то, чего не было? Ухмыляюсь только, в глаза Риксона заглядывая. Уже не официальное выяснение того, что я знаю, скорее остатки разговора просто, пока Рузека трясёт его коллега. Тому даже хуже, пожалуй, стальная хватка у леди. Впрочем, всё равно спокоен на тему того, чем всё закончится. Не думаю, что нажима хватит на Адама, с которым мы всё уже решили для себя. И сколько угодно ОВР могут говорить про лучшие мотивы, взывая к нашей гордости за профессию. Мы всё-таки понимаем, что происходит. И далеко не о безопасности этого города они заботились, пытаясь проглотить Войта, застрявшего костью в их глотках. А о сохранении собственных костюмчиков, предоставляя результаты своего труда. Сколько их уже слетело, с ним не справившись? Да и ко мне столько раз обращались, слыша одно и то же в ответ, что это правда уже вызывает удивление. Неужели опыт прошлых лет ничему не учил?
Поворачиваемся оба в сторону двери, когда она открывается и Адам появляется вместе с сержантом Никс. Выглядит она, к моему удовлетворению, весьма недовольно, с поджатыми губами. Полагаю, беседа прошла едва ли более продуктивно, чем у меня с её коллегой. Демонстрирую уместную вежливость, не проявляя особенно своих эмоций. Но вряд ли не догадываются, куда мы с Рузеком с удовольствием послали бы их сейчас. Взбесился я на стадии "Холстед, у тебя же семья, сын, ты не должен позволять себя тащить на это дно". Да, у меня была семья. Но во-первых, ненавидел просто, когда это использовали неважно, каким образом, а во-вторых...Да, у меня семья. А потому, я отлично понимал Войта и его поступок. Плохой психологический ход, весьма непродуманный. Может быть, лет пять назад, ещё смог бы осудить, в сомнениях пребывая, а теперь, ступив на место Войта хотя бы одной ногой...всё меняется, когда у тебя появляется свой ребёнок. И то, что сложно понять было до того, вдруг становится таким очевидным.
- Никто не приехал. Я уже сказал, что всем раздал поручения по нашему расследованию и они будут заниматься ими. Не надо тормозить работу всего нашего отдела, наслушавшись баек на улице, договорились? Намеренно всех удалил, кого куда, зная о том, что к нам с Адамом сюда из ОВР приедут. Не хотел, чтобы шныряли здесь или задавали неудобные вопросы хоть кому-нибудь. Тем более, никто из ребят и правда ничего не знал. Не стоило их вовлекать ещё и в это. Впрочем, ОВР и не старались, как ни странно. Знали почему-то, совершенно чётко, кому задавать вопросы об этом. Ссылались конечно на то, что мы с Рузеком первые прибыли на место преступления, но...Не знаю. Было в этом что-то ещё, в этой уверенности.
Правда, мишени для нападения выбрали неудачные. Никто из нас с Адамом не был новичком в этом отделе и подобные проверки проходили тысячу раз. Что в этот раз могло пойти для Войта не так? Впрочем, намекали, что я могу уже сдавать на сержанта, а Войт весьма неблагонадёжен, и если споткнётся, как и  должен...Бред. Не того они человека выбрали, чтобы грызть кого-то за возможные перспективы.
- Мы закончили? Вежливо улыбаюсь, смотря на представителей ОВР, выдерживая их раздражённые взгляды. Стервятники, ни дать, ни взять, предпочитающие кружить не над падалью даже, а над живым ещё существом. Вот только, пусть подальше от нашего отдела кормятся. Здесь точно им никто не подкинет пищу ни для ума, ни для желудка.
Молчим с Адамом, провожая их взглядом, сжимая руки на груди. Перестаю облокачиваться на стол, в показной расслабленности и только убедившись, что достаточно времени прошло с их ухода, поворачиваюсь наконец к Рузу.
- Как всё прошло? Предполагаю, что нормально, раз уж из отдела собственной безопасности ушли недовольные нами, но всё же. Давить пытались, но не скажу, что с перебором. В этом, как мне показалось, не было ничего действительно личного к Войту, к его деяниям, как бы не распространялись по мораль. Просто он для ОВР добычей был лакомой, вот и всё. Весь мотив для горящих сердец.
- Умеют они достать, этого не отнять. Вздыхаю только, пытаясь встряхнуться после встречи этой, не самой приятной. Не дал им ничего из того, что они хотели, но не значит, что хотел бы повторения общения. Уверен, что ещё не раз встретимся - дело по убийству того парня не закрыто, виновный не наказан. А значит, придерживаться они будут изначальной своей версии, про заказ Войта. С которой солидарны были и мы с Адамом. Разве что, не собирались раскрывать свои рты на эту тему.
- У них точно есть что-то вне обычных подозрений на тему Войта. Не могу объяснить, просто чувствую. Во-первых, знают про ситуацию с его внучкой, а во-вторых....Не спрашивали даже. Просто хотели себе дополнительных свидетелей словно. У тебя также? Могли и просто разные методы использовать, утверждать не могу, плохо представляя, что в голове каждого из них. Зато сложилось такое впечатление. - Так, надо подумать, пока сержанта нет, что дальше. Протираю своё лицо ладонями, стараясь сконцентрироваться. От шавок из ОВР мы отбились, с этой стороны они не подойдут. Но в каждом деле ведь есть свидетели и обстоятельства. А ещё - информаторы, рассказывающие о том, что действительно происходит на улицах. - Созваниваться с ним и разговаривать на такие темы не можем. Значит, будем решать сами. И вся информация должна быть подальше от наших, чтобы их в это не втягивать. Плечами только пожимаю, констатируя факт, как всё будет. Не произношу вслух то, что мы и без того оба знаем: это правда был заказ Войта, а мы сейчас собираемся стать соучастниками преступления, скрывая его. Вот только, оба уже сделали свой выбор. В тот самый момент, когда начали лгать ОВР. И не донесли о собственных мыслях.
- Не говорим, чем заняты, ни Ким, ни Хейли. Я серьёзно. Если спрашивают, куда отлучаемся, то по личным делам. Не стоит в это никого втягивать. Во-первых, вряд ли поймут, а даже если, это значило бы их подвергать опасности. Делать такими же соучастниками, если вдруг что пойдёт не по плану. Так что, мы с Рузеком в это добровольно ввязались, сделав свой выбор, нам за него и отвечать. Единственным, в этом смысле. Вот и всё, собственно.

Отредактировано Jay Halstead (2022-04-20 01:04:48)

+6

15


— TRUDY PLATT —
[one chicago & fbi`s]
https://i.imgur.com/NW3w9JP.gif
[Amy Morton]

— ОБЩЕЕ —
Сколько же дерьма мы повидали с тобой на своем веку… Вечера за бутылкой виски точно не хватит, чтобы припомнить все. Да и стоит ли? Иногда уместнее будет промолчать. Важно лишь то, что мы всегда следовали нашим убеждениям, пусть даже и сомнительным путем.
Ты не планировала свою карьеру такой, но все перечеркнул один единственный выезд. И, тем не менее, ты не злишься, а благодаришь судьбу за то, что выбралась живой из той перестрелки. И ты любишь свою работу, прекрасно понимая, что она не менее ценна, чем наша беготня по улицам.
Молодежь сколько угодно может звать тебя ворчливой старухой за глаза, но мы-то знаем, на ком держится 21-й участок. Ты его душа, его сердце. Каждый патрульный, каждый задержанный – твоя личная ответственность, и ты не уйдешь домой до тех пор, пока хоть что-то в идеальной отлаженной тобой системе идет не так.
Если Чикаго держится на одолжениях, то тебе, кажется, должен каждый в этом городе. Ты всегда знаешь нужного человека и имеешь под рукой способ на него повлиять – завидую, честное слово.  И рад, что ты легко готова пожертвовать одним из запасенных козырей ради спасения моей облезлой шкуры.
Наша дружба, наше доверие – это нерушимый гранит. Мы уже давно не должны доказывать друг другу свою преданность, объяснять мотивы, подбирать слова. Просто знаем, что помощь, если она потребуется, обязательно придет.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Труди – персонаж с интересным прошлым, которому сценаристы мало уделили внимание. Буду рад найти игрока, желающего раскрыть историю Платт и дать мне возможность покопаться в биографии Войта. Любите своего персонажа, не пропадайте – вот, пожалуй, и все требования. На проекте также играют Хейли, Джей, Рузек и Кевин. Связь – гостевая и ЛС.

— ПОСТ —

- Да проезжай же ты, - Хэнк выругался на стоявший перед ним красный Форд, не спешивший трогаться с места, несмотря на зеленый сигнал. Ничем другим, кроме своей нерасторопности, водитель не провинился, сержанта вывело из себя то, что ему пришлось потратить почти час на встречу с информатором, толку от которой не оказалось никакого. Наводка на продавца, которого уже месяц как прибрал наркоотдел – свежайшие новости. Тем временем, у его отдела уже четвертая смерть от передоза новой смесью, а они блуждают впотьмах без единой зацепки, а капитан, само собой, такому раскладу не рад и с похвалами не торопится. Хэнк, конечно, давно привык, что начальство требует результатов еще позавчера, но сейчас его и самого нервировала неэффективная работа. И дело нельзя отложить, и время на него тратить нецелесообразно.
- Войт! – он только обошел машину кругом и не успел даже ступить на лестницу, как раздраженный голос Эда Гибсона, главы наркоотдела, заставил сержанта обернуться. Очевидно, день не задался не у него одного. И руки ему не предложили. Ничего, с этим он как-нибудь сможет смириться.  – Какого черта твой парень суется в наши дела?
- Мой парень? – переспросил Хэнк, и настроение у него не улучшилось.  Кого на этот раз понесло совать нос в чужую работу? Худшим было то, что Войт даже не мог представить. Если исключить Эла, который не стал бы действовать у него за спиной, поиграть в частного детектива приходило на ум то одному, то другому. Разве что Эрин и Берджесс отпадали по половому признаку. Сержант даже не стал пытаться угадывать.
- Холстед. Он допрашивает моих свидетелей. Что за фокусы, Хэнк? Или вы уже разобрались со своим делом?
Войт пропустил шпильку мимо ушей, но несколько секунд помолчал, чтобы не высказать коллеге то, что он думает о ситуации в целом, и о нем в частности, а после холодно произнес:
- Я с ним поговорю. Что-то еще?
- Ты уж поговори, - отозвался собеседник и скрылся за дверями участка.
Постояв еще секунд десять, Хэнк последовал за ним. Кивнув на ходу стоявшей за стойкой Платт, Хэнк поднялся на второй этаж и, справившись у Антонио о новостях (которых так и не было), прошел в свой кабинет, бросив, не глядя на Джея:
- Холстед, в мой кабинет. И закрой дверь.
Дойдя до стола, мужчина развернулся и, скрестив руки, в упор посмотрел на парня.
- Какого черта ты лезешь в дела наркоотдела? И, что еще хуже, почему я узнаю об этом не от тебя?
Ничто так не выводило из себя Войта, как импровизации  его подчиненных у него за спиной. И нет же, раз за разом приходилось напоминать, что с любой проблемой надо идти сразу к нему, а не доводить до того момента, как информация доберется до самых верхов – а Хэнк бы не удивился, узнав, что Гибсон не только пришел высказать ему свои претензии лично (ждал он его что ли все это время на улице?), но и рапорт успел на стол капитану положить. Зато у них появится новое развлечение.

Подпись автора

https://i.imgur.com/uEFKUo0.gif https://i.imgur.com/EXJxbxO.gif
подарок от дочери

+2

16


— HELMUT ZEMO —
[marvel]
https://i.imgur.com/PDIMDFJ.gif https://i.imgur.com/cxz8gT3.gif
[Daniel Bruhl]

— ОБЩЕЕ —
He is beauty, he is grace, he will shoot you in the face.
Одним словом, кто в здравом уме и при доброй памяти может отказаться от антагониста, одаренного умом, прекрасным воспитанием, коварством и не ограниченного в средствах? Дело, само собой разумеется, совершенно не в личном самолёте (пусть даже холодильник в нём сломан, но он же всё равно личный, прикиньте); не в рассыпающемся пылью древности дворецком (переходившем, скорей всего, из поколения в поколение по наследству) и вовсе не в шмотках, явно похищенных из шкафа какого-нибудь сутенёра (подлецу всё к лицу). Просто в наше отвратительное время так сложно найти человека, имеющего твердые убеждения и способного строить прекрасные, как рассвет, многоходовочки, которые все могут раскусить только после того, как они уже были разыграны.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Для начала, стоит уточнить, что мы с Зимним хотели бы видеть барона из вселенной MCU ("гражданка" + "Сокол и Зимний Солдат"). Вариантов для интересной игры - великое множество, большая часть из них включают в себя наличие ГИДРЫ, некоторых отклонений от канона и необходимость активных обсуждений. У нас и тетрадочка со звездочкой есть (можно даже попробовать угнать Зимнего прямо вместе с этой самой тетрадочкой), и кэп не совсем в сине-белых полосках. В общем, есть почва для того, чтоб вкусно, остро и интересно переиграть историю персонажей хоть в дружбу, хоть в сотрудничество, хоть во вражду, хоть во что угодно. Было бы только желание играть.
В остальном же всё по-скромному: посты от 2,5К знаков (лучше меньше, но регулярно, чем больше и раз в месяц), грамотность хотя бы на крепкую 4, хорошо бы без лапслока (но с нами можно договориться) и "прыгающих" шрифтов; предпочтительней третье лицо. И да, мы не выделяем прямую речь тегом bold (но вы можете). Играем довольно активно, так что скучно однозначно не будет.

— ПОСТ —

Зимний Солдат - коробка с секретом. Тайник, у которого нет ключа, нет кодового замка, нет даже щеколды, держащейся на проржавевших гвоздях. Но иногда крышка этой коробки приоткрывается в произвольный момент и оттуда выпадает что-нибудь интересное. Очередной клочок памяти, в котором Стив всегда отпечатан, как тавро калёным железом на боку лошади.
Парадоксальным образом, раз за разом, Баки вспоминает его. И это бесконечно, невыразимо бесит.
Баки хочется вырвать из Зимнего Солдата с корнем, уничтожить, сжечь, развеять пеплом по ветру. Или вырвать из Баки Зимнего Солдата. Только чтоб наверняка, чтоб остался только кто-то один. Чтоб в серо-голубых, отдающих сталью глазах - не сквозило опять это глупое, оленье узнавание. Чтоб не было задержек между приказом и реакцией. Чтоб не было вздрагивающих, как от страха, ресниц. И не было сжимающихся до скрежета бионических пальцев.
Чтоб никогда больше не было никаких чёртовых стрессовых реакций.
Роджерса бесит быть инструментом пытки. Даже враг должен умирать без мучений, а Зимний никак не заслуживает той мясорубки, в которую его раз за разом бросают. Он не выбирал всё это. У него никто не спросил, хочет ли он так быть.
...не стоило брать его с собой в этот раз на поезд...
Стиву иногда очень хочется - ему очень нужно - чтоб Зимний смотрел на него во время разговора. Но прямо на него смотрел всегда только Баки.
Даже у Брока во взгляде иногда проскальзывает хищный вызов. У Зимнего в глазах всегда холодная, вымораживающая темнота.
- Я понимаю твоё рвение, но мы не закончили.
Он смотрит Зимнему в лицо, видя его сейчас как-то в общем - со всей его отстранённостью, малейшими мимическими реакциями, случайной ещё влажной прядью, неряшливо падающей на глаза.
- Я брал в руки кейс и бросал его тебе, даже толком не проверив на какие-то встроенные приборы. Из-за моей поспешности и невнимательности мы потеряли один кейс и ты получил травму. Из-за меня ты свалился в реку. Ты делал ровно то, что я говорил тебе делать. Тебе не за что отвечать, солдат.
Интересно, они будут спорить?
Хотя бы по какому-то поводу? Из-за того, что Стив не пускает сейчас Зимнего перебрать и смазать оружие. Из-за того, что оценка ситуации Зимнего не совпала с оценкой Стива. Из-за того, что Зимний слишком прямо смотрел сейчас Стиву в глаза. Из-за того, что Стив не отводил взгляда, будто они здесь играли в гляделки...
- Ты стабилен? - Всё ещё не поднимая голоса, не допуская в интонации даже малейшего намёка на какие-то отрицательные эмоции, Роджерс откинул голову назад, нащупав затылком металлический столбик кровати. Совсем немного приоткрывая обнаженную шею над воротником форменной куртки.
- Ты со мной?
Между сомкнувшихся щитков брони хочется вбить лезвие ножа, раскачать, раскрыть, вытащить из-под панциря рычащее, сопротивляющееся, шипящее страхом и отвращением или возмущением и болью. Брызжущее обвинениями: "ты не пришел"; "ты бросил, бросил, бросил меня"; "ты меня не искал"; "я был тебе не нужен", "я не нужен тебе сейчас", "тебе не я нужен".
Больше всего Стиву не нравится, если из Зимнего начинает сквозить недоверием. Как будто он уже готовится к какой-нибудь экзекуции: к вырванным зубам и ногтям, сломанным пальцам, содранной с хребта коже. Это всегда первый признак начинающегося тления. Зимнему Солдату безразлично, что будут с ним делать. Ему должно быть безразлично. Но Роджерс всё равно каждый раз чувствует себя палачом.
- Ты будешь выполнять приказы, если это буду не я? - И Стив вбивает между щитков брони слова - они похуже любого клинка, если так подумать. Пытливо следит за зрачками, не скрытыми сейчас непроницаемыми стёклами маски.
Говорить можно что угодно, но тело не соврёт. И Зимний это знает.

Отредактировано Steve Rogers (2023-01-14 22:48:52)

Подпись автора

https://i.imgur.com/F3f6unV.png https://i.imgur.com/5Hr6AS8.png https://i.imgur.com/ESuInf9.png https://i.imgur.com/dEI6L23.png https://i.imgur.com/otwDNey.png

+4

17


— PENELOPE GARCIA —
[criminal minds]
https://i.imgur.com/BZb0NBa.gif
[kirsten vangsness]

— ОБЩЕЕ —
Ты – луч света в нашем темном и жутком царстве психов, маньяков и садистов. И это именно то, что ты делаешь – несешь свет своим друзьям, близким жертв, тем, кто приходит к тебе в группу поддержки. Да всем вокруг. Всякий раз жмуришься, стоит только взглянуть на фотографию изуродованного тела, проклинаешь свою работу, когда приходится снова и снова просматривать записи пыток, но все равно каждый день уверенно переступаешь порог офиса, чтобы взбодрить нас подколками (которых я исправно не понимаю) и сладостями, а потом удаляешься в свой тайный штаб творить неведомую нам магию.
Безумная, веселая, ураганная – да просто не существует таких слов, чтобы суметь тебя описать. Всегда рядом, когда нужна: твой голос порой выводит нас из самых безнадежных передряг. Перегрызешь горло любому, кто встанет на пути твоей команды, найдешь то, что невозможно найти, подберешь нужные слова, когда, кажется, уже нечего сказать. Без всяких оговорок, только твоя помощь часто решает исход дела.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Просто найдись. Серьезно, ведь она потрясающая, яркая, многогранная. Огромный простор для игры.
Связь: гостевая и ЛС.

— ПОСТ —

«Я чувствовал спиной его взгляд» - расхожее выражение. Биологи объясняют это чувство доставшимся человеку от предков инстинктивному умению распознавать опасность по едва уловимым теням или шорохам, эзотерики расскажут вам про потоки энергии, которые излучает преследователь, а психиатры спишут все на паранойю. Рид был склонен признать возможной догадку первых и вполне доверял выводам последних, но сейчас, несмотря на боязнь оказаться в палате, открывающейся только снаружи,  был уверен, что взгляда никакого на самом деле не ощущает, а просто знает по опыту: Морган идет следом.
Дерек это умел: влететь в чужое личное пространство, прижать к стенке и вытянуть все, что таишь за душой. Не потому, что агенту так нравилось лезть в чужую жизнь, а потому, что помощь бывает нужна не только тем, кто о ней просит. Да и секреты хранить их заставляло не желание иметь что-то свое, сокровенное, принадлежащее лишь тебе, хотя именно так все обычно пытались оправдаться. Нет, человек склонен умалчивать о чем-то слишком болезненном, или о том, что заставляет испытывать стыд. Джей Джей не говорила о сестре, Морган не говорил о детстве, а сам Рид долго скрывала от отдела свою мать. Нет, стыдился он не матери, а того,  что силой  отправил ее в больницу, навещая совсем редко – боясь смотреть в лицо возможному будущему. Никто лучше них не знал, что прошлое нельзя перечеркнуть, став новым человеком, и потому, возможно, никто лучше них не вкладывал столько сил, чтобы оберегать тайны своего прошлого.
Все это Спенсер знал, но не умел, подобно Моргану, выбивать запертые двери. Он мог пытаться проявить участие, склонить к откровенности просьбой или проникновенной речью о дружбе, но не находил в себе смелости вломиться, если перед ним провели черту.
Шаг в открывшиеся двери делают синхронно. Рид жмет кнопку первого этажа, и лифт смыкает свои двери, на короткое время отрезая их двоих от всего остального мира и позволяя Моргану вспомнить один из самых неприятных моментов, которые Спенсеру приходилось переживать. Только мотает головой: нет, это совсем другое. Там он был одержим, причем, не столько желанием понять, докопаться до истины, сколько банальной местью брошенного когда-то ребенка. Здесь же нужно было сделать выбор, который мог круто изменить судьбу небезразличного ему человека не в лучшую сторону. И в уравнении сплошные неизвестные.
- Я должен был попытаться, - косится на Моргана, едва заметно улыбнувшись. Он не злился за эту настойчивость, скорее даже был благодарен, ибо его умение принимать решения в критических ситуация оставляло желать лучшего. Сейчас он берег не свои секреты, а хотел уберечь Дерека от возможных последствий, но когда они бросали друг друга из-за призрачной угрозы? Неважно, карьере, свободе или жизни.
- Только давай не здесь, - покорно приняв неизбежное, излагать Моргану все сию же минуту, в центральном холле, считает излишним. Конечно, с большой вероятностью на них никто не обратит внимания – в этом здании головы у всех настолько забиты своими делами, что и лобовых столкновений в коридорах порой избежать не удается. И все-таки хочется уединения, подходящего ситуации.
Через двери главного входа и налево, на стоянку, - здесь им вряд ли кто-то помешает, а запрет на разглашение информации для местных работников, опять же, явление обыденное, и никому не будет дела до того, о чем там решила пошептаться пара агентов. Резко затормозив, Спенсер лезет в свою сумку и после недолгих поисков среди кучи бумаг, которые пришлось поспешно туда бросить, извлекает свернутый номер вашингтонской газеты, однако, продолжает держать его в руках.
- Я должен был встретиться вчера вечером в Вашингтоне со старым школьным приятелем, - начинает тараторить в своей привычной манере, хотя и немного нервничая.  – Он сказал, что срочно нужна помощь, и когда я был уже на месте, позвонил снова, попросил как можно скорее забрать его. Все твердил «я не хотел», «меня заставили». Нашел его в какой-то подворотне, увез, потому что он страшно паниковал и твердил, что его обязательно убьют. Было  не до расспросов. Я всю дорогу пытался дознаться,  о чем речь, и он, видимо, боялся, что я привезу его в полицию или в ФБР – выскочил из машины на светофоре, и с тех пор его телефон не отвечает.
Выдохнув и словно опомнившись, Рид протягивает Моргану газету. Пока предыстория не объясняет всей сути проблемы, но и обойтись без нее было никак нельзя.
- Наткнулся сегодня на это объявление, - наклоняет голову на бок и указывает напарнику на короткое сообщений в самом низу страницы, в котором говорилось о розыске вашингтонской полицией голубого Volvo Amazon, водитель которого мог стать свидетелем преступления. – Номеров, у них, видимо, нет, но искать им придется недолго. Сколько их может быть в Вашингтоне и окрестностях?
Рид хоть и являлся для команды ходячим сборником статистики, были такие факты, которыми ему не приходило в голову интересоваться. По-прежнему оставалась логика: старя машина, большая часть уже не на ходу или отправилась на свалку, часть отсекалась по цвету – и в конце список окажется очень коротким.
- Почему наши свидетели всегда описывают машины как «вроде это был белый седан», а мне достался какой-то знаток старых автомобилей?
Сам Рид никого не заметил, слишком торопился и много отвлекался. Ему казалось, на той улице вообще не было ни одной живой души. Вот где пригодились бы глаза на затылке. Впрочем, какой толк знать, кто именно отправил к тебе полицию? И они в своих пресс-релизах тоже делали так: говорили, что разыскивают свидетеля, а не преступника, чтобы люди сдавали своих друзей и соседей из искреннего желания помочь, вместо того, чтобы ощущать себя предателем.
- Я не знаю, что там произошло, но, думаю, не карманная кража. И пока я могу делать вид, будто не видел этой газеты, только рано или поздно полиция все равно появится у меня на пороге. Или, что хуже, на пороге Хотча.
Смотрит на Дерека в ожидании реакции на свой сумбурный рассказ, беспокойно заламывая пальцы. Конечно, Морган не кинется на него с обвинениями, вообще не попрекнет: такое если и можно ожидать, то лишь от Хотча, да и он наверняка просто пожурит для поддержания марки. Вроде бы удобно, тем не менее, роль мальчишки, на которого даже всерьез не могут рассердиться, временами ударяла по самооценке.
Риду было стыдно. Да, он не собирался втягивать отдел в неприятности, сам не собирался ни во что влезать, но в очередной раз чувствовал себя шестилеткой, которому нечего сказать в свое оправдание, кроме как «я нечаянно» и виновато потупиться в пол. С должностью агента ФБР и званием профайлера совсем не вязалось неумение оценивать ситуацию и предсказывать последствия. И все всегда заканчивалось одинаково: друзьям приходилось его спасать.

+4

18


— DAVID ROSSI —
[criminal minds]
https://i.imgur.com/hhCWzRO.gif
[joe mantegna]

— ОБЩЕЕ —
Ценитель женщин, дорогого вина и итальянской кухни, ты давно мог бы валяться в шезлонге где-то на далеком морском берегу, греясь на солнце и наслаждаясь заслуженным отдыхом. Справедливости ради, именно к этой жизни ты и пытался привыкнуть много лет, но нерешенное дело не давало тебе покоя, а осознание того, что твои книги прославили имена убийц, предав забвению память об их жертвах, вновь напомнило тебе твое истинное призвание – оказываться на шаг впереди маньяка, спасая жизнь за жизнью. И вот ты снова торчишь в душном офисе, разглядываешь снимки с мест преступлений  и мотаешься по всей стране, проникая в мысли преступников и наживая седые волосы, когда твои младшие коллеги берутся импровизировать. У тебя есть одна очень ценная в нашем деле черта – ты не позволяешь окружающим унывать, с высоты своего опыта прекрасно видя и понимая, что переживает каждый член твоей команды. Через все это когда-то ты прошел и сам, и теперь с радостью готов подсказать другим верную дорогу.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Хочется видеть человека, который знает и любит канон и хорошее вино и готов взяться за серьезную и интересную роль.

— ПОСТ —

«Я чувствовал спиной его взгляд» - расхожее выражение. Биологи объясняют это чувство доставшимся человеку от предков инстинктивному умению распознавать опасность по едва уловимым теням или шорохам, эзотерики расскажут вам про потоки энергии, которые излучает преследователь, а психиатры спишут все на паранойю. Рид был склонен признать возможной догадку первых и вполне доверял выводам последних, но сейчас, несмотря на боязнь оказаться в палате, открывающейся только снаружи,  был уверен, что взгляда никакого на самом деле не ощущает, а просто знает по опыту: Морган идет следом.
Дерек это умел: влететь в чужое личное пространство, прижать к стенке и вытянуть все, что таишь за душой. Не потому, что агенту так нравилось лезть в чужую жизнь, а потому, что помощь бывает нужна не только тем, кто о ней просит. Да и секреты хранить их заставляло не желание иметь что-то свое, сокровенное, принадлежащее лишь тебе, хотя именно так все обычно пытались оправдаться. Нет, человек склонен умалчивать о чем-то слишком болезненном, или о том, что заставляет испытывать стыд. Джей Джей не говорила о сестре, Морган не говорил о детстве, а сам Рид долго скрывала от отдела свою мать. Нет, стыдился он не матери, а того,  что силой  отправил ее в больницу, навещая совсем редко – боясь смотреть в лицо возможному будущему. Никто лучше них не знал, что прошлое нельзя перечеркнуть, став новым человеком, и потому, возможно, никто лучше них не вкладывал столько сил, чтобы оберегать тайны своего прошлого.
Все это Спенсер знал, но не умел, подобно Моргану, выбивать запертые двери. Он мог пытаться проявить участие, склонить к откровенности просьбой или проникновенной речью о дружбе, но не находил в себе смелости вломиться, если перед ним провели черту.
Шаг в открывшиеся двери делают синхронно. Рид жмет кнопку первого этажа, и лифт смыкает свои двери, на короткое время отрезая их двоих от всего остального мира и позволяя Моргану вспомнить один из самых неприятных моментов, которые Спенсеру приходилось переживать. Только мотает головой: нет, это совсем другое. Там он был одержим, причем, не столько желанием понять, докопаться до истины, сколько банальной местью брошенного когда-то ребенка. Здесь же нужно было сделать выбор, который мог круто изменить судьбу небезразличного ему человека не в лучшую сторону. И в уравнении сплошные неизвестные.
- Я должен был попытаться, - косится на Моргана, едва заметно улыбнувшись. Он не злился за эту настойчивость, скорее даже был благодарен, ибо его умение принимать решения в критических ситуация оставляло желать лучшего. Сейчас он берег не свои секреты, а хотел уберечь Дерека от возможных последствий, но когда они бросали друг друга из-за призрачной угрозы? Неважно, карьере, свободе или жизни.
- Только давай не здесь, - покорно приняв неизбежное, излагать Моргану все сию же минуту, в центральном холле, считает излишним. Конечно, с большой вероятностью на них никто не обратит внимания – в этом здании головы у всех настолько забиты своими делами, что и лобовых столкновений в коридорах порой избежать не удается. И все-таки хочется уединения, подходящего ситуации.
Через двери главного входа и налево, на стоянку, - здесь им вряд ли кто-то помешает, а запрет на разглашение информации для местных работников, опять же, явление обыденное, и никому не будет дела до того, о чем там решила пошептаться пара агентов. Резко затормозив, Спенсер лезет в свою сумку и после недолгих поисков среди кучи бумаг, которые пришлось поспешно туда бросить, извлекает свернутый номер вашингтонской газеты, однако, продолжает держать его в руках.
- Я должен был встретиться вчера вечером в Вашингтоне со старым школьным приятелем, - начинает тараторить в своей привычной манере, хотя и немного нервничая.  – Он сказал, что срочно нужна помощь, и когда я был уже на месте, позвонил снова, попросил как можно скорее забрать его. Все твердил «я не хотел», «меня заставили». Нашел его в какой-то подворотне, увез, потому что он страшно паниковал и твердил, что его обязательно убьют. Было  не до расспросов. Я всю дорогу пытался дознаться,  о чем речь, и он, видимо, боялся, что я привезу его в полицию или в ФБР – выскочил из машины на светофоре, и с тех пор его телефон не отвечает.
Выдохнув и словно опомнившись, Рид протягивает Моргану газету. Пока предыстория не объясняет всей сути проблемы, но и обойтись без нее было никак нельзя.
- Наткнулся сегодня на это объявление, - наклоняет голову на бок и указывает напарнику на короткое сообщений в самом низу страницы, в котором говорилось о розыске вашингтонской полицией голубого Volvo Amazon, водитель которого мог стать свидетелем преступления. – Номеров, у них, видимо, нет, но искать им придется недолго. Сколько их может быть в Вашингтоне и окрестностях?
Рид хоть и являлся для команды ходячим сборником статистики, были такие факты, которыми ему не приходило в голову интересоваться. По-прежнему оставалась логика: старя машина, большая часть уже не на ходу или отправилась на свалку, часть отсекалась по цвету – и в конце список окажется очень коротким.
- Почему наши свидетели всегда описывают машины как «вроде это был белый седан», а мне достался какой-то знаток старых автомобилей?
Сам Рид никого не заметил, слишком торопился и много отвлекался. Ему казалось, на той улице вообще не было ни одной живой души. Вот где пригодились бы глаза на затылке. Впрочем, какой толк знать, кто именно отправил к тебе полицию? И они в своих пресс-релизах тоже делали так: говорили, что разыскивают свидетеля, а не преступника, чтобы люди сдавали своих друзей и соседей из искреннего желания помочь, вместо того, чтобы ощущать себя предателем.
- Я не знаю, что там произошло, но, думаю, не карманная кража. И пока я могу делать вид, будто не видел этой газеты, только рано или поздно полиция все равно появится у меня на пороге. Или, что хуже, на пороге Хотча.
Смотрит на Дерека в ожидании реакции на свой сумбурный рассказ, беспокойно заламывая пальцы. Конечно, Морган не кинется на него с обвинениями, вообще не попрекнет: такое если и можно ожидать, то лишь от Хотча, да и он наверняка просто пожурит для поддержания марки. Вроде бы удобно, тем не менее, роль мальчишки, на которого даже всерьез не могут рассердиться, временами ударяла по самооценке.
Риду было стыдно. Да, он не собирался втягивать отдел в неприятности, сам не собирался ни во что влезать, но в очередной раз чувствовал себя шестилеткой, которому нечего сказать в свое оправдание, кроме как «я нечаянно» и виновато потупиться в пол. С должностью агента ФБР и званием профайлера совсем не вязалось неумение оценивать ситуацию и предсказывать последствия. И все всегда заканчивалось одинаково: друзьям приходилось его спасать.

+6

19


— GILDA DENT  —
[dc comics]
https://i.ibb.co/3NfKmQt/7-0.png
[mallory jansen]

— ОБЩЕЕ —
Моя двойняшка, весьма  любимая сестрёнка, что определённо, уже тем накладывает обязательства, когда речь идёт о Двуликом. Потому что грани стёрты, когда речь идёт о семье. И даже предугадать трудно, в какую сторону всё  обернётся.
Сомнений нет, я правда люблю Джильду. У нас одна фамилия, одна кровь, одна...Хотелось бы сказать, что история, но её нет. Вовсе вместе не росли, как изначально могло бы быть задумано. Меня монетку подбрасывать учил ублюдок, которому я достался в качестве игрушки. Сестрёнке повезло в разы больше. Мы не сказать, что забыли друг о друге. Но дети так быстро всё умеют вычёркивать из собственной памяти, когда это нужно. Любая психика должна защищаться. И это правильно. Иначе, каждый бы сходил с ума куда раньше, чем к этому приходит в итоге.

либо росли вместе, я очень хорошо представляю историю в этом виде и почему сильно близки.
Зато, взрослые умеют отстаивать свои границы и получать своё. Особенно, если нет никаких граней морали. Джильда - единственная, кому доверять могу, даже со своим покорёженным  мозгом. И только ей можно доверить всё своё, самое дорогое, обнажить душу. Мне нужна её помощь, как бы там ни было. Даже несмотря на неуязвимость. И надеюсь, что сестра меня любит. Хотя бы Харви, что остался где-то там, под шкурой, в оборванном своём варианте. Ведь это, как минимум, звучит как надежда. Её нам всем так часто не хватает в Готэме.
Я умею пугать, угрожать, заставлять делать то, что мне нужно, даже тех, кто невероятно дорог.
Остаётся надеяться лишь, что Джильда понимает. И может быть, не на смертном одре, где-то  в старческом возрасте, а в нашем расцвете сил, сумеет меня простить всё-таки. Никому нельзя прикасаться к моей сестре, я буду защищать её от всего мира. И от себя, судя по всему, если понадобится.   

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Да, моя супруга по канону, но здесь меняем реальность. Оставляем, что мы похожи, что у нас одна фамилия, мою зависимость от этой девушки. Просто обернём её немного в иную форму. Я женат на Памеле Айсли, а Джильду предлагаю сделать моей двойняшкой, с которой история не выйдет простой. В целом, есть примерная история, но тут не буду распространяться, всё равно лично обсуждать все сложности и тяжёлые моменты. А так...Выше есть заявка на Дуэлу и на тот момент не было идеи с Джильдой, но сейчас оформилась. Двуликий (они с Харви оба), никогда бы не позволили своему ребёнку быть непонятно где, непонятно с кем. И казалось, что Джильда может быть просто воспитывающей. Но в такой версии всё становится даже объяснимее. Он доверит свою дочь только своей сестре, сделает всё, что бы они от него находились подальше. И возьмёт на себя преступления сестры, если вдруг понадобится (при желании учитывать полнометражку "долгий Хэллоуин" и дать возможность Джильде сорваться). Дент точно предпочтёт Аркхэм для себя, вместо сестры.  Особенно, когда те, кем он так дорожит, могут жить счастливо и безопасно. Не в Готэме. И не будут его слабостью.
Но во вселенной CW Дуэла - племянница Дента, а не дочь их с Джильдой, как было изначально. У нас Дуэла - Плющ и Двуликий, по родителям своим. Вот только, всегда можно притвориться, что она - ребёнок Джильды, если кто-то будет любопытствовать. Вполне можно совместить варианты.
В общем, всякое быть может. Но воссоединение всё равно свершится, так или иначе. Дочь, сестра. Двуликий скучал по обеим. 

— ПОСТ —

Мне совершенно не нравится зависимость. Никто не смеет подчинять Двуликого. Ни те, кто владеют чёртовым продажным городом, ни правосудие, ни даже...любовь. Отвратное чувство, цена которому всегда лишь безумие. Такое дикое разрушение мозгов, поданное под слишком сладким соусом, скрывающим самую суть. Возможно даже, что миндальным, чтобы не прочувствовать привкус цианида. Я знаю, что Памела мой мозг разрушила, в очередной раз. И может быть, сделала это не совсем добровольно. Но не думала же, при всём том, что мы ей сделаем скидку?
Жду, когда явится всё же, как в старые-добрые. Мы так часто были врагами, что это почти можно было уравнять с временами союза. Действовать совместно, не доверяя друг другу, стало почти привычкой, въевшейся под кожу. Наверное, кто-то мог бы придать этому романтизированный окрас, с учётом всех обстоятельств. Вот только, одно всё в этом важно всегда было. Весь мир подчиняется одному лишь этому простому желанию: каждый просто любит получать то, что желает. И не важно, что это, прогнивший город с ароматом протухшего мяса или те, кто смогут выступить рядом, на твоей стороне. Пока удобны, вне всяких сомнений. Потому в слове "союзники" нет и части от слова "вечность". Помнится мне прекрасно, что когда-то Харви Дент был влюблён. И кажется, весьма по-настоящему, несмотря на использование феромонов, когда их действие сошло на нет. Общее будущее, милые детишки рядом и Готэм, избавленный от преступности. Золотая мечта. Дважды ха-ха. Ровно так, чтобы было первое из чётных чисел.
Наш дорогой прокурор Дент никогда не был счастлив по-настоящему. Может быть и не зря говорят, что невозможно зашить раны, причинённые родителями в детстве? Впрочем, с некоторыми покорёженными кислотой лицами того тоже не сделать. Слушать невозможно было все фальшивые утешения, что всё ещё будет нормально. Тот, кого называли Аполлоном, Светлым рыцарем, давно уже был мёртв. Ещё до того, как заглянул однажды в зеркало больничной палаты. Вся эта продажность, обманутые надежды...Истинность, которую все сочли уродством. Как всегда, две стороны одной монеты. Но лик пригляден лишь тогда, когда честно отражает душу. Кажется, Харви Дент облажался. Всё решает слепая удача. Или слепое невезение. Как Фортуне вдруг того захочется. Бросок монеты определяет жизнь или смерть. А иногда не более, чем на кого сделать ставки.
Монета взлетает в воздух и вновь падает в руку покорёженной стороной. Так приятно пальцами ощущать неровность металла. Почти успокаивает, несмотря на все внешние обстоятельства. Вроде тех, что чёртова жёнушка устроила в последнее время. И кстати, довольно странно, что никого не разводят автоматически, как только они становятся теми, кого называют "суперзлодеями". Очевидно же, обречённые тандемы. Хотя, если так подумать...Монета вновь взлетает в воздух. Приходится ждать, когда Плющ появится. Всё уже готово к этой встрече, настоящая вечеринка только для Двуликого. Во время которой мы определимся с тем, какой ущерб был нанесён репутации и гордости. Сложно сказать, что последнее в этом городе в  таком уж ходу, но хотелось бы оставить при себе. Как напоминание о прошлой жизни.
Совершенно точно, повелительница растений не знает, что её ждёт, в условленном месте нашей встречи. Все последние месяцы, проведённые словно в тумане...Наверное, это было даже неплохо. Дикая возбуждённая страсть, совместные убийства...Можно назвать весельем. Если бы речь шла о тех, кто не нравится Двуликому. А ещё, убирать он предпочитает тех, чья смерть приносит ему дивиденты. Ну, или просто решает текущие проблемы. Вовсе не тех, кто плохо обращается с деревьями. Никто за такое не заплатит. Наверное, на них плевать даже Фортуне.
Да всем, собственно говоря, кроме зелёной леди. Какой мерзкий повод для знакомства был. Пытаться убить собственного будущего мужа за то что согласовал строительство торгового центра. Или чего-то ещё. Спустя время и тысячи разных причин, Харви сам не мог вспомнить, как дело там было.
Ярость переполняет душу от всех мыслей, так грязно заполняющих голову. Двуликий - криминальный босс этого города с вонью освежёванного тела быка и его судия. Не марионетка в руках Ядовитого Плюща. Она ему служит. Она вершит то, что ему требуется. Но не должно быть иначе. Может быть, миссис Айсли-Дент  и способна быть командным игроком, но даже с учётом свадьбы, ей не было предложено равного партнёрства. Почти живой интерес вызывает то, как она воспользовалась ситуацией. И одновременно злобу. Снова ссоры, ссоры, ссоры...Для чего люди сходятся? И рядом остаются те, кого давно таковыми не считают?
- Проследите, чтобы здесь не было ни намёка хоть на один росток. Ничего зелёного, живого и связанного с природой. Лениво приходится наблюдать за тем, как все копошатся здесь, пытаясь не облажаться. Сил у Плюща достаточно, сомневаться не приходится. Харви был глуп и влюблён, и когда возвращается, мне не нравится это. Но нам приходится исправлять ошибки, что становятся общими. Доктор Айсли вот-вот прибудет сюда, уверенная  в полном нашем подчинении ей. Словно, именно здесь, на огромном складе, хранится техника, которую завтра будут использовать, чтобы снести огромный парк на севере. Её супруг предложил уничтожить всё ещё начала. План показался хорошим. И техника тут правда есть, но вопросы по зомбированию куда серьёзнее. Можно любить жену. Можно делать это, даже если она - Ядовитый Плющ. Но вынужденное подчинение приводит в ярость. Этого не должно было случиться.
Вижу, как приближается один из прихвостней, никому не даю имён и стараюсь не запоминать. Выглядят одинаково, думают одинаково и не представляют никакой особенной ценности. Были когда-то первые помощники...но столько времени прошло. Личности уже имеют мало значения. К тому же, нам легко пустить их в расход, когда это требуется. Голова должна думать об увеличении капиталов, власти над территорией и всей остальной грязью этого города. Ещё столько копов и прокуроров, что претендуют на звание хороших парней, но при этом, предают свои мундиры за бесценок...Этот город никогда не изменится, пожирая души, совесть и сердца. Тёмного рыцаря недостаточно, чтобы это исправить. Если вспомнить особенно то, что он никого не способен спасти.
А ведь Харви доверял ему. Думал, что они вместе защищают этот мерзкий город. Готэм можно лишь ненавидеть. Его изнанкой, истинной стороной, всегда является лишь боль. Блэкгейт и Аркхэм не заполнены плохими людьми. Лишь теми, кто стал ему под стать. Искорёженные, изуродованные, познавшие с детства, что такое насилие...ах, да. Всегда забывается, кто тоже помнил всегда, как отец выбивал из него всё дерьмо под настроение. Он помнил это, даже став прокурором. Говорят, психика повредилась ещё в детстве, а остальное - последствия. Нет, нет, нет. Все эти чистые помыслы о том, что он защитит остальных. Нет. Слишком ублюдочно, чтобы просто тянуть даже на глупую шутку. Когда Харви говорит, что мы должны и не должны делать...Мне приходится ему напоминать каждый раз, чего он добился. Отвернулся даже лучший друг. Разрушена была даже его семья, которую он любил.
Хотя, последнее возможно из-за несхожести характеров. Несмотря на то, что с женой снова вместе. Это даже легко назвать любовью. Но вовсе не означает того, что сегодня ей не придётся отвечать за собственные поступки.
- Закройте все ворота и приведите её сюда. Трудно скрывать ярость в собственном голосе, когда её не так уж мало. Двуликого превратила в инструмент своей войны за природу. Хотя, та его никогда не интересовала. Харви был озабочен преступностью Готэма и выборами собственной кандидатуры. Хоть что-то нашлось среди этих золотых фантазий о правосудии. Какое честолюбие. Стать самым молодым окружным прокурором в двадцать шесть лет. Вот это уже звучало хотя бы интересно. Все, за кем он приходил после, были намного старше него, не добившись подобного. Вот только, всё равно виновны были в том, что стало с ним. В том, что были частью системы, породившей Двуликого. Но шёпот, что он слышал в голове, всегда был частью его природы. Пожалуй, стоило бы к нему прислушиваться.
Двустволка находится в руках, но улыбка на обезображенной части лица куда худшее оружие. И монета, зажатая в другой руке, способна причинить куда больше проблем. Когда Удаче задаёшь вопросы, главное всегда уметь их правильно сформулировать. К примеру, это может быть "смерть через выстрел" или "смерть через удушение". Почему бы и нет? Главное не забывать о том, что всё решает случай.
Это даже забавно. Эхо отлично разносится по подобным помещениям, прекрасно слышу звуки борьбы и выстрелы. Никто не ранит Памелу, на то прямой запрет. Но нужны же хоть какие-то способы подавления её характера. Не сможет использовать свои травинки, чтобы причинить вред, но малое утешение, когда известно, насколько может быть опасна. Вот только, здесь слишком много людей в чёрно-белых костюмах. А она одна. Постоянно повторять не уставала, что предпочитает действовать в одиночку. Кажется, иногда это не так уж выгодно.
- Дорогая, помнишь, как вы все были собраны в "костюмированных уродов", когда требовалось избавиться от Фальконе? Сразу четверым приходится тащить, даже закованную в наручники. Трюк больше подходит копам, но если чему Аркхэм и учит, так это тому, что с двумя руками, сцепленными за спиной, куда сложнее наносить удары.
- И вы сделали всё, что было нужно. Всё, что было раньше его, стало принадлежать нам. Есть уверенность, что Ядовитый Плющ не страдает провалами в памяти. Но имеется также нужда напомнить ей о некоторых событиях. Когда погибла даже София, империя того, кто подмял под себя Готэм пала и у него утвердился новый лидер. И шутки очевидно были по части Джокера. Но основная заключалась в том, что это Двуликий всех собрал, от неё, до Пугала, Соломона Гранди и Женщины-Кошки. Так кто был действительно главным? Должен ли он был подчиняться Ядовитому Плющу?
Правда, союз с этими фриками в костюмах был разорван. Когда себя изжил. Не стоит надолго оставаться в прошлом. Оно способно догнать и вогнать нож в спину.
- Так в общем-то, возникает вопрос. Как можно забрать себе власть над тем, кому принадлежишь сама  и надеяться, что не возникнет последствий, когда он придёт в себя? И впрямь, довольно интересно узнать. Так бесцельно использовать собственного супруга, ради каких-то цветочков. Когда ему нужно было следить за собственными территориями. Словно гиены вокруг кружили Пингвин и Загадочник. Иногда появлялся Джокер. Бэйн. Кучки других уродцев, постоянно претендующих на власть. В связи с чем, снова и снова возникал вопрос. Стоило ли заставлять его отвлекаться?
- Не надейся использовать способности, Памела, за много метров нет ни одной травинки. Тут ты бессильна. А я нет. Огромное количество прихвостней расположены по всему складу. Никуда ей не сбежать и не отделаться от разговора. Даже если планы на вечер были другими. Говорят, на семейную терапию стоит ходить, чтобы научиться супругам разговаривать между собой. Можно считать, что сегодня она проводится в подходящих для одного из них условиях.
- Приятно оказаться снова в строю, но возможно, неприятно от того будет тебе. Не угроза и не предупреждение. Просто предположение. Трудно предугадать, как судьба обернётся. Куда проще - задать ей вопрос, в какую же всё-таки сторону.
- Первый вопрос, что возникает, так это...как так вышло. Всё было продумано, не должно было так выйти. Казалось, что  способ решения проблемы уже изобретён. Но как показывают события последних месяцев...Чёрт возьми. Пожалуй, это можно было даже вспомнить как нечто приятное. Всю эту страсть на руинах, секс ещё до душа, в чужой крови, пачкая ею простыни. И всё же, не стоит отвлекаться от сути вопроса.
- Впрочем, проведём разговор в более подходящей обстановке. Столько хочется узнать о событиях прошедших месяцев. Отведите её в ту комнату.  Невозможно угадать, для чего оборудование подобное в таком месте, но оказалось весьма подходящим. Не тороплюсь никуда, пока Плющ ведут в комнату с огромным железным столом и будут готовить к нашему общению. Пока крепко пристегнут всеми ремнями, пока успокоят буйный нрав... Там же ждёт химикат, что будет пущен по венам. О, нет, нет, нет, ничего серьёзного. Всего лишь нейтрализует на некоторое время её способности, чтобы выиграть время на диалог. Использование феромонов может оказаться очень неподходящим моментом.
Разговор или пытка? Монета рассекает воздух, давая ответ.
Ничего страшного. Двуликий - не Джокер. Может обойтись иногда без бессмысленного насилия.
Следовать туда, где привязывают Памелу и вводят ей химикат, несмотря на все угрозы, не так уж далеко. Да и столько людей справляются быстро. Много забавного там ждёт повелительницу растений. Вот только, никогда не нужно забегать вперёд. Если ты, конечно же, не Безумный Шляпник. Но Двуликий им никогда не был даже по слухам.
- Оставьте только нас и смотрите за обстановкой. Огромная железная дверь захлопывается, когда все исчезают, кроме тех, кому нужно поговорить. И диалог должен принести собой ответы, иначе признан будет несостоятельным.
Кому захочется тратить своё время просто так? Особенно, когда уже были упущены месяцы.

Отредактировано Harvey Dent (2022-05-04 02:22:42)

Подпись автора

подарок от Гордона

+3

20


— HANJI ZOE —
[shingeki no kyojin]
https://i.imgur.com/fXzgfDM.png
[original, ur choice]

— ОБЩЕЕ —
Иногда я серьезно думаю, что ты сумасшедшая и без инстинкта самосохранения. твоя зацикленность на изучении титанов слишком пугающая и каждый раз - это последний, когда я вытаскиваю тебя из челюстей очередного объекта изучения. Впрочем, стоит признать, что мозги у тебя работают лучше, чем у большинства в Разведкорпусе. Может мы и не всегда ладим, но я пропустил момент, когда начал считать тебя своим другом. С Эрвином-то проще общаться, не так ли?

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Ну куда мы с Эрвином без Ханджи? Приветствуется готовность падать с разбега в разнообразные эпизоды: и поговорить, и титанов покрошить, и детектив подетективить, и аушки, и что там еще моя башка сварит. К размеру постов и скорости вообще никаких пожеланий, главное не пропадай.

— ПОСТ —

Имел ли он право на этот выбор?
Леви задавался этим вопросом раз за разом, упрямо прокручивая в голове всевозможные варианты развития событий, не обращая внимания на пытающуюся втянуть его в разговоры о подвале Ханджи. Чертовые метры стены уже были исхожены на столько, что Аккерман бы не удивился, если бы обнаружил под собственными ногами выщербленную тропу. Они оба знали, чем это закончится — Аккерман не мог припомнить ни одного разведчика, который помер бы от старости, а не от зубов титанов — и уж точно не собирались жить вечно, лишь упрямо оттягивали неизбежное. В этом жестоком мире дольше могли протянуть лишь военная полиция и гарнизон. По-крайней мере, до падения стены Мария и дружного хоровода разумных титанов.
С одной стороны, Эрвин сам предоставил выбор в его руки и доверие командующего льстило, вот капитан совершенно не был уверен. Уже не в первый раз его решения приводили к катастрофе. Это ошибка?- капитан задавался этим вопросом, когда отбивался от Йегера и Микасы, это ошибка? - каждый случайный взгляд на обгоревшее до неузнаваемости тело Арлерта, это ошибка? - когда Смит сквозь затуманенное сознание как бы случайно отбивался от поднесенного шприца. Сожалений и сомнений не было только когда Леви совершенно бесстрастно подкинул обратившемуся в титана командора Бертольта. Справедливости ради, он поступил бы точно так же и с Леонхарт с Брауном. Терять «своих» для капитана всегда было тяжело: начиная с друзей из Подземного города и заканчивая Смитом, который буквально вытащил его из лужи. Была некая ирония в том, что Леви изначально был обязан убить командора, а спустя годы спасает ценой жизни талантливого почти-не-кадета и целостностью своего лица. Стоило признать, что у Микасы удар буквально сногшибательный.
Он кидает очередной тревожный взгляд на лежащего на стене Эрвина. Леви уже давно потерял счет времени: прошел ли час, два, десять? Хотя бы сыворотка сработала, но, похоже, что ждать придется до полного восстановления утраченной руки. Что ж, капитан был готов провести здесь хоть неделю и все так же размышлять о правильности решения, лишь бы Эрвин вернулся.
То, что командор пришел в себя, Леви замечает краем глаза. УПМ громыхает слишком громко, когда он слишком быстро приближается к Эрвину, и этот звук резкой болью отзывается в голове. Он не обращает внимания ни на Ханджи, ни на бросающегося на него полные ненависти взгляды Эрена.
- В следующий раз попробуй не самоубиваться без меня, - Леви коротко усмехается, оттягивая разговоры о произошедшем, зная, что этого все равно не избежать, - Хотя это было впечатляюще.
И ты сам согласился с этим планом
Аккерман отмахивается от внутреннего голоса, присаживаясь рядом с командором на горячий камень стен. Грохот УПМ снова кажется неуместно громким.
- Я его упустил, - мрачный взгляд исподлобья стал еще мрачнее, - Все было зря, Эрвин.
Звероподобный был у него в руках, не хватило лишь одного движения мечом. Ладонь сжалась в кулак от бессильной злости.
- Хотя стену мы отбили, - в его голосе наконец-то зазвучало что-то похожее на удовлетворение, - Ценой почти всего корпуса.
Леви старается не смотреть на Смита, боясь увидеть в пронзительно голубых глазах подтверждение того, что выбор оказался если не неправильным, то осуждаемым. Он выдерживает паузу, смотря как со стены планируют остатки Разведкорпуса. Их подразделение и раньше было крошечным, но теперь и вовсе представляло из себя жалкое зрелище.
- А, да, ты теперь Колоссальный.

+4

21


— Jaskier —
[the witcher]
https://i.imgur.com/CFGmXoH.gif
[original]

— ОБЩЕЕ —
Лютик. Назойливый, как муха, и шумный, словно стая напуганных сорок. Любитель приукрасить, изменить реальность до неузнаваемости, переложив на стихи то, чего на самом деле не случалось вовсе. А что поделать, если настоящие герои твоих баллад унылы порой настолько, что и пары слов из них о кровавой резне не выдавить?
Бахвальство – твое второе имя, тогда как скромность среди них не значится вовсе. В любом приключении именно твоя роль будет главной, и неважно, какое на то мнение имеют окружающие. Да кто их станет слушать?
Дамский угодник, с равным удовольствием готовый предаваться утехам как на застиранных простынях в очередном борделе, так и на шелковом белье в княжеских покоях. Одна беда: князья грозятся вздернуть, если вдруг застанут тебя в этих покоях с дорогой супругой, а мужья дам не столь знатных то и дело рвутся проломить твою бедовую голову без всякого суда.
Ты падаешь в обморок от вида собственной крови, но готов без раздумий отдать свою жизнь за друзей, что, впрочем, проблем обычно приносит куда больше, чем пользы.  И если уж решишь взять дело в свои руки, остановить тебя может разве что накинутая на шею петля. Профессиональный лжец, когда дело доходит до песен и соблазнения дам, но, не моргнув глазом, так можешь приложить откровенностью, нисколько не опасаясь за чужие чувства, что мало не покажется. И, уж если честно, это одно из самых ценных твоих умений, как бы оно ни раздражало в моменты своего проявления.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Хочется канонической дружбы, совместного поиска неприятностей на свою ж..., позитивного товарища, который будет своей непосредственностью компенсировать неистребимое занудство Геральта. Внешность вам необязательно брать игровую, просто сам не воспринимаю Кавилла в этой роли. В качестве канона ориентируюсь в первую очередь на события книг, а там уж как покатит.

— ПОСТ —

Память ведьмака не подвела: мост действительно обнаружился в том самом месте, где Геральт рассчитывал его найти, вот только никакой радости это им не принесло – подгнившие опоры не выдержали, подломившись и рухнув в воду, и теперь конструкция осталась разве что памятником деревянной архитектуры, совершенно непригодным к практическому использованию.
- Поищем другую дорогу, - предложение было слишком очевидным, и озвучил его ведьмак лишь по привычке разбавлять свое одиночество разговорами с лошадью и самим собой.
Лютик хоть и принял новость с тяжелым вздохом, мысленно прощаясь с надеждами на теплую постель в ближайшем будущем, отметил все же, что им повезло бы куда меньше, окажись они теми несчастными, под чьими ногами мост пал смертью храбрых. Трудно было не согласиться.   
Геральт повернул кобылу кругом, оглядывая местность. Налево или направо – выбор невелик, и ничего умнее, чем выбрать более утоптанную тропинку, по которой с этого места уходили раздосадованные путники, он не придумал. Возможно, единственным отличием этих двух направлений было то, насколько большой будет гора трупов, что повстречается им на дороге, но в противном случае им оставалось только подкинуть монетку, а с судьбой ведьмак предпочитал не заигрывать, давно приняв тот факт, что чувство юмора у этой госпожи бывает весьма своеобразным, а к Геральту, казалось, у нее были какие-то особые «симпатии».
- Туда, - ведьмак повернул в ту сторону, где тропинка была шире, а в засохшей грязи виднелись отчетливый следы колес телеги. Бард и спорить не стал.
Сбавлять скорость не пришлось: для верховых, не жаждущих мчать в карьер, дорога не слишком-то уступала оставленному за спиной тракту – тем разве только, что по левую сторону от них начинал густеть лес, а по правую высились заросли камыша, подхватывая ветер мерным шелестом, и двигаться им оставалось только вперед, если ничто не заставит повернуть обратно.
Лютик бодро напевал какую-то песенку про смельчака, не страшившегося ни ревнивых мужей, ни страшных чудовищ, а Геральта то ли от усталости, то ли от природной язвительности так и подмывало поведать другу, что в такой местности чудовищ может водиться в достатке, а герой этих песен, как ведьмак знал, мог быстро растерять свою храбрость, встретив одно из них не в рифмованных строках, а в суровой действительности.
Ведьмак смолчал, и смолчал зря: за шумом, создаваемым едущим позади бардом, он едва не пропустил доносящееся от берега тихое рычание. Плотва занервничала, вскинула голову и боком пошла в пляс, добавляя своим топотом лишнего шума, – напугал ее то ли сам хозяин резкой одержкой, то ли все тот же звук.
- Тихо! – шикнул он на барда, не замечавшего никакой суматохи. К счастью, подобные команды были Лютику хорошо известны: он вцепился в повод, заставляя коня озадаченно остановиться, а мерин, чье непробиваемое спокойствие не переставало удивлять, недолго думая и отвоевав себе немного свободы от рук всадника, вцепился зубами в свежие побеги кустарника, принявшись сосредоточенно жевать.
Геральт спрыгнул с седла, заставил кобылу сделать несколько шагов, подводя к деревьям, и набросил поводья на сук, ибо сильно сомневался в преданности животного, а идти дальше пешком, когда та вздумает унести подальше ноги, ему ну дюже не хотелось.
- Слезай! – барду же очевидное пришлось подсказывать, потому как Лютик продолжал восседать верхом на Пегасе, являя собой прекрасную мишень для любого рода атаки, и если он намеревался умчаться вдаль на своем мерине при первых признаках опасности, то явно слишком переоценивал его возможности. Идеальная лошадь для того, кто любит музицировать, не сходя с седла, и совершенно негодная для быстрой езды.

+4

22


— NADIA DECOTIS —
[one chicago]
https://64.media.tumblr.com/9a5cb87c976e781813af5ec48d6abeb4/tumblr_inline_p9g68lAPYb1uca9y3_250.gifv https://64.media.tumblr.com/7c6f34ca306d97f4cb9fdea7b1a941ee/tumblr_inline_p9g68mVuaQ1uca9y3_250.gifv
[Stella Maeve]

— ОБЩЕЕ —

Надя неотъемлемая часть отдела расследований и на текущий момент работает помощником по административным вопросам в 21-ом участке, отвечает на звонки и выполняет различные поручения. Её прошлое вряд ли можно назвать сказочным, ведь в достаточно раннем возрасте девушка оказалась на улице, и чтобы хоть как-то прокормить себя, связалась не с самой лучшей компанией. Сперва зарабатывая мелкими кражами, а после.. когда и этих денег стало не хватать.. в ход пошла совсем другая артиллерия: секс, наркотики.. алкоголь...были лучшими друзьями Дэкостис достаточно долгое время. Но сейчас всё иначе.. у неё большие планы на будущее, в которому нет места старым демонам. Ведь так?

Привет, малышка.
С тех пор, как мы виделись в последний раз, прошло несколько лет. Я безумно виновата перед тобой и всё, чего хочу, так это снова увидеть тебя. За то время, что мы прошли вместе, ты стала для меня не просто подругой, а сестрой, которой у меня никогда не было. Твоя история заставила дрогнуть сердца многих ребят из 21-ого участка (ну разве что у Рузека не только сердце, ведь Вашу первую встречу он запомнит надолго), ты достаточно быстро стала частью нашей семьи и сейчас мы в тебе очень нуждаемся.
Да, в твоём прошлом много дерьма, но у кого из нас его нет? Наркотики, бордели, всё это осталось в прошлом. Сейчас у тебя новая жизнь...  и позволь мне вновь, стать частью её.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
На форум я жду человека активного, это не значит, что посты нужно писать каждый день. Все мы понимаем, как реал лайф затягивает, ты просто не пропадай. Мы рады не только игре, но и живому общению. Весь наш каст с радостью примет тебя в свои распростёртые объятия.
По сюжету мой персонаж несколько лет провёл в Нью-Йорке и всё это время рядом с тобой был Джей Холстед, который поддерживал тебя в сложные времена. Поэтому помимо меня, тебя ещё и он очень ждёт. Игрой обеспечим. От себя обещаю любить, кормить и никому не отдавать. :-)
А если по фактам.. То мы не собираемся убивать Надю, как персонажа слили в сериале. Встречу с маньяком  Грегори Йейтсом обыграть очень даже можем, только закончится всё хэппи эндом и отдел расследований найдёт Дэкотис раньше, чем Йейтс распустит свои грязные ручонки. В общем приходи, мы открыты для обсуждений 24/7.

— ПОСТ —

Утро… У всех оно такое разное, но одинаково приходит ко всем. Точное, как стрелки часов, для одного – прекрасное, а другой не рассмотрит его цвет. Для одних это утро первое, для других, не успевших его рассмотреть и почувствовать, – увы, последнее… Так устроен механизм. И его запчасти всегда верны и глухи, как старые настенные часы.
Входящее SMS: «Эрин. Направляйся в общежитие, где проживала Уилсон, попробуй воспроизвести её последний день.» -  мои мысли тонули в чашке латте, которая стояла на краю моего рабочего стола. Я бездумно водила ложкой по дну, будто размешивая вкус горьких букв, осевших на моих губах «у меня есть ребёнок». Джей. С тех пор, как мы виделись в последний раз, прошло несколько дней, а после нашего разговора и вовсе уже около месяца. Я больше не позволяла себе даже мимолётных встреч с Холстедом вне отдела, откровенно говоря, избегая их. Помирились ли они с Натали? Видел ли сына? Я не знала. Не хотела знать, поэтому каждый раз, когда ребята громко обсуждали планы на вечер, договариваясь посидеть в Молли, я придумывала тысячи причин, лишь бы не ходить туда. Врала, что у меня встреча со старыми друзьями, внезапно прилетевших из Сан-Франциско или какого-нибудь дальнего городка, врала, что куча планов, а по факту... По факту, теряла себя в четырёх стенах своей квартиры. В тишине. Пустоте пространства. Комнат. Каждый вечер, каждую ночь. Думая о том, почему всё это произошло со мной?! Где та Эрин Линдсей, которую я видела каждый день в отражение зеркала? Уверенная в себе, непробиваемая. С самого детства я старалась постоянно напоминать себе одну простую истину: "не привыкай к людям вокруг, не открывайся им, ведь в какой-то момент они уйдут и ты снова останешься одна!". Но Джей...... он сломал эту броню. Пробил её. Позволил довериться ему, порой мне даже кажется, что больше чем Войту.
Входящее SMS: «Только дождись своего напарника» — Хэнк....  закатываю глаза и откидываю телефон на стол перед собой. На протяжении последних нескольких недель, все дела, которые брал отдел расследований я вела вместе с Войтом. С ним мне было легче выключить эмоции и сосредоточиться на деле, но каждый раз сидя со мной в машине он твердил о том, что не смотря ни на что, мы с Холстедом так и остались напарниками и прятаться до конца своих дней в его машине, я не смогу. Разумом я понимала, что он прав, но год отношений нельзя стереть из памяти. Как бы мне сильно не хотелось обнулить своё прошлое, этот год был насыщен событиями. Я, кажется, впервые за всю свою жизнь из сильной, независимой, позволила себе стать слабой, зная, что рядом со мной Холстед. Зная, что рядом со мной мужчина куда сильнее меня во всех смыслах этого слова. Я могла ему доверить всё, наверное, поэтому сейчас он единственный из отдела знал всю мою историю от начала и до конца. И даже не смотря на то, что Войт, как всегда был прав... мысль о том, что сейчас он направляет ко мне в отдел Холстеда, приводила меня в бешенство. Не так я планировала провести свой вечер. Совсем не так.
Входящее SMS: «Давай без сюрпризов!»— я злюсь на него, но понимаю, что это неплохой повод попытаться начать сосуществовать рядом. Иначе в какой-то момент, всё это закончится слишком плачевно не столько для нас с Джеем, сколько для всего отдела. Впервые за последний час, беру в руки мобильный и пишу короткое SMS Войту, чисто символистические оповещая его о том, что всё сделаю. Допив свой латте, убираю кружку и в ожидании "напарника", вновь открываю дело, разглядывая фото с места преступления. Не хочется упустить никаких деталей, но прежде, чем успеваю углубиться в материалы дела, на лестничной клетке раздаются шаги. Усмехнувшись самой себе, откидываюсь на спинку стула и, скрестив руки на груди, устремляю взгляд в проход. Становится уже смешно от всей этой ситуации и хочется просто проверить насколько я знаю Войта. А если я права, то напарником будет, конечно же Холстед.
- Привет, где все?- звук пока ещё слишком родного голоса предательски вызывает мурашки по коже, но внешне я остаюсь не проницаемой. Лишь качаю головой, захлопнув дело и медленно поднимаюсь с места. Оказывается, находиться вместе, когда Вас окружают коллеги куда проще, чем тет-а-тет.
"Если ты хочешь отношений, то помимо нашего отдела, есть ещё десятки других"- как же меня злили тогда слова Войта. Я места себе не находила, потому что считала, что он лезет не в своё дело и своей чрезмерной опекой просто душит меня. Какая же глупая я была. Просто Хэнк знал, что если между нами с Джеем что-то пойдёт не так, сосуществовать вместе нам будет достаточно сложно. На деле... так и есть. Мы избегаем друг друга и замечали это не только ребята из отдела расследований, но и весь 21-ый участок. Труди пару раз даже пыталась расспросить меня о том, что именно случилось между нами с Холстедом. Всем вокруг хотелось знать подробности, причины, ведь каждый додумывал их, а меня выворачивало наизнанку от правды, что душила каждую ночь. Джей был не виноват, где-то на затворках сознания я это понимала, но принять не могла.
- Ты же знаешь, Войт мне не отчитывается,- бросаю я, отмахнувшись на вопрос Холстеда и делаю глубокий вздох.- Кажется, он просто решил, что нам стоит вновь вспомнить, как это... быть напарниками.- доверяла ли я Джею, после всего, что произошло? Как бы глупо это не звучало, но "да", когда дело касалось работы, он был лучшим в своём деле. Доверяла ли я себе? Спорный вопрос. Я бы без раздумий кинулась прикрывать спину Холстеда, ни на секунду не замешкавшись. Вот только было во всём этом одно [float=right]https://i.imgur.com/L5KCsfU.gif[/float]существенное "НО", мои эмоции. Мои чувства сейчас были подобно оголённым проводам, которые вот-вот все 220 выдадут.- Давай я тебе по дороге расскажу?- оставаться в отделе хотелось меньше всего. Чем быстрее мы приступим к опросу друзей/знакомых жертвы, тем лучше для нас двоих. Передав Джею папку, я спешно вышла на парковку, где оставила свой эскалайд несколько часов назад и рядом с которым сейчас была припаркована машина Холстеда.- Если вкратце, то девушку нашли в лесопарковой зоне. Парень совершал утреннюю пробежку и нашёл в кустах тело.- пока Холстед разглядывал фотографии, я остановилась возле эскалайда, облокотившись на него спиной и невольно подняла взгляд на Джея. Зачем мы вообще пошли на это?! Перешли эту тонкую грань дружбы и решили себя тех отношений, что были в самый первый год?! Ни с кем мне не было так комфортно работать, как с Холстедом. А теперь... всякий раз оказываясь с ним наедине, я каждый раз думаю, как мне себя с ним вести.- В ближайшей округе нет ни одной камеры. Единственная запись полученная нами была сделана с главного входа в парк, но там Карен Уилсон не появлялась. Девушке всего двадцать два года, это мог быть кто угодно. Отвергнутый ухажёр, ревнивый парень, завидующая подруга, или вообще какой-нибудь первопопавшийся незнакомец. Войт хочет, чтобы мы побывали в общежитие, где проживала Карен, и опросили всех, кто её знал и видел в последний день. Заодно изучим её комнату. Поедем вместе или встретимся у общежития уже?- безусловно разделяться было не лучшим вариантом, хотя бы потому что сейчас нам нужно работать вместе. Обсуждать дело, показания "друзей" куда проще сидя плечом к плечу, а не в разных машинах, но принять это пока слишком сложно. И разговоры сейчас ни к чему не приведу. Просто мне нужно осознать эту новую реальность, где мы друг для друга уже не пара, но ещё и не друзья.

Подпись автора

https://i.imgur.com/xnA4Ka1.gif https://i.imgur.com/8HZSm0c.gif
За ав спасибо, лучшему напарнику и Delilahhttps://forumstatic.ru/files/001b/35/ba/44243.png

+5

23


— JEAN GUNNHILDR —
[genshin impact]
https://i.imgur.com/sycFzbe.png
original

— ОБЩЕЕ —
Джинн Гуннхильдра — справедливый и искренний Рыцарь Одуванчик, действующий магистр Ордо Фавониус.

Как действующий Великий магистр рыцарей, Джинн серьезно относится ко всем своим обязанностям и обязательствам, связанным с этой ролью, независимо от того, насколько незначительными могут показаться задания (например, найти потерявшуюся кошку). Из-за этого Джинн часто доводит себя до изнеможения, пытаясь выполнить поручения местных жителей, что очень беспокоит ее коллег.
Ее преданность своим обязанностям объясняется двумя причинами: ее воспитанием в детстве и наставлениями Варки. Несмотря на то, что он постоянно относится к своим обязанностям легкомысленно, его расслабленный и необузданный характер способствовал ее росту. Она не выказывает недовольства его отношением, вместо этого клянясь сделать так, чтобы город стал более процветающим и гостеприимным, когда он вернется. Благодаря ее трудовой этике ее любят как жители Мондштадта, так и ее коллеги, а также отмечают другие организации. Хотя она предпочитает использовать мирные методы для решения проблем, при необходимости она без колебаний применит силу. У нее есть привычка называть Дилюка своим старшим, даже после того, как он покинул Рыцарей. Несмотря на это, она признает, что они оба разделяют одну и ту же идею защиты Мондштадта.
Она считает Веннессу примером для подражания из-за ее подвигов и того, что она оставила после себя впечатляющее наследие, и неустанно работает, чтобы сохранить ее наследие и безопасность Мондштадта. Всякий раз, когда она чувствует себя обеспокоенной или растерянной, она часто отправляется к Великому Древу.

Джин родилась в прекрасном городе Мондштадте, в благородной семье. Она была воспитана своей матерью, чтобы стать наследницей клана Гуннхильдр. Отец Джинн- Шеймус Пегг, авантюрист, прославившийся на весь континент. Приехав в Мондштадт, он стряхнул с себя пыль прошлого и начал все заново в церкви Фавониуса, занял в ней высокий пост и стал известен как кардинал Дневного Рассвета.
К сожалению родители Джинн расстались. Девочка, держась за руку матери, наблюдала, как силуэты ее отца и ее сестры Барбары растворялись в дали. Барбара пошла по стопам отца и присоединилась к церкви Фавония, став дьяконицей.
Джинн обучали всему, что должен знать рыцарь, и всем качествам, которые он должен проявлять: дисциплине, этикету и поведению, знанию истории и баллад, а также поддержанию высокого мастерства владения мечом и физической формы. Только соблюдая эти стандарты, Джин может носить мантию клана Гуннхильдр, девизом которого является: "За Мондштадт, как всегда".
Некоторое время назад в тавернах Мондштадта часто рассказывали анекдот: Гуннхильдр учится говорить "За Мондштадт, как всегда" раньше, чем учится говорить "мама".
В детстве Джин однажды подняла голову от книги, которую она читала, "Ветерок среди леса - подборка баллад", и увидела, как другие дети ее возраста радостно играют с булавочными колесами за окном. В тот момент юная Джин поняла, что значит для нее девиз ее семьи.

Сейчас, когда она поднимает голову от кипы бумаг и видит следующее поколение детей, делающих то же самое, исполняющий обязанности Великого магистра Джин не жалеет о том, что долгие годы служил этому девизу. "Вы должны отдать все свои силы, чтобы поступать правильно. Всегда".
Джинн всегда хотел сблизиться со своей младшей сестрой по крови, но не мог заставить себя ничего сказать, столкнувшись с уклончивым взглядом Барбары. Возможно, эта слишком схожая неловкость - знак того, что ее чувства разделяют.

В возрасте пятнадцати лет Джинн было присвоено звание "Рыцарь одуванчика". Рыцарь Одуванчика также известен как Рыцарь Львиного Клыка. Передаваясь из поколения в поколение, этот титул присваивается только самым выдающимся рыцарям. Титул Рыцаря Одуванчика символизирует наследие Веннессы - стойкость и доброжелательность. Стать таким же добрым и решительным воином, как Веннесса, и сражаться за свой народ и за свободу... Да, таков был истинный смысл ее простого семейного девиза.
Джинн давно стал одним из лучших фехтовальщиков в Мондштадте, но в душе днвушка предпочитает быть щитом, защищающим свободу, чем мечом, рассекающим коррупцию и тьму.
"Защищать" всегда было сложнее, чем "уничтожать".
Примерно в то время, когда ее повысили с капитана отряда до магистра рыцарей, перед ней встала огромная задача. Извне Фатуи оказывали дипломатическое давление, а внутри были предатели - товарищи бывшего инспектора. Перегруппироваться и найти способ прорваться было непростой задачей. Но Джинн смогла одной рукой противостоять внешнему давлению, а другой - повести рыцарей к разгрому многочисленных заговоров Ордена Бездны, восстановив авторитет рыцарей Фавониуса.
Джинн никогда не забудет тот момент, когда она получила свое Видение. В тот момент ей показалось, что все вокруг затихло, и она почувствовала, как ветерок обдувает ее руку. Казалось, мир померк, и остался только проверенный временем девиз дома Гуннхильдр: "За Мондстадт, как всегда".

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
У меня всего два требования: не забрасывайте роль, получайте удовольствие от игры.
Заявка – не в пару.

— ПОСТ —

Донесшийся с севера ветер был жарок и сух, точно дыхание самого огненного архонта. Стоя на крыше таверны «Кошкин хвост», Дилюк повернулся на встречу ветру и сделал глубокий вдох, в надежде почувствовать дух родины. Казалось, сейчас он стоит на самом крою света, а вокруг, куда ни взгляни простирается жизнь, бескрайнее юное будущее. В такую ясную ночь отсюда были ясно видны даже пики далеких гор, вершины, окутанные изумрудным бархатом. Родина…
Как все же сильно Рагнвиндр успел соскучиться по родному и любимому городу. Частица души Тёмного Рассвета ликовало, уже лишь от присутствия его на территории Мондштадта. Однако, вместе с этим, по какой-то причине тяжело здесь находиться. Воспоминания всплывали одно за другим. «Тут они с отцом покупали свежие цветы, на одно из дней рождений Джинн», «на соседней маленькой улочке, они с Кэйей прятались от стражи, после одно из шалостей брата», воспоминания одно за другим были по самым уязвимым местам Дилюка. Было больно вспоминать брата и отца, так что Рагнвиндр попытался отогнать от себя все мысли о былом, и сосредоточиться на настоящем.
В последнее время, враги Мондштадта не стеснялись нападать на жителей по ночам. Фатуи, так вообще, претворяются добродетелями, и не стесняясь бродили по городу так, словно они уже были здесь хозяевами. Впрочем, выглядело со стороны все так, словно, это было и правда вопрос времени. Кто знает, сколько Монд еще протянет со своими «защитничками», которые не видят дальше своего носа. Хотелось бы сказать, что его брат – Кэйа, не такой… хотя нет, подождите, не хотелось бы, так сказать. Хотелось бы сказать, что его подруга – Джинн, не такая, но увы. Рыцарь Одуванчик хоть и трудилась на благо Монда, но все равно отделаться от Фатуи не могла, или не хотела. Конечно, хотелось бы верить в то, что ей не позволяли навыки дипломата послать их в… нет, не в бездну, там они слишком хорошо себя будут ощущать… в ромашковое поле. Все же, репутация Фатуи давно их опередила, оставалось только надеяться, что, хотя бы кто-то задумался над этими слухами.


«Прогулки» по ночному городу – стали важной традицией Дилюка. Каждую ночь, он отправлялся разобраться с врагами своего родного города, не редко спасая при этом жизни граждан, попавших в беду. Официально, Рагнвиндр прибыл в Мондштадт позднее, чем на самом деле. Юноша хотел с начала разобраться с угрозами, а уж потом думать, какие приёмы ему придётся проводить по случаю своего возвращения на родину. Отец всегда говорил: «делу время, а потехе час», подчёркивая, что нужно с начала переделать все важные дела, а уж потом, можно позволить себе немного передохнуть.
Тёмный Рассвет был готов к повышенному вниманию, к своей скромной персоне. Так сказать, был готов к тому, что все будут смотреть только на него, стоит ему «официально» переступить городские ворота. Однако, все обошлось. Многие даже не соизволили кинуть даже взгляда в сторону «Блудного сына Мондштадта». Некоторые люди встретили его взглядом, но подходить не стали, без остановочной что-то обсуждая между собой.
Уловив удивленный взгляд мастера Рагнвиндра, Аделинда прокомментировала: «если бы вы прибыли немного раньше, господин Дилюк, вы бы стали новостью «номер один», однако в нашем городе появился загадочный герой, и все обсуждают сейчас только его». Вот так вот воин сам у себя украл славу, чему был очень рад. Ещё с детства его обучали стойкости в подобных ситуациях, но легче всего «не упасть в грязь лицом», это вовсе не проходить через подобные испытания. Ответил Рагнвиндр лишь лёгкой улыбкой своей собеседнице и продолжил свой путь.


Рыцарь вернулся домой ближе к вечеру, разобравшись со своими делами. Оставалось не так много времени, прежде, чем он снова отправиться на охоту. Прием, который он по долгу статуса обязан провести, был запланирован на выходные, и приглашения были уже разосланы всем тем, кого Рагнвиндр был вынужден пригласить. Будь его воля, приём был бы сделан только для Джинн, или бы вовсе не приглашал никого.
– Войдите. – Поспешно произнес Дилюк, услышав стук в двери. По началу, рыцарь подумал, что скорее всего кто-то из его наёмных рабочих постучал в двери, и поздно понял, кого могло еще привести сюда этим вечером.

Отредактировано Diluc Ragnvindr (2022-07-07 20:49:22)

Подпись автора

https://forumupload.ru/uploads/001a/7b/c9/60/776649.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/7b/c9/60/656144.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/7b/c9/60/446637.jpg

+2

24


— SVEN —
[thai lakorn]
https://64.media.tumblr.com/87325acfb617b38b42bd790da0e8957f/6528dc0d6cee6a44-24/s400x600/ca5a1c42902d949be342275cdfb9305571a13ba7.gif
Than Thanakorn

— ОБЩЕЕ —
Жажду кроссовер, который мы заслужили. Искренне верю по упоротости представлений о мафии, что "Мафия: психи с пушками" и "КиннПорши" созданы, чтобы однажды пересечься на ежегодном мафиозном балу.
К тому же, будем честны, каждому уважающему себя касту нужен свой горячий мужик с катаной. Так что, дружище Свэн, рассказывать про тебя бессмысленно.
Ты где-то есть, я точно знаю, лучший на свете телохранитель, использующий катану вместо огнестрела! Твои показатели минимум двести из ста, потому что ты способен сбить с ног одним взглядом.
Тебе даже разговаривать для этого не надо.
Впрочем, вот как раз для этого тебе нельзя разговаривать.
Седлай тачку, хватай бывшую или настоящего, и приезжай. Давай зажжем на мафиозном балу 2022.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Честно говоря, мне почти все равно, какую линию ты выберешь - прошлое, настоящее, пост!канон. Я хочу кроссовер. Искренне считаю, что нам найдется о чем поболтать и куда вляпаться.
Если что, готов обеспечить сотней идей на упоротые приключения. От тебя нужны лишь желание играть, минимальная грамотность, чувство юмора - обязательно!

— ПОСТ —

Вегас не признает границ: в положении сына второй семьи есть неоспоримые преимущества — оправдывать дерьмовые ожидания слишком просто. С самого детства в нем видят лишь отпрыска тупиковой ветви — легко побеждать тех, кто тебя недооценивает. С пеленок его нарекли чудовищем, и это удобно — ему никогда не требовалось следовать нормам морали. Даже родной отец...

В жизни Вегаса действительно нет границ, но есть крепкая, непробиваемая стена. Ее размерам могла бы позавидовать Великая Китайская, да и скелетов в ней замуровано куда меньше, чем в той, о которую Вегас всю жизнь пытается не разбиться. Его отец — словно криво построенное ограждение тюрьмы для смертников: убогий кирпич, тонущий в свинцовых облаках, колючая проволока под вечным напряжением и слюни, капающие с клыков бешеных собак. Безнадега. Безнадега?

Именно эта стена долгие годы, — Вегас об этом даже не подозревал, — скрывает от него очевидные истины, которых так не хватает для комфортного существования. А может быть их выбивают из светлых мозгов кулаки, крепкие подошвы, неизменные каблуки, которые лишают ударами дыхания. Но лучше его, чем брата. Вегас не знает, почему не прекращает попытки взобраться, перевалить через острые зубья туда, в неизвестное. При полном отсутствии информации о территории за границами тюрьмы, есть шанс получить вместо награды за побег наказание. В такие минуты ему кажется, что даже смерть будет лучше его существования. В них его якорь — слепая любовь к брату, — служит настоящей удавкой.

Вегас улыбается. Иногда это сияющая маска, призванная соответствовать образу золотого ребенка. Иногда — волчий оскал. Или лучше сказать — шакалий? Настоящие хищники — основная семья. Они же всегда жрали ту падаль, которую им оставляли. Мысль, отдающая трупным смрадом, всегда отравляла его душевное равновесие. Зависть. Зависть?

Зависть. У нее кислый привкус ревности к отношениям сына и отца; послевкусие лайма и наркотического дурмана.

Вегас долгие годы верит, что стена, разбивающая жизнь и личность напополам, нерушима. Но уже больше недели он понимает, как сильно ошибался. Его встречи с отцом учащаются.

В первый раз он натыкается на трещину в камне где-то в дешевом мотеле на половине пути от Сонгкла в Наративат.

— Ты просто падаль, — у отца тяжелая рука.

Он всегда бьет по лицу. Раньше Вегасу кажется, что все дело в инстинктах, древних, как человеческая натура: унизить, оставить всем видную метку, заклеймить худшего сына. Но сегодня он понимает — все дело в том, что он мало похож на отца. Тонкие острые хищные черты лица достались ему от матери. Отец и правда метился не по нему. Он поднимал руку на мать?

Мысль мерзкая, как вкус дождевой воды в шторм: скрипит грязью на зубах, хранит все тот же аромат трупной гнили. А было ли все, что он знал, правдой? Когда он начал сомневаться?

Обычно, Вегас всерьез не огрызается. Он не боится — его навыки куда лучше, чем у половины лучших телохранителей отца. Но не у брата. Да, возможно, Вегас не так крут, как Порш, Кинн или Питт... Даже имя отдается в груди застарелой болью. В игры с вымещением ненависти к себе можно вдвоем играть.

У Вегаса не такая тяжелая рука, но остро отточенные навыки. Если его отец — как дубина, сжатая в крепких руках, то Вегас — это пуля. Метко, четко. Одного удара хватает, чтобы откинуть отца к стене. Это странно. Это дико. Это словно не он, не тот Вегас, который смотрит из зеркала каждый день.

— Да насрать. Я это получил от тебя. Я такой же как ты. Все, чему ты научил меня, — Вегас не кричит.

Ему не нравятся итальянские драмы. Сволочная вежливость дает куда лучшие результаты в любых ситуациях. Для того, чтобы выбесить и запугать, ему не надо использовать видимость дикости. Он сумасшедший. А сумасшедшим к лицу смокинг, очки и умная книга в руках.

— Проигрывать, — Вегас выплевывает это слово, тянет его по слогам. Впервые с момента, как позволил уйти Питу, он счастлив.

Это счастье граничит с безумием. Он снова и снова вспоминает простую истину, которая столько лет от него ускользает. Дело не в нем. Дело в том, что его отец — редчайший мудак.

— Что ты сказал? — опасно щурится отец.

Где-то за дверью ежатся от ужаса лучшие телохранители. Они хотели бы оглохнуть, ослепнуть. Оказаться от эпицентра неминуемой боли как можно дальше. Но внезапный штиль, устанавливающийся после грохота, их даже сильнее пугает. По лицу кхуна, который выходит минуту спустя, невозможно ничего прочитать. Только в мертвых глазах, в которые попадает бурая кровь из рассеченной брови, пугающая до ужаса ярость. Телохранители забывают, как дышать. Но Вегасу наплевать.
Пусть кожа болит от наливающихся синяков, и распухающая рука говорит о повреждении, которое стоит показать врачу, он торжествует. Это пока не победа. Не новая жизнь. Не шаг вперед. Это всего лишь первая трещина в давящей с детства стене. И за ней чудится кислород, а не адское пламя. Они с братом теперь обязательно будут в порядке.

Однажды. Когда Вегас решит пару мелких проблем. Одна из которых — найти способ вернуть себе то, что случайно сломал. Сломал до того, как осознал, какое сокровище ему чисто случайно досталось.
Но станет ли он возвращать?

Вегас ненавидит Наративат — редкостная дыра. Будь его воля, и деловых партнеров в этом месте у него не осталось бы. Но на лодках куда проще транспортировать оружие и наркотики, на которых построен весь бизнес его семьи. Именно поэтому он не собирается задерживаться в Наративате ни на день, ни на час, ни на секунду сверх необходимого. Встреча с новым партнером затягивается. Из-за подписанных спустя месяце переговоров бумаг Вегас выходит в ночь: время сумасшедших, влюбленных и местных карманников.

— Оставайся, — предлагает ему Пат.

Распорядитель семьи в этих местах всегда изображал к нему искреннее расположение. И пусть Вегас и раньше замечал, насколько улыбка не касается его глаз, только сейчас это начало вызывать у него отторжение. Раньше Вегас думал, что не заслужил другого. Разве это действительно изменилось?

— Ночь на дворе, — камуфлируя под заботу попытку выслужиться, добавляет Пат отечески.

«Эй, — думает Вегас, — ты старше меня на три года, один месяц и два дня. Этого для подобного поведения маловато, не находишь?»

Но вежливо улыбается. Раскланивается. Обещает быть осторожнее. И уходит, прикрываясь срочными делами.
Его план закрыт на ближайшие три месяца. Стараясь избавиться от щемящего чувства потери, Вегас мечется между делами, как раненная собака. Но все бесполезно. Его тянет в Крунгтеп с того самого момента, когда Порш выходит на связь.

— Мне нужна твоя помощь, — говорит ему Порш.

У мальчика все задатки иждивенки. Он очень быстро привыкает пользоваться Вегасом. Раньше это казалось милым. Сейчас — немного, самую малость, раздражает. Даже бесит. Но Вегас видит свой шанс, поэтому улыбается:

— У меня есть своя цена.

Он превышает все возможные скоростные ограничения по пути в столицу. Нет смысла торопится, но Вегасу кажется, что от этого зависит его жизнь.
Вегасу хочется убедить себя, что дело в привязанности к Поршу и бессмысленной надежде на взаимность. Но это неправда. Стоит прикрыть глаза, в тенях и убожестве появляется вовсе не смуглый любовник кузена. Гладкие мышцы, бледная кожа, следы усталости. Татуировка, которая гладит его против шерсти самим фактом своего существования.

Блядь.

Вегас верит, что о любви знает все. Верит, что он по-настоящему влюбляется в Порша. Он ни хрена не знает о своих чувствах до прошлой недели. И это его раздражает. Вегасу хочется убивать.
Вегас не может позволить себе убивать. Впервые в жизни он думает, что если немного — хоть немного — исправится, возможно, он получит свой шанс починить то, что сломал.
Гадство.

— Я не знаю ничего об этой фотографии, — говорит Вегас Поршу. — Но я знаю того, кто может помочь. Но у меня есть своя цена. Тебе решать.

Эта цена неподъемная. Все еще видящий в Порше что-то светлое, Вегас думает — тот откажется. Не даст ни шанса. Когда Порш соглашается, Вегас чувствует бешенство. Впервые за долгое время ему хочется вмазать по смазливой мордашке женушки кузена. Но он сдерживается, как бы не хотелось орать: «он так защищал вас, а ты так просто решился его продать?!»

В конечном итоге Вегас сам занижает цену. Он уверен, Порш согласился бы притащить Пита и в загородный дом, а может и наручниками сковать. Но просит лишь устроить им с Питом встречу у бара. Это не безопасно. Здесь полно людей основной семьи, а у них много поводов смерти Вегасу желать. К тому же, нет причин верить, что Порш не разводит его, чтобы на блюдечке, обвязанного бантиком, на десерт муженьку поймать.
Но в отблесках таблички «The Root» не ощерившиеся оружием телохранители Кинна. Сердце заходится. Дергается и ноет палец, выдавая, что эмоции выходят из-под контроля. А глаза начинает щипать.

Пит бледнее, чем в те времена, когда следует за ним по пятам. Он выглядит уставшим, разбитым. Копией того себя, который исподволь — эти воспоминания приходят слишком поздно, а осознание их значения — неприлично запаздывают, — всегда заботился о непутевом отпрыске второй семьи.
В руках у Пита пачка сигарет. И Вегас хотел бы верить, что он действительно вышел, потому что в организме нехватка никотина. Но ему кажется, что Пит просто пытался сбежать.
В свете неона и уличных фонарей он выглядит угловато, гротескно — словно сошедшим с дорогой картины. Он хлопает себя по карманам. Знакомый жест. Но его зажигалка осталась в чужих руках, из которых сам он сбежал.
Пальцы немного дрожат, когда Вегас вытаскивает простенькую зажигалку с памятной гравировкой и предлагает Питу огня.

Вместо благодарности, — закономерно, чего еще монстру ждать? — получает лишь слепое дуло, направленное в грудь.
В столице жара. И металл не холодный — он обжигает через слои ткани. Или все дело во взгляде, в котором смешались болезненная паника, усталость и затравленность.
Пит совсем не похож на того, кто смеялся в лицо угрозам. Кто до последнего сопротивлялся. Вегас так долго старался его поломать. Поломал. Доволен, блядь?

Вегас делает шаг вперед, приближается. Они уже это проходили. Ему ничего не стоит выбить пистолет из руки. Вряд ли сил Пита хватит сопротивляться. Их странная связь честнее, чем все, что когда-то было в жизни у Вегаса. Пит мог ненавидеть его. Пит наверняка ненавидел его. И в то же время он оставался единственным в этом огромном мире, кто на деле о Вегасе позаботился.

Вегас никогда не хотел убивать Пита. И сейчас верил — это честно, острое, на изломе — взаимно.

— Если это поможет, стреляй. Пит, извини. Слышишь. Извини меня. Если это может хоть что-то исправить, — Вегас сжимает пальцами его запястье, поднимает руку.

Под его рубашкой — бронежилет. Он только вернулся из Наративата, где добрая треть населения с радостью согласилась бы старшего сына второй семьи убрать. Не за деньги, о, нет, они сами бы доплатили за такой заказ. Если Пит действительно хочет убить его, если это поможет его собрать из осколков, на которые Вегас разбил — бессмысленно в грудь стрелять.
Он поднимает руку так, что дуло упирается в лоб. Близко. Остро. Глаза в глаза.

— Мне сделать еще шаг? — спрашивает Вегас — тихо, сипло.

Может, так будет лучше. Глядя в глаза, Вегас чувствует себя максимально гадко. Он никогда не причиняет боль тем, кого любит. Это — правило, на котором теплятся остатки изломанной психики. И вместе с тем, даже осознав природу больной привязанности, он делает вещь, которая гаже всего, что произошло в убежище семьи.
Он покупает Пита у лучшего друга. Кто он, если не последний мудак, если подумать?

— Я не уйду. Не в этот раз. Стреляй.

Отредактировано Vegas (2022-07-22 21:03:52)

+2

25


— INTENSO —
[thai lakorn]
https://64.media.tumblr.com/a9eb7071d54719a290d86b25b2cfd804/40970a8a20a08332-e0/s400x600/bea1d1c60d86b1da4919508a03880a5a1cfb45dd.gif
Pollapakk Vacharaponghiran

— ОБЩЕЕ —
Жажду кроссовер, который мы заслужили. Искренне верю по упоротости представлений о мафии, что "Мафия: психи с пушками" и "КиннПорши" созданы, чтобы однажды пересечься на ежегодном мафиозном балу.
Псих вызывает бешенного. Псих вызывает бешенного. Интенсо, прием, прием. Тут бесплатную краску для волос подвезли! Целый вагон, исключительно для тебя.
Чувак, мы обязаны с тобой пересечься на мафиозном тимбилдинге. Нам есть о чем поболтать. За стаканчиком виски самое то поплакаться, что людишки, мать их за ногу, имеют тенденцию в самый неожиданный момент помирать - никакого уважения к пытающему. Что главы семей не умеют подыхать, честное слово. Ушел - уходи, нет же, нет же. Про неразделенную и не очень любовь (и не очень тоже).
Да в конце-то концов, мы обязаны с тобой создать профсоюз, защищающий права экспертов в допросах!
Бери за шкирку Свэна, седлай его или его тачку и едь уже на мой зов. Давай зажжем на мафиозном балу 2022.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Здесь мне тоже все равно, какую линию ты выберешь - прошлое, настоящее, пост!канон. Я хочу этот кроссовер. Это же не кроссовер, а сказка. Искренне считаю, что нам найдется о чем поболтать и куда вляпаться.
И тебя готов обеспечить сотней идей на упоротые приключения. От тебя нужны также желание играть, минимальная грамотность, чувство юмора - обязательно!

— ПОСТ —

Вегас не признает границ: в положении сына второй семьи есть неоспоримые преимущества — оправдывать дерьмовые ожидания слишком просто. С самого детства в нем видят лишь отпрыска тупиковой ветви — легко побеждать тех, кто тебя недооценивает. С пеленок его нарекли чудовищем, и это удобно — ему никогда не требовалось следовать нормам морали. Даже родной отец...

В жизни Вегаса действительно нет границ, но есть крепкая, непробиваемая стена. Ее размерам могла бы позавидовать Великая Китайская, да и скелетов в ней замуровано куда меньше, чем в той, о которую Вегас всю жизнь пытается не разбиться. Его отец — словно криво построенное ограждение тюрьмы для смертников: убогий кирпич, тонущий в свинцовых облаках, колючая проволока под вечным напряжением и слюни, капающие с клыков бешеных собак. Безнадега. Безнадега?

Именно эта стена долгие годы, — Вегас об этом даже не подозревал, — скрывает от него очевидные истины, которых так не хватает для комфортного существования. А может быть их выбивают из светлых мозгов кулаки, крепкие подошвы, неизменные каблуки, которые лишают ударами дыхания. Но лучше его, чем брата. Вегас не знает, почему не прекращает попытки взобраться, перевалить через острые зубья туда, в неизвестное. При полном отсутствии информации о территории за границами тюрьмы, есть шанс получить вместо награды за побег наказание. В такие минуты ему кажется, что даже смерть будет лучше его существования. В них его якорь — слепая любовь к брату, — служит настоящей удавкой.

Вегас улыбается. Иногда это сияющая маска, призванная соответствовать образу золотого ребенка. Иногда — волчий оскал. Или лучше сказать — шакалий? Настоящие хищники — основная семья. Они же всегда жрали ту падаль, которую им оставляли. Мысль, отдающая трупным смрадом, всегда отравляла его душевное равновесие. Зависть. Зависть?

Зависть. У нее кислый привкус ревности к отношениям сына и отца; послевкусие лайма и наркотического дурмана.

Вегас долгие годы верит, что стена, разбивающая жизнь и личность напополам, нерушима. Но уже больше недели он понимает, как сильно ошибался. Его встречи с отцом учащаются.

В первый раз он натыкается на трещину в камне где-то в дешевом мотеле на половине пути от Сонгкла в Наративат.

— Ты просто падаль, — у отца тяжелая рука.

Он всегда бьет по лицу. Раньше Вегасу кажется, что все дело в инстинктах, древних, как человеческая натура: унизить, оставить всем видную метку, заклеймить худшего сына. Но сегодня он понимает — все дело в том, что он мало похож на отца. Тонкие острые хищные черты лица достались ему от матери. Отец и правда метился не по нему. Он поднимал руку на мать?

Мысль мерзкая, как вкус дождевой воды в шторм: скрипит грязью на зубах, хранит все тот же аромат трупной гнили. А было ли все, что он знал, правдой? Когда он начал сомневаться?

Обычно, Вегас всерьез не огрызается. Он не боится — его навыки куда лучше, чем у половины лучших телохранителей отца. Но не у брата. Да, возможно, Вегас не так крут, как Порш, Кинн или Питт... Даже имя отдается в груди застарелой болью. В игры с вымещением ненависти к себе можно вдвоем играть.

У Вегаса не такая тяжелая рука, но остро отточенные навыки. Если его отец — как дубина, сжатая в крепких руках, то Вегас — это пуля. Метко, четко. Одного удара хватает, чтобы откинуть отца к стене. Это странно. Это дико. Это словно не он, не тот Вегас, который смотрит из зеркала каждый день.

— Да насрать. Я это получил от тебя. Я такой же как ты. Все, чему ты научил меня, — Вегас не кричит.

Ему не нравятся итальянские драмы. Сволочная вежливость дает куда лучшие результаты в любых ситуациях. Для того, чтобы выбесить и запугать, ему не надо использовать видимость дикости. Он сумасшедший. А сумасшедшим к лицу смокинг, очки и умная книга в руках.

— Проигрывать, — Вегас выплевывает это слово, тянет его по слогам. Впервые с момента, как позволил уйти Питу, он счастлив.

Это счастье граничит с безумием. Он снова и снова вспоминает простую истину, которая столько лет от него ускользает. Дело не в нем. Дело в том, что его отец — редчайший мудак.

— Что ты сказал? — опасно щурится отец.

Где-то за дверью ежатся от ужаса лучшие телохранители. Они хотели бы оглохнуть, ослепнуть. Оказаться от эпицентра неминуемой боли как можно дальше. Но внезапный штиль, устанавливающийся после грохота, их даже сильнее пугает. По лицу кхуна, который выходит минуту спустя, невозможно ничего прочитать. Только в мертвых глазах, в которые попадает бурая кровь из рассеченной брови, пугающая до ужаса ярость. Телохранители забывают, как дышать. Но Вегасу наплевать.
Пусть кожа болит от наливающихся синяков, и распухающая рука говорит о повреждении, которое стоит показать врачу, он торжествует. Это пока не победа. Не новая жизнь. Не шаг вперед. Это всего лишь первая трещина в давящей с детства стене. И за ней чудится кислород, а не адское пламя. Они с братом теперь обязательно будут в порядке.

Однажды. Когда Вегас решит пару мелких проблем. Одна из которых — найти способ вернуть себе то, что случайно сломал. Сломал до того, как осознал, какое сокровище ему чисто случайно досталось.
Но станет ли он возвращать?

Вегас ненавидит Наративат — редкостная дыра. Будь его воля, и деловых партнеров в этом месте у него не осталось бы. Но на лодках куда проще транспортировать оружие и наркотики, на которых построен весь бизнес его семьи. Именно поэтому он не собирается задерживаться в Наративате ни на день, ни на час, ни на секунду сверх необходимого. Встреча с новым партнером затягивается. Из-за подписанных спустя месяце переговоров бумаг Вегас выходит в ночь: время сумасшедших, влюбленных и местных карманников.

— Оставайся, — предлагает ему Пат.

Распорядитель семьи в этих местах всегда изображал к нему искреннее расположение. И пусть Вегас и раньше замечал, насколько улыбка не касается его глаз, только сейчас это начало вызывать у него отторжение. Раньше Вегас думал, что не заслужил другого. Разве это действительно изменилось?

— Ночь на дворе, — камуфлируя под заботу попытку выслужиться, добавляет Пат отечески.

«Эй, — думает Вегас, — ты старше меня на три года, один месяц и два дня. Этого для подобного поведения маловато, не находишь?»

Но вежливо улыбается. Раскланивается. Обещает быть осторожнее. И уходит, прикрываясь срочными делами.
Его план закрыт на ближайшие три месяца. Стараясь избавиться от щемящего чувства потери, Вегас мечется между делами, как раненная собака. Но все бесполезно. Его тянет в Крунгтеп с того самого момента, когда Порш выходит на связь.

— Мне нужна твоя помощь, — говорит ему Порш.

У мальчика все задатки иждивенки. Он очень быстро привыкает пользоваться Вегасом. Раньше это казалось милым. Сейчас — немного, самую малость, раздражает. Даже бесит. Но Вегас видит свой шанс, поэтому улыбается:

— У меня есть своя цена.

Он превышает все возможные скоростные ограничения по пути в столицу. Нет смысла торопится, но Вегасу кажется, что от этого зависит его жизнь.
Вегасу хочется убедить себя, что дело в привязанности к Поршу и бессмысленной надежде на взаимность. Но это неправда. Стоит прикрыть глаза, в тенях и убожестве появляется вовсе не смуглый любовник кузена. Гладкие мышцы, бледная кожа, следы усталости. Татуировка, которая гладит его против шерсти самим фактом своего существования.

Блядь.

Вегас верит, что о любви знает все. Верит, что он по-настоящему влюбляется в Порша. Он ни хрена не знает о своих чувствах до прошлой недели. И это его раздражает. Вегасу хочется убивать.
Вегас не может позволить себе убивать. Впервые в жизни он думает, что если немного — хоть немного — исправится, возможно, он получит свой шанс починить то, что сломал.
Гадство.

— Я не знаю ничего об этой фотографии, — говорит Вегас Поршу. — Но я знаю того, кто может помочь. Но у меня есть своя цена. Тебе решать.

Эта цена неподъемная. Все еще видящий в Порше что-то светлое, Вегас думает — тот откажется. Не даст ни шанса. Когда Порш соглашается, Вегас чувствует бешенство. Впервые за долгое время ему хочется вмазать по смазливой мордашке женушки кузена. Но он сдерживается, как бы не хотелось орать: «он так защищал вас, а ты так просто решился его продать?!»

В конечном итоге Вегас сам занижает цену. Он уверен, Порш согласился бы притащить Пита и в загородный дом, а может и наручниками сковать. Но просит лишь устроить им с Питом встречу у бара. Это не безопасно. Здесь полно людей основной семьи, а у них много поводов смерти Вегасу желать. К тому же, нет причин верить, что Порш не разводит его, чтобы на блюдечке, обвязанного бантиком, на десерт муженьку поймать.
Но в отблесках таблички «The Root» не ощерившиеся оружием телохранители Кинна. Сердце заходится. Дергается и ноет палец, выдавая, что эмоции выходят из-под контроля. А глаза начинает щипать.

Пит бледнее, чем в те времена, когда следует за ним по пятам. Он выглядит уставшим, разбитым. Копией того себя, который исподволь — эти воспоминания приходят слишком поздно, а осознание их значения — неприлично запаздывают, — всегда заботился о непутевом отпрыске второй семьи.
В руках у Пита пачка сигарет. И Вегас хотел бы верить, что он действительно вышел, потому что в организме нехватка никотина. Но ему кажется, что Пит просто пытался сбежать.
В свете неона и уличных фонарей он выглядит угловато, гротескно — словно сошедшим с дорогой картины. Он хлопает себя по карманам. Знакомый жест. Но его зажигалка осталась в чужих руках, из которых сам он сбежал.
Пальцы немного дрожат, когда Вегас вытаскивает простенькую зажигалку с памятной гравировкой и предлагает Питу огня.

Вместо благодарности, — закономерно, чего еще монстру ждать? — получает лишь слепое дуло, направленное в грудь.
В столице жара. И металл не холодный — он обжигает через слои ткани. Или все дело во взгляде, в котором смешались болезненная паника, усталость и затравленность.
Пит совсем не похож на того, кто смеялся в лицо угрозам. Кто до последнего сопротивлялся. Вегас так долго старался его поломать. Поломал. Доволен, блядь?

Вегас делает шаг вперед, приближается. Они уже это проходили. Ему ничего не стоит выбить пистолет из руки. Вряд ли сил Пита хватит сопротивляться. Их странная связь честнее, чем все, что когда-то было в жизни у Вегаса. Пит мог ненавидеть его. Пит наверняка ненавидел его. И в то же время он оставался единственным в этом огромном мире, кто на деле о Вегасе позаботился.

Вегас никогда не хотел убивать Пита. И сейчас верил — это честно, острое, на изломе — взаимно.

— Если это поможет, стреляй. Пит, извини. Слышишь. Извини меня. Если это может хоть что-то исправить, — Вегас сжимает пальцами его запястье, поднимает руку.

Под его рубашкой — бронежилет. Он только вернулся из Наративата, где добрая треть населения с радостью согласилась бы старшего сына второй семьи убрать. Не за деньги, о, нет, они сами бы доплатили за такой заказ. Если Пит действительно хочет убить его, если это поможет его собрать из осколков, на которые Вегас разбил — бессмысленно в грудь стрелять.
Он поднимает руку так, что дуло упирается в лоб. Близко. Остро. Глаза в глаза.

— Мне сделать еще шаг? — спрашивает Вегас — тихо, сипло.

Может, так будет лучше. Глядя в глаза, Вегас чувствует себя максимально гадко. Он никогда не причиняет боль тем, кого любит. Это — правило, на котором теплятся остатки изломанной психики. И вместе с тем, даже осознав природу больной привязанности, он делает вещь, которая гаже всего, что произошло в убежище семьи.
Он покупает Пита у лучшего друга. Кто он, если не последний мудак, если подумать?

— Я не уйду. Не в этот раз. Стреляй.

Отредактировано Vegas (2022-07-22 21:13:59)

+2

26


— CHEN —
[thai lakorn]
https://64.media.tumblr.com/55a728446bd6161f44e2a140072ceba5/92793212d208417d-35/s400x600/464a505d9a0299025a5b00cabd41f1604916a2f6.gif
Lee Thanat Lowkhunsombat

— ОБЩЕЕ —
Еще один кроссовер, который мы заслужили. Чен, признайся, ты ждал его все долгие годы тренировок в Шаолине.
Твои мечты сбылись, брат. Ты и двое из ларца одинаковых с лица нашли владельца бара своей мечты. Крышевать не перекрышевать. Нет-нет, я перед тобой танцевать не буду. В моем баре вообще вряд ли кто-то будет перед тобой танцевать - ты наш светлый лучик надежды, последний чистый оплот гетеросексуальности! (Но, как это часто бывает, это неточно).
И вместе с тем только ты, брат, лишь ты с твоими навыками родом из Шаолиня достоин меня крышевать! Я все сказал.
Так как ты, по ощущениям, в Шаолине на тачку не заработал, обещаю подбросить тебя на своей на мафиозный бал 2022.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Я сомневаюсь, что ты найдешься, любитель отборной наркоты травы родом из Тая. Но если ты существуешь, я готов с тобой поджечь все окрестные конопляные поля и отрываться, словно завтра конец света. 
От тебя нужны желание играть, минимальная грамотность, чувство юмора - обязательно!

— ПОСТ —

Вегас не признает границ: в положении сына второй семьи есть неоспоримые преимущества — оправдывать дерьмовые ожидания слишком просто. С самого детства в нем видят лишь отпрыска тупиковой ветви — легко побеждать тех, кто тебя недооценивает. С пеленок его нарекли чудовищем, и это удобно — ему никогда не требовалось следовать нормам морали. Даже родной отец...

В жизни Вегаса действительно нет границ, но есть крепкая, непробиваемая стена. Ее размерам могла бы позавидовать Великая Китайская, да и скелетов в ней замуровано куда меньше, чем в той, о которую Вегас всю жизнь пытается не разбиться. Его отец — словно криво построенное ограждение тюрьмы для смертников: убогий кирпич, тонущий в свинцовых облаках, колючая проволока под вечным напряжением и слюни, капающие с клыков бешеных собак. Безнадега. Безнадега?

Именно эта стена долгие годы, — Вегас об этом даже не подозревал, — скрывает от него очевидные истины, которых так не хватает для комфортного существования. А может быть их выбивают из светлых мозгов кулаки, крепкие подошвы, неизменные каблуки, которые лишают ударами дыхания. Но лучше его, чем брата. Вегас не знает, почему не прекращает попытки взобраться, перевалить через острые зубья туда, в неизвестное. При полном отсутствии информации о территории за границами тюрьмы, есть шанс получить вместо награды за побег наказание. В такие минуты ему кажется, что даже смерть будет лучше его существования. В них его якорь — слепая любовь к брату, — служит настоящей удавкой.

Вегас улыбается. Иногда это сияющая маска, призванная соответствовать образу золотого ребенка. Иногда — волчий оскал. Или лучше сказать — шакалий? Настоящие хищники — основная семья. Они же всегда жрали ту падаль, которую им оставляли. Мысль, отдающая трупным смрадом, всегда отравляла его душевное равновесие. Зависть. Зависть?

Зависть. У нее кислый привкус ревности к отношениям сына и отца; послевкусие лайма и наркотического дурмана.

Вегас долгие годы верит, что стена, разбивающая жизнь и личность напополам, нерушима. Но уже больше недели он понимает, как сильно ошибался. Его встречи с отцом учащаются.

В первый раз он натыкается на трещину в камне где-то в дешевом мотеле на половине пути от Сонгкла в Наративат.

— Ты просто падаль, — у отца тяжелая рука.

Он всегда бьет по лицу. Раньше Вегасу кажется, что все дело в инстинктах, древних, как человеческая натура: унизить, оставить всем видную метку, заклеймить худшего сына. Но сегодня он понимает — все дело в том, что он мало похож на отца. Тонкие острые хищные черты лица достались ему от матери. Отец и правда метился не по нему. Он поднимал руку на мать?

Мысль мерзкая, как вкус дождевой воды в шторм: скрипит грязью на зубах, хранит все тот же аромат трупной гнили. А было ли все, что он знал, правдой? Когда он начал сомневаться?

Обычно, Вегас всерьез не огрызается. Он не боится — его навыки куда лучше, чем у половины лучших телохранителей отца. Но не у брата. Да, возможно, Вегас не так крут, как Порш, Кинн или Питт... Даже имя отдается в груди застарелой болью. В игры с вымещением ненависти к себе можно вдвоем играть.

У Вегаса не такая тяжелая рука, но остро отточенные навыки. Если его отец — как дубина, сжатая в крепких руках, то Вегас — это пуля. Метко, четко. Одного удара хватает, чтобы откинуть отца к стене. Это странно. Это дико. Это словно не он, не тот Вегас, который смотрит из зеркала каждый день.

— Да насрать. Я это получил от тебя. Я такой же как ты. Все, чему ты научил меня, — Вегас не кричит.

Ему не нравятся итальянские драмы. Сволочная вежливость дает куда лучшие результаты в любых ситуациях. Для того, чтобы выбесить и запугать, ему не надо использовать видимость дикости. Он сумасшедший. А сумасшедшим к лицу смокинг, очки и умная книга в руках.

— Проигрывать, — Вегас выплевывает это слово, тянет его по слогам. Впервые с момента, как позволил уйти Питу, он счастлив.

Это счастье граничит с безумием. Он снова и снова вспоминает простую истину, которая столько лет от него ускользает. Дело не в нем. Дело в том, что его отец — редчайший мудак.

— Что ты сказал? — опасно щурится отец.

Где-то за дверью ежатся от ужаса лучшие телохранители. Они хотели бы оглохнуть, ослепнуть. Оказаться от эпицентра неминуемой боли как можно дальше. Но внезапный штиль, устанавливающийся после грохота, их даже сильнее пугает. По лицу кхуна, который выходит минуту спустя, невозможно ничего прочитать. Только в мертвых глазах, в которые попадает бурая кровь из рассеченной брови, пугающая до ужаса ярость. Телохранители забывают, как дышать. Но Вегасу наплевать.
Пусть кожа болит от наливающихся синяков, и распухающая рука говорит о повреждении, которое стоит показать врачу, он торжествует. Это пока не победа. Не новая жизнь. Не шаг вперед. Это всего лишь первая трещина в давящей с детства стене. И за ней чудится кислород, а не адское пламя. Они с братом теперь обязательно будут в порядке.

Однажды. Когда Вегас решит пару мелких проблем. Одна из которых — найти способ вернуть себе то, что случайно сломал. Сломал до того, как осознал, какое сокровище ему чисто случайно досталось.
Но станет ли он возвращать?

Вегас ненавидит Наративат — редкостная дыра. Будь его воля, и деловых партнеров в этом месте у него не осталось бы. Но на лодках куда проще транспортировать оружие и наркотики, на которых построен весь бизнес его семьи. Именно поэтому он не собирается задерживаться в Наративате ни на день, ни на час, ни на секунду сверх необходимого. Встреча с новым партнером затягивается. Из-за подписанных спустя месяце переговоров бумаг Вегас выходит в ночь: время сумасшедших, влюбленных и местных карманников.

— Оставайся, — предлагает ему Пат.

Распорядитель семьи в этих местах всегда изображал к нему искреннее расположение. И пусть Вегас и раньше замечал, насколько улыбка не касается его глаз, только сейчас это начало вызывать у него отторжение. Раньше Вегас думал, что не заслужил другого. Разве это действительно изменилось?

— Ночь на дворе, — камуфлируя под заботу попытку выслужиться, добавляет Пат отечески.

«Эй, — думает Вегас, — ты старше меня на три года, один месяц и два дня. Этого для подобного поведения маловато, не находишь?»

Но вежливо улыбается. Раскланивается. Обещает быть осторожнее. И уходит, прикрываясь срочными делами.
Его план закрыт на ближайшие три месяца. Стараясь избавиться от щемящего чувства потери, Вегас мечется между делами, как раненная собака. Но все бесполезно. Его тянет в Крунгтеп с того самого момента, когда Порш выходит на связь.

— Мне нужна твоя помощь, — говорит ему Порш.

У мальчика все задатки иждивенки. Он очень быстро привыкает пользоваться Вегасом. Раньше это казалось милым. Сейчас — немного, самую малость, раздражает. Даже бесит. Но Вегас видит свой шанс, поэтому улыбается:

— У меня есть своя цена.

Он превышает все возможные скоростные ограничения по пути в столицу. Нет смысла торопится, но Вегасу кажется, что от этого зависит его жизнь.
Вегасу хочется убедить себя, что дело в привязанности к Поршу и бессмысленной надежде на взаимность. Но это неправда. Стоит прикрыть глаза, в тенях и убожестве появляется вовсе не смуглый любовник кузена. Гладкие мышцы, бледная кожа, следы усталости. Татуировка, которая гладит его против шерсти самим фактом своего существования.

Блядь.

Вегас верит, что о любви знает все. Верит, что он по-настоящему влюбляется в Порша. Он ни хрена не знает о своих чувствах до прошлой недели. И это его раздражает. Вегасу хочется убивать.
Вегас не может позволить себе убивать. Впервые в жизни он думает, что если немного — хоть немного — исправится, возможно, он получит свой шанс починить то, что сломал.
Гадство.

— Я не знаю ничего об этой фотографии, — говорит Вегас Поршу. — Но я знаю того, кто может помочь. Но у меня есть своя цена. Тебе решать.

Эта цена неподъемная. Все еще видящий в Порше что-то светлое, Вегас думает — тот откажется. Не даст ни шанса. Когда Порш соглашается, Вегас чувствует бешенство. Впервые за долгое время ему хочется вмазать по смазливой мордашке женушки кузена. Но он сдерживается, как бы не хотелось орать: «он так защищал вас, а ты так просто решился его продать?!»

В конечном итоге Вегас сам занижает цену. Он уверен, Порш согласился бы притащить Пита и в загородный дом, а может и наручниками сковать. Но просит лишь устроить им с Питом встречу у бара. Это не безопасно. Здесь полно людей основной семьи, а у них много поводов смерти Вегасу желать. К тому же, нет причин верить, что Порш не разводит его, чтобы на блюдечке, обвязанного бантиком, на десерт муженьку поймать.
Но в отблесках таблички «The Root» не ощерившиеся оружием телохранители Кинна. Сердце заходится. Дергается и ноет палец, выдавая, что эмоции выходят из-под контроля. А глаза начинает щипать.

Пит бледнее, чем в те времена, когда следует за ним по пятам. Он выглядит уставшим, разбитым. Копией того себя, который исподволь — эти воспоминания приходят слишком поздно, а осознание их значения — неприлично запаздывают, — всегда заботился о непутевом отпрыске второй семьи.
В руках у Пита пачка сигарет. И Вегас хотел бы верить, что он действительно вышел, потому что в организме нехватка никотина. Но ему кажется, что Пит просто пытался сбежать.
В свете неона и уличных фонарей он выглядит угловато, гротескно — словно сошедшим с дорогой картины. Он хлопает себя по карманам. Знакомый жест. Но его зажигалка осталась в чужих руках, из которых сам он сбежал.
Пальцы немного дрожат, когда Вегас вытаскивает простенькую зажигалку с памятной гравировкой и предлагает Питу огня.

Вместо благодарности, — закономерно, чего еще монстру ждать? — получает лишь слепое дуло, направленное в грудь.
В столице жара. И металл не холодный — он обжигает через слои ткани. Или все дело во взгляде, в котором смешались болезненная паника, усталость и затравленность.
Пит совсем не похож на того, кто смеялся в лицо угрозам. Кто до последнего сопротивлялся. Вегас так долго старался его поломать. Поломал. Доволен, блядь?

Вегас делает шаг вперед, приближается. Они уже это проходили. Ему ничего не стоит выбить пистолет из руки. Вряд ли сил Пита хватит сопротивляться. Их странная связь честнее, чем все, что когда-то было в жизни у Вегаса. Пит мог ненавидеть его. Пит наверняка ненавидел его. И в то же время он оставался единственным в этом огромном мире, кто на деле о Вегасе позаботился.

Вегас никогда не хотел убивать Пита. И сейчас верил — это честно, острое, на изломе — взаимно.

— Если это поможет, стреляй. Пит, извини. Слышишь. Извини меня. Если это может хоть что-то исправить, — Вегас сжимает пальцами его запястье, поднимает руку.

Под его рубашкой — бронежилет. Он только вернулся из Наративата, где добрая треть населения с радостью согласилась бы старшего сына второй семьи убрать. Не за деньги, о, нет, они сами бы доплатили за такой заказ. Если Пит действительно хочет убить его, если это поможет его собрать из осколков, на которые Вегас разбил — бессмысленно в грудь стрелять.
Он поднимает руку так, что дуло упирается в лоб. Близко. Остро. Глаза в глаза.

— Мне сделать еще шаг? — спрашивает Вегас — тихо, сипло.

Может, так будет лучше. Глядя в глаза, Вегас чувствует себя максимально гадко. Он никогда не причиняет боль тем, кого любит. Это — правило, на котором теплятся остатки изломанной психики. И вместе с тем, даже осознав природу больной привязанности, он делает вещь, которая гаже всего, что произошло в убежище семьи.
Он покупает Пита у лучшего друга. Кто он, если не последний мудак, если подумать?

— Я не уйду. Не в этот раз. Стреляй.

Отредактировано Vegas (2022-07-22 21:27:42)

+3

27


— MACAU THEERAPANYAKUL —
kinnporsche
https://i.ibb.co/v41yj5g/tumblr-62cd673f9b84737e20ca68e540df1ff9-6ff04109-400-1.gif https://i.ibb.co/Mf028JW/tumblr-3878ba2b5a0e558d39ee1d3eca2987f5-b5e94fad-400-2.gif
Ta Nannakun Pakapatpornpob

— ОБЩЕЕ —
Разыскивается лучший, самый любимый и светлый младший брат на свете.
До появления Пита ты был моей единственной семьей. Твое место в сердце никто никогда не займет.
Я никогда не питал иллюзий в отношении нашего отца. С матерью я провел на несколько лет больше тебя и лучше помню, что она всегда была несчастна. Так вышло, что ты стал моей единственной отдушиной в этом блядском мире. Возможно, мои чувства такие же больные, как вся наша семья: я излишне тебя опекаю, и это не пошло тебе на пользу. Но вместе с тем это все, что я умею. Поэтому так само получилось, что я - твоя мать, твоя защита от отца, твой старший. И во многом благодаря этому твоя жизнь куда лучше, чем могла бы. Чем моя.
Тебя не касаются дела мафии. Ты пока обычный школьник, который думает преимущественно о поступлении.
Я делаю все возможное, чтобы ты не узнал о том, какая за это мирное счастье мной заплачена цена. И я верю, что ты не догадываешься. Но так ли это, брат?

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Приходи, бро. Давай построим свой пост!канонный мир с Блэк Джеком и шлюхами. Для вас с Питом я сделаю все и чуть больше. Найдем тебе школьную футбольную команду. Депрессию вылечим. Доктора у Кхуна отобьем и тебе отдадим. Весь мир для одного тебя. И игра с братом - тоже.
Требований у меня очень мало. Пожалуйста, пиши хотя бы пост в месяц для брата. Пожалуйста, дай мне окунуться в нашу историю до новеллы \ лакорна. Будь моей тихой гаванью.
Чувство юмора в игре со мной желательно, потому что ничего святого у этого проклятого Вегаса. Минимальная грамотность - желаема. Сюжетами, идеями, хэдканонами обеспечу слихвой.

— ПОСТ —

Вегас не признает границ: в положении сына второй семьи есть неоспоримые преимущества — оправдывать дерьмовые ожидания слишком просто. С самого детства в нем видят лишь отпрыска тупиковой ветви — легко побеждать тех, кто тебя недооценивает. С пеленок его нарекли чудовищем, и это удобно — ему никогда не требовалось следовать нормам морали. Даже родной отец...

В жизни Вегаса действительно нет границ, но есть крепкая, непробиваемая стена. Ее размерам могла бы позавидовать Великая Китайская, да и скелетов в ней замуровано куда меньше, чем в той, о которую Вегас всю жизнь пытается не разбиться. Его отец — словно криво построенное ограждение тюрьмы для смертников: убогий кирпич, тонущий в свинцовых облаках, колючая проволока под вечным напряжением и слюни, капающие с клыков бешеных собак. Безнадега. Безнадега?

Именно эта стена долгие годы, — Вегас об этом даже не подозревал, — скрывает от него очевидные истины, которых так не хватает для комфортного существования. А может быть их выбивают из светлых мозгов кулаки, крепкие подошвы, неизменные каблуки, которые лишают ударами дыхания. Но лучше его, чем брата. Вегас не знает, почему не прекращает попытки взобраться, перевалить через острые зубья туда, в неизвестное. При полном отсутствии информации о территории за границами тюрьмы, есть шанс получить вместо награды за побег наказание. В такие минуты ему кажется, что даже смерть будет лучше его существования. В них его якорь — слепая любовь к брату, — служит настоящей удавкой.

Вегас улыбается. Иногда это сияющая маска, призванная соответствовать образу золотого ребенка. Иногда — волчий оскал. Или лучше сказать — шакалий? Настоящие хищники — основная семья. Они же всегда жрали ту падаль, которую им оставляли. Мысль, отдающая трупным смрадом, всегда отравляла его душевное равновесие. Зависть. Зависть?

Зависть. У нее кислый привкус ревности к отношениям сына и отца; послевкусие лайма и наркотического дурмана.

Вегас долгие годы верит, что стена, разбивающая жизнь и личность напополам, нерушима. Но уже больше недели он понимает, как сильно ошибался. Его встречи с отцом учащаются.

В первый раз он натыкается на трещину в камне где-то в дешевом мотеле на половине пути от Сонгкла в Наративат.

— Ты просто падаль, — у отца тяжелая рука.

Он всегда бьет по лицу. Раньше Вегасу кажется, что все дело в инстинктах, древних, как человеческая натура: унизить, оставить всем видную метку, заклеймить худшего сына. Но сегодня он понимает — все дело в том, что он мало похож на отца. Тонкие острые хищные черты лица достались ему от матери. Отец и правда метился не по нему. Он поднимал руку на мать?

Мысль мерзкая, как вкус дождевой воды в шторм: скрипит грязью на зубах, хранит все тот же аромат трупной гнили. А было ли все, что он знал, правдой? Когда он начал сомневаться?

Обычно, Вегас всерьез не огрызается. Он не боится — его навыки куда лучше, чем у половины лучших телохранителей отца. Но не у брата. Да, возможно, Вегас не так крут, как Порш, Кинн или Питт... Даже имя отдается в груди застарелой болью. В игры с вымещением ненависти к себе можно вдвоем играть.

У Вегаса не такая тяжелая рука, но остро отточенные навыки. Если его отец — как дубина, сжатая в крепких руках, то Вегас — это пуля. Метко, четко. Одного удара хватает, чтобы откинуть отца к стене. Это странно. Это дико. Это словно не он, не тот Вегас, который смотрит из зеркала каждый день.

— Да насрать. Я это получил от тебя. Я такой же как ты. Все, чему ты научил меня, — Вегас не кричит.

Ему не нравятся итальянские драмы. Сволочная вежливость дает куда лучшие результаты в любых ситуациях. Для того, чтобы выбесить и запугать, ему не надо использовать видимость дикости. Он сумасшедший. А сумасшедшим к лицу смокинг, очки и умная книга в руках.

— Проигрывать, — Вегас выплевывает это слово, тянет его по слогам. Впервые с момента, как позволил уйти Питу, он счастлив.

Это счастье граничит с безумием. Он снова и снова вспоминает простую истину, которая столько лет от него ускользает. Дело не в нем. Дело в том, что его отец — редчайший мудак.

— Что ты сказал? — опасно щурится отец.

Где-то за дверью ежатся от ужаса лучшие телохранители. Они хотели бы оглохнуть, ослепнуть. Оказаться от эпицентра неминуемой боли как можно дальше. Но внезапный штиль, устанавливающийся после грохота, их даже сильнее пугает. По лицу кхуна, который выходит минуту спустя, невозможно ничего прочитать. Только в мертвых глазах, в которые попадает бурая кровь из рассеченной брови, пугающая до ужаса ярость. Телохранители забывают, как дышать. Но Вегасу наплевать.
Пусть кожа болит от наливающихся синяков, и распухающая рука говорит о повреждении, которое стоит показать врачу, он торжествует. Это пока не победа. Не новая жизнь. Не шаг вперед. Это всего лишь первая трещина в давящей с детства стене. И за ней чудится кислород, а не адское пламя. Они с братом теперь обязательно будут в порядке.

Однажды. Когда Вегас решит пару мелких проблем. Одна из которых — найти способ вернуть себе то, что случайно сломал. Сломал до того, как осознал, какое сокровище ему чисто случайно досталось.
Но станет ли он возвращать?

Вегас ненавидит Наративат — редкостная дыра. Будь его воля, и деловых партнеров в этом месте у него не осталось бы. Но на лодках куда проще транспортировать оружие и наркотики, на которых построен весь бизнес его семьи. Именно поэтому он не собирается задерживаться в Наративате ни на день, ни на час, ни на секунду сверх необходимого. Встреча с новым партнером затягивается. Из-за подписанных спустя месяце переговоров бумаг Вегас выходит в ночь: время сумасшедших, влюбленных и местных карманников.

— Оставайся, — предлагает ему Пат.

Распорядитель семьи в этих местах всегда изображал к нему искреннее расположение. И пусть Вегас и раньше замечал, насколько улыбка не касается его глаз, только сейчас это начало вызывать у него отторжение. Раньше Вегас думал, что не заслужил другого. Разве это действительно изменилось?

— Ночь на дворе, — камуфлируя под заботу попытку выслужиться, добавляет Пат отечески.

«Эй, — думает Вегас, — ты старше меня на три года, один месяц и два дня. Этого для подобного поведения маловато, не находишь?»

Но вежливо улыбается. Раскланивается. Обещает быть осторожнее. И уходит, прикрываясь срочными делами.
Его план закрыт на ближайшие три месяца. Стараясь избавиться от щемящего чувства потери, Вегас мечется между делами, как раненная собака. Но все бесполезно. Его тянет в Крунгтеп с того самого момента, когда Порш выходит на связь.

— Мне нужна твоя помощь, — говорит ему Порш.

У мальчика все задатки иждивенки. Он очень быстро привыкает пользоваться Вегасом. Раньше это казалось милым. Сейчас — немного, самую малость, раздражает. Даже бесит. Но Вегас видит свой шанс, поэтому улыбается:

— У меня есть своя цена.

Он превышает все возможные скоростные ограничения по пути в столицу. Нет смысла торопится, но Вегасу кажется, что от этого зависит его жизнь.
Вегасу хочется убедить себя, что дело в привязанности к Поршу и бессмысленной надежде на взаимность. Но это неправда. Стоит прикрыть глаза, в тенях и убожестве появляется вовсе не смуглый любовник кузена. Гладкие мышцы, бледная кожа, следы усталости. Татуировка, которая гладит его против шерсти самим фактом своего существования.

Блядь.

Вегас верит, что о любви знает все. Верит, что он по-настоящему влюбляется в Порша. Он ни хрена не знает о своих чувствах до прошлой недели. И это его раздражает. Вегасу хочется убивать.
Вегас не может позволить себе убивать. Впервые в жизни он думает, что если немного — хоть немного — исправится, возможно, он получит свой шанс починить то, что сломал.
Гадство.

— Я не знаю ничего об этой фотографии, — говорит Вегас Поршу. — Но я знаю того, кто может помочь. Но у меня есть своя цена. Тебе решать.

Эта цена неподъемная. Все еще видящий в Порше что-то светлое, Вегас думает — тот откажется. Не даст ни шанса. Когда Порш соглашается, Вегас чувствует бешенство. Впервые за долгое время ему хочется вмазать по смазливой мордашке женушки кузена. Но он сдерживается, как бы не хотелось орать: «он так защищал вас, а ты так просто решился его продать?!»

В конечном итоге Вегас сам занижает цену. Он уверен, Порш согласился бы притащить Пита и в загородный дом, а может и наручниками сковать. Но просит лишь устроить им с Питом встречу у бара. Это не безопасно. Здесь полно людей основной семьи, а у них много поводов смерти Вегасу желать. К тому же, нет причин верить, что Порш не разводит его, чтобы на блюдечке, обвязанного бантиком, на десерт муженьку поймать.
Но в отблесках таблички «The Root» не ощерившиеся оружием телохранители Кинна. Сердце заходится. Дергается и ноет палец, выдавая, что эмоции выходят из-под контроля. А глаза начинает щипать.

Пит бледнее, чем в те времена, когда следует за ним по пятам. Он выглядит уставшим, разбитым. Копией того себя, который исподволь — эти воспоминания приходят слишком поздно, а осознание их значения — неприлично запаздывают, — всегда заботился о непутевом отпрыске второй семьи.
В руках у Пита пачка сигарет. И Вегас хотел бы верить, что он действительно вышел, потому что в организме нехватка никотина. Но ему кажется, что Пит просто пытался сбежать.
В свете неона и уличных фонарей он выглядит угловато, гротескно — словно сошедшим с дорогой картины. Он хлопает себя по карманам. Знакомый жест. Но его зажигалка осталась в чужих руках, из которых сам он сбежал.
Пальцы немного дрожат, когда Вегас вытаскивает простенькую зажигалку с памятной гравировкой и предлагает Питу огня.

Вместо благодарности, — закономерно, чего еще монстру ждать? — получает лишь слепое дуло, направленное в грудь.
В столице жара. И металл не холодный — он обжигает через слои ткани. Или все дело во взгляде, в котором смешались болезненная паника, усталость и затравленность.
Пит совсем не похож на того, кто смеялся в лицо угрозам. Кто до последнего сопротивлялся. Вегас так долго старался его поломать. Поломал. Доволен, блядь?

Вегас делает шаг вперед, приближается. Они уже это проходили. Ему ничего не стоит выбить пистолет из руки. Вряд ли сил Пита хватит сопротивляться. Их странная связь честнее, чем все, что когда-то было в жизни у Вегаса. Пит мог ненавидеть его. Пит наверняка ненавидел его. И в то же время он оставался единственным в этом огромном мире, кто на деле о Вегасе позаботился.

Вегас никогда не хотел убивать Пита. И сейчас верил — это честно, острое, на изломе — взаимно.

— Если это поможет, стреляй. Пит, извини. Слышишь. Извини меня. Если это может хоть что-то исправить, — Вегас сжимает пальцами его запястье, поднимает руку.

Под его рубашкой — бронежилет. Он только вернулся из Наративата, где добрая треть населения с радостью согласилась бы старшего сына второй семьи убрать. Не за деньги, о, нет, они сами бы доплатили за такой заказ. Если Пит действительно хочет убить его, если это поможет его собрать из осколков, на которые Вегас разбил — бессмысленно в грудь стрелять.
Он поднимает руку так, что дуло упирается в лоб. Близко. Остро. Глаза в глаза.

— Мне сделать еще шаг? — спрашивает Вегас — тихо, сипло.

Может, так будет лучше. Глядя в глаза, Вегас чувствует себя максимально гадко. Он никогда не причиняет боль тем, кого любит. Это — правило, на котором теплятся остатки изломанной психики. И вместе с тем, даже осознав природу больной привязанности, он делает вещь, которая гаже всего, что произошло в убежище семьи.
Он покупает Пита у лучшего друга. Кто он, если не последний мудак, если подумать?

— Я не уйду. Не в этот раз. Стреляй.

Отредактировано Vegas (2022-07-23 10:01:24)

+2

28


— KAEYA ALBERICH —
[genshin impact]
https://forumupload.ru/uploads/001a/7b/c9/146/513471.gif
original

— ОБЩЕЕ —
Кэйа Альберих — приёмный сын клана Рагнвиндр, известных в Мондштадте винодельных магнатов. В настоящее время Кэйа служит капитаном кавалерии Ордо Фавониус. Являясь доверенным помощником действующего гранд мастера Джинн, недавно утверждённый капитан рыцарей Ордо Фовониус Кэйа уже выполнил бесчисленное множество задач, доказав свою мудрость, надёжность и незаменимость.

Если вы хотите найти Кэйю, то вряд ли вы сможете найти его в штабе Ордо Фавониус. Лучше загляните в какую-нибудь таверну после полуночи.Чаще всего Кэйю можно встретить за барной стойкой, болтающего с горожанами и попивающего знаменитую в Мондштадте «Полуденную смерть». Он на удивление популярен среди стариков, они его даже зовут «лучшим кандидатом во внуки Мондштадта». Трудно представить себе столь спонтанного, дружелюбного и любящего вино человека, как офицер Кэйа из Ордо Фавониус. Среди собутыльников Кэйи часто можно встретить и охотников, и даже местных разбойников. Независимо от того, насколько по началу им не нравится Кэйа, в конце концов они вываливают ему всю подноготную. Однако в зависимости от пролитой информации, дальнейшее развитие событий может варьироваться от неконтролируемого кошмара до безобидной шутки. «У каждого есть свои секреты, но не все знают, что с ними делать», – говорит Кэйа с ухмылкой, после которой хочется врезать ему в лицо. Однажды Кэйа сказал магистру Варке: «Справедливость – это вовсе не принцип, а итог насилия. А что касается самого процесса… Не беспокойтесь об этом». Если всё идёт по его плану, Кэйа не заботится о том, как всё закончится. Бесцеремонность и импровизация определяют характер Кэйи. Также можно сказать, что его характер не так уж и отличается от взрывного вкуса «Полуденной смерти». Однако же безрассудный подход Кэйи к вещам не лишён противоречий. Однажды, чтобы заставить главаря разбойников драться с ним один на один, Кэйа активировал древних стражей руин, которые заперли остальную часть банды с его собственным отрядом. После этого случая даже доверяющая ему Джинн неодобрительно покачала головой. Но Кэйе не просто всё равно. Кэйа наслаждается тем, когда сложная ситуация заставляет его принять важное решение.
Ему нравится видеть колебание в глазах своих товарищей, прежде чем броситься в бой вместе с ним, и страх в глазах своих врагов, прежде чем они бросают все свои силы против него.
Винодельческий бизнес на протяжении многих лет приносил богатства Мондштадту. Но процветание порождает жадность, а жадность привлекает бандитов и монстров. Защищая город от этих угроз, Кэйа берёт на вооружение не только меч, но и остроумный юмор. Однажды некий молодой рыцарь посвятил годы своей жизни изучению угроз вокруг Мондштадта и пришёл к поразительному выводу: Уровень опасности и отчёты о происшествиях как внутри, так и за пределами города показывают резкое снижение, когда «Полуденная смерть» вне сезона… Он показал свои находки капитану Кэйе в надежде получить от него какие-нибудь советы.
Кэйа со странной ухмылкой на лице ответил нервному молодому рыцарю: «Интересно. Я этим займусь сам».
С Кэйей легко разговаривать и приятно общаться. Единственное, на что он не проливает свет, – это его прошлое. Даже когда магистр требовал информацию о его прошлом, Кэйа избегал прямых вопросов и давал ответы, в которые едва можно было поверить. «Это случилось в конце лета, десять лет назад», – говорил он. «Мы с отцом проезжали мимо винокурни «Рассвет». «Пойду куплю нам в дорогу виноградного сока», – сказал он, но так и не вернулся. Если бы мастер Крепус не взял меня к себе, я, вероятно, не пережил бы ураган, разразившийся той ночью». За сухим описанием скрывается тщательно сконструированная ложь.
На самом деле разговор, состоявшийся в тот день, звучал так:
«Это твой шанс. Ты наша единственная надежда». Его родной отец сжал его худые плечи в своих руках, но продолжал смотреть вдаль. Где-то за горизонтом была их родина, Каэнри’ах. Кэйа никогда не забудет этот взгляд, в котором смешались надежда и ненависть.
Все мондштадтцы знают двух самых привлекательных молодых джентльменов города. Одним из них является безупречный Дилюк, элегантный фехтовальщик, на уверенном лице которого всегда играет дружелюбная улыбка. Другим джентльменом с экзотическим видом является Кэйа. Когда-то он был другом, опорой и «мозгом» Дилюка во всех столкновениях, которые они встречали плечом к плечу. Они были почти как близнецы, знали мысли и движения друг друга, не нуждаясь в словах. Они защищали Мондштадт при свете солнца и луны. Это длилось до того мрачного дня, когда гигантское чудовище напало на конвой, который сопровождал Дилюк. В первый раз Кэйа не выполнил свой долг… Единственный раз. Когда Кэйа наконец добрался до позиции Дилюка, было уже слишком поздно. Их отец умер от той неизвестной силы, с помощью которой ему удалось победить чудовище. Забыв о рыцарской дисциплине, и Кэйа, и Дилюк были потрясены тем, что увидели. «Даже такой человек, как мастер Крепус, при угрожающей опасности смог поддаться злой силе…» При этой мысли Кэйа всего лишь ухмыльнулся. «Мир полон неожиданностей». Вид их общего отца, мертвого в луже крови, заставил двух его сыновей навсегда разойтись в разные стороны.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
У меня всего два требования: не забрасывайте роль, получайте удовольствие от игры.
Заявка – не в пару.

— ПОСТ —

Донесшийся с севера ветер был жарок и сух, точно дыхание самого огненного архонта. Стоя на крыше таверны «Кошкин хвост», Дилюк повернулся на встречу ветру и сделал глубокий вдох, в надежде почувствовать дух родины. Казалось, сейчас он стоит на самом крою света, а вокруг, куда ни взгляни простирается жизнь, бескрайнее юное будущее. В такую ясную ночь отсюда были ясно видны даже пики далеких гор, вершины, окутанные изумрудным бархатом. Родина…
Как все же сильно Рагнвиндр успел соскучиться по родному и любимому городу. Частица души Тёмного Рассвета ликовало, уже лишь от присутствия его на территории Мондштадта. Однако, вместе с этим, по какой-то причине тяжело здесь находиться. Воспоминания всплывали одно за другим. «Тут они с отцом покупали свежие цветы, на одно из дней рождений Джинн», «на соседней маленькой улочке, они с Кэйей прятались от стражи, после одно из шалостей брата», воспоминания одно за другим были по самым уязвимым местам Дилюка. Было больно вспоминать брата и отца, так что Рагнвиндр попытался отогнать от себя все мысли о былом, и сосредоточиться на настоящем.
В последнее время, враги Мондштадта не стеснялись нападать на жителей по ночам. Фатуи, так вообще, претворяются добродетелями, и не стесняясь бродили по городу так, словно они уже были здесь хозяевами. Впрочем, выглядело со стороны все так, словно, это было и правда вопрос времени. Кто знает, сколько Монд еще протянет со своими «защитничками», которые не видят дальше своего носа. Хотелось бы сказать, что его брат – Кэйа, не такой… хотя нет, подождите, не хотелось бы, так сказать. Хотелось бы сказать, что его подруга – Джинн, не такая, но увы. Рыцарь Одуванчик хоть и трудилась на благо Монда, но все равно отделаться от Фатуи не могла, или не хотела. Конечно, хотелось бы верить в то, что ей не позволяли навыки дипломата послать их в… нет, не в бездну, там они слишком хорошо себя будут ощущать… в ромашковое поле. Все же, репутация Фатуи давно их опередила, оставалось только надеяться, что, хотя бы кто-то задумался над этими слухами.


«Прогулки» по ночному городу – стали важной традицией Дилюка. Каждую ночь, он отправлялся разобраться с врагами своего родного города, не редко спасая при этом жизни граждан, попавших в беду. Официально, Рагнвиндр прибыл в Мондштадт позднее, чем на самом деле. Юноша хотел с начала разобраться с угрозами, а уж потом думать, какие приёмы ему придётся проводить по случаю своего возвращения на родину. Отец всегда говорил: «делу время, а потехе час», подчёркивая, что нужно с начала переделать все важные дела, а уж потом, можно позволить себе немного передохнуть.
Тёмный Рассвет был готов к повышенному вниманию, к своей скромной персоне. Так сказать, был готов к тому, что все будут смотреть только на него, стоит ему «официально» переступить городские ворота. Однако, все обошлось. Многие даже не соизволили кинуть даже взгляда в сторону «Блудного сына Мондштадта». Некоторые люди встретили его взглядом, но подходить не стали, без остановочной что-то обсуждая между собой.
Уловив удивленный взгляд мастера Рагнвиндра, Аделинда прокомментировала: «если бы вы прибыли немного раньше, господин Дилюк, вы бы стали новостью «номер один», однако в нашем городе появился загадочный герой, и все обсуждают сейчас только его». Вот так вот воин сам у себя украл славу, чему был очень рад. Ещё с детства его обучали стойкости в подобных ситуациях, но легче всего «не упасть в грязь лицом», это вовсе не проходить через подобные испытания. Ответил Рагнвиндр лишь лёгкой улыбкой своей собеседнице и продолжил свой путь.


Рыцарь вернулся домой ближе к вечеру, разобравшись со своими делами. Оставалось не так много времени, прежде, чем он снова отправиться на охоту. Прием, который он по долгу статуса обязан провести, был запланирован на выходные, и приглашения были уже разосланы всем тем, кого Рагнвиндр был вынужден пригласить. Будь его воля, приём был бы сделан только для Джинн, или бы вовсе не приглашал никого.
– Войдите. – Поспешно произнес Дилюк, услышав стук в двери. По началу, рыцарь подумал, что скорее всего кто-то из его наёмных рабочих постучал в двери, и поздно понял, кого могло еще привести сюда этим вечером.

Отредактировано Diluc Ragnvindr (2022-07-25 11:57:41)

Подпись автора

https://forumupload.ru/uploads/001a/7b/c9/60/776649.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/7b/c9/60/656144.jpg https://forumupload.ru/uploads/001a/7b/c9/60/446637.jpg

+3

29


— Antonina (Tonya) —
[genshin impact]
https://i.imgur.com/7Ts3gC8m.jpg https://i.imgur.com/zyDkgcQm.jpg https://i.imgur.com/13BVOlQm.jpg
[договоримся]

— ОБЩЕЕ —
Аякс поднимает ее на руках - ей два годика, она еще такая маленькая, хотя и ему еще всего пять, он не намного старше - и думает: я никого и никогда не буду любить больше, чем эту девчушку.

Собственно говоря, в те годы он сам себе не лжет. И никого и никогда не любит больше, чем ее, попросту не способный на более сильные сантименты при всей своей зашкаливающей эмпатии.

Тоня растет… Точной копией его самого. И это ужасно раздражает. Теперь он сам, а не ему, говорит: нет, НЕТ, Тоня, нет! И она, конечно же, делает наперекор, вопреки, назло. Неуправляемая девчонка. Как и он сам. Семья и все поселение от них двоих попросту воют.

Они правда чертовски похожи. Хотя и Аякс в детстве постоянно заводил сестричку за спину и уверял раз от раза: так просто получилось, это я, я так сделал, других виноватых искать не нужно. Она не привыкает перекладывать на него ответственность, но то же само словно бы так получается.

Они шепчутся после:
- От ремня болит все у меня, но сделала и решилась на все ты. Понимаешь ведь?
- Понимаю. И мне так жаль…
- Не надо жалеть. Я старший. И пока ремень в руки берет отец - все в порядке. Но в будущем ты должна начинать осознавать - и за себя, и за всех отвечать придется именно тебе.
- А ты что..?
- А я пойду в армию.
- Точно?
- Скорее всего.

Ей тринадцать. Он ставит ее ноги в правильной лучной стойке (так стрела с большей вероятностью попадет в цель), а Тоня вдруг говорит: у меня месячные, поэтому я могу стрелять слабо и косо. Нога и живот, мол, побаливают. Аякс тихо давится ничем, просто вдохом: ладно, хорошо, дескать, не проблема. Хотя на деле для него это та еще проблема - как вести себя с девчонкой в такую пору?

 
Когда он приносит ей в комнату блюдце с очищенной грушей, стоически отвоеванной у младших братишек, она смеется:
- Я не умираю, Аякс. Просто вот так порой случается. И случаться будет оно часто.
- Ладно. А мне что делать? - потеряно спрашивает он.
Ничего не делать, как выясняется. Быть терпеливым (немного) и самим собой (много и как всегда).

 
Мамы дома нет постоянно. Так что они сами разбираются и с месячными, и с первой влюбленностью, и с тем, что Тоня однажды говорит:

- Видела тебя на церемонии, - он уже в звании Предвестника, ему уже двадцать лет, совсем взрослый мальчик. Единственный оставшийся в их доме взрослый мальчик. - У тебя… Думаю, эту женщину не стоит ждать в гости в наш дом?

Уже Тарталья замирает, каменеет, зависает просто зверски. И кое-как, все еще взъерошившись, как шерсть встала дыбом у щеночка, осведомляется:

- Какую женщину? Селестия, Тоня, что ты болтаешь…

Сестра смотрит на него с ласковой полуулыбкой. Такая…искренняя и честная. Она понимает: он просто не хочет говорить о дамочке, которой руку подавал на спуске с лестницы атриума у половины страны на глазах. И не то что бы ее брат не воспитан праведно и правильно - Тоня просто знает, что тот бы и головы не повернул в сторону девицы, которую не считает себе равной и…с которой не спит. Ей немного ревниво. Ей не нравится. Но Аякс делает для них всех столько… Можно и простить это случайное увлечение.

Девицу кличут Синьорой. И Тоня ту попросту ненавидит.

Когда они разговаривают о приказе в Ли Юэ, она обнимает брата и спрашивает:

- А когда ты вернешься?

Он пожимает плечами:

- Не знаю. Через пару годиков? В Ли Юэ…сложный приказ, - они одни и их никто не слышит. Он трогает, гладит ее ладони и хочет верить, что она сейчас не плачет. Не во вне, так-то он все слышит, но внутри себя самой. - Но я все сделаю. Справлюсь. Луки тебе, - сестра правда на него так похожа, он очень ею гордится. - Игрушки - Тевкру, а Антону…

- Аякс. Когда ты вернешься?

- Как смогу. Тоня, милая моя, верь мне, как смогу, я сразу буду дома.

Домой он не приходит ни через год, ни через два, ни через три.

Но каждый месяц пишет по письму. А Тоня, читая очередное из (Ли Юэ - красивая теперь страна в ее мыслях; и там есть кто-то, кого брат зовет "принцем" и о ком пишет донельзя восторженно, ей уже просто всякое в голову приходит, несуразное такое), думает про себя: а не пойти ли следом? А не стать ли брату тенью и подспорьем?

И эти мысли гонят ее из родной страны.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Так как в каноне о Тоне известно совсем ничего, то лично для меня главное - концепт взаимоотношений с Аяксом, который про теплое, преданное и семейное. Домашние девочки с такими братьями не вырастают, хаха. А посему еще хотелось бы, чтобы Тоня с детства с рогаткой наперевес и отчаянным желанием "хочу быть на него похожей!". По сюжету сообразим, зависит от того, чего будет хотеться: можешь и из страны сбежать по следам и следом, а можешь за время моего отсутствия в Ли Юэ вступить в ряды Фатуи. Ну или пельмешки там дома налепить к моему возвращению, хаха. В любом случае буду любить, обожать и всячески холить, лелеять. С женщиной своей познакомлю (вы друг другу не_понравитесь), ненароком утяну в локальную (или не очень) войну.
Каст у нас тут про мало и в тельняшках пока что, но то дело наживное. Сам я мальчик в написании постов шустрый (Синьора не даст соврать, мы два сапога пара в этом отношении), обычно пишу раз в день-два и по 4к+, однако, спокойно подстраиваюсь под более размеренный темп. Внеигрового общения не требую - все по желанию. Но если таковое есть: и за хэдканоны, и за прочее, и даже побегать в Геншине (конечно, blin, побегать, сказал я, обитая на Америке) с легкостью.
Такие дела. Жду, надеюсь, верю и так далее по списку.

— ПОСТ —

Как он вдруг решил признаться: неловко оказаться посреди полного зала тех, кто всегда будет с маниакальным стремлением отыскивать твои слабости и пытаться поставить тебя на ступень, что многим ниже занимаемой ими самими, в танце, о котором ты и слышал-то украдкой, не то что бы знать хотя бы пару движений? Хаха. Да что он - оказывается - вообще знает о неловкости.

На самом деле нет никакого “вдруг”. И никакого двойного дна. Тарталья не умеет признавать свою немочь только на поле боя - того, на котором ты всегда с клинками наперевес и в шаге от поражения (гибели), противника или же своей собственной. И хотя сейчас мозаичный пол зала приемов мало чем отличается от оного - в его системе внутренних координат оно совершенно точно не стоит того внимания, того значения, которым по неведомой причине принято одаривать. Уймись у него внутренняя благоговейная дрожь от посвящения в новый титул всецело - ему бы ничего не стоило под первые незнакомые ноты развернуться лицом к (не)благодарной публике, развести руками и объявить: а можно, дескать, другого кавалера для леди? А то я опасаюсь в ногах запутаться и истоптать той наверняка изящные пальчики под носками туфель.

В конце-концов, он, пусть и весьма иронично названный для них всех, проживших с пару тройку, а то и десяток его жизней, ребенком, не танцор (и не шут, хаха). Его взяли в ряды Предвестников как бойца (а еще дипломата, манипулятора, провокатора и так далее по списку). И кто-то правда что ли ждет, что он обязан оказаться хорош в танце? Ее Милость точно нет. Царица явно ожидает от него, что если танцу за пределами скрещенного оружия вдруг нужно будет обучиться во благо интересов Фатуи - то он обучится. И быстро. Вот и все.

Она выдыхает - он вдыхает. Тоже чуть резче ожидаемого. И смешливо и якобы бесхитростно фыркает (как будто бы в легких успевает осесть остро-пряный запах чужих духов, что-то с нотками сухого и разогретого на солнце, а, может, уже и вовсе тлеющего изнутри дерева):

- К примеру, женщины гораздо более самолюбивы? Самолюбие порождает чувство безнаказанности. А это опасненько, - не менее опасно, чем ощущаются “шажки” чужих пальцев с острыми (такими можно разодрать пару-тройку сонных артерий играючи, кажется) коготками по собственному плечу. - В Предвестники что, идут за прощением? Уверен, что если в глазах той, что может принимать решения, тебе вдруг не посчастливится оказаться дурой, а мне - глупцом, то никакой скидки на то, что ты носишь корсет и юбки, а я - нет, не будет. Да и знаешь… Не смогу прожевать - проглочу так. И либо подавлюсь, либо выплюну. Зависеть будет от того, что именно попало в эти зубки.

Тарталья этими самыми зубками и клацает тихо над чужим ухом. Прежде чем они-таки уходят в танец.

Бездна его побери (снова, хаха), но это во сто крат сложнее, чем прицельный выстрел в десяточку с расстояния в полсотни метров. Аякс как просто юноша искренне надеется, что не сжимает руки на ладони и талии леди слишком сильно - он кошмарно сконцентрирован и сосредоточен на всех ее полунамеках и движениях-уловках, на удивление, позволяющих и впрямь самому двигаться так, будто он точно знает, что делает.

Жест-шаг-вдох-ритм. И никакого такта, если вдуматься.

Синьора забрасывает ему ногу на бедра - и он ловит себя на том, что спускает руку с ее поясницы ниже. Сам себя оправдывая в тот момент: всего лишь для устойчивости. Ведь центр тяжести чужого тела смещается. Жаль, от досадливого прищура, когда пальцы таки мажут по коже в отвратительно откровенном разрезе на бедре, оно не спасает. Аякс не хотел бы позволять себе лишнего - он просто не считает, что имеет на это право ( как и время, как и желание).

Хотя короткие рыжие волоски на загривке все равно поднимаются дыбом, под аккомпанемент хлесткого звука; чужие светлые волосы проходятся самыми кончиками по мраморному полу как плетью из замаха. Тарталья слышал, что одним из арсенала своих оружий Восьмая кнут и держит. И теперь никак не может отделаться от навязчивого желания глянуть одним глазком, как та с ним управляется.

На пол между тем названная Прекрасной леди в том числе сползает каплей ртути - такая же смертоносная отрава. Ее в какой-то момент Одиннадцатый вздергивает не законченности, не апогея красивого танцевального движения ради - ему просто вот теперь-то откровенно неловко. Не потому что в касаниях к ногам, от колен и по направлению к бедрам, есть нечто неприличное (это же танго, о котором он ничего не знает, хаха). Аяксу несвободно от россыпи едких мурашек по предплечьям и даже стеснительно от слабого и теплого давления внизу живота.

Какое, blyat’, фиаско.

Танец заканчивается, остро режет по слуху финальными высокими нотами гипнотической (кто это вообще придумал? Сама Бездна, не иначе), а он думает: я не готов. Точно также, как и начинать, вот так резко обрывать оный - со странным чувством душной неудовлетворенности.

Хотя, может, это в зале просто жарковато, людей (и нелюдей) то сколько, хаха.

- Миледи умеет быть щедра на комплименты? - он посмеивается, старательно перемежая свое привычное и беззаботное веселье с едва заметно, но сбившимся дыханием, и смотрит прямо. Что, в общем-то, фатальная ошибка. Ведь в отличие от легкой и раздражающей тесноты в самом себе, не ощутить, не понять никоим образом, что зрачки у него успевают сожрать с треть небесно-голубой радужки, расширившись. - Вот уж не думал. Позволишь?

Красивый жест хорошего тона: когда Тарталья ту ее ладонь, к которой вернулся придерживающим жестом собственной руки, тянет ближе. Это не поцелуй, нет, поцелуй бы стал кошмарной и обесценивающей слишком многое из этих маленьких и незначительных побед (а он правда считает, что только что справился с весьма сложной задачкой; как там говорит Тоня, с задачкой со звездочкой?) пошлостью. Это этикет. Сухое касание к тыльной стороне. Благодарность юноши ко вниманию леди.

Только вот во время этого прикосновения Тарталья в кой-то веке перестает улыбаться. Он смотрит - взгляд ложится на чужое лицо как будто снизу вверх - с кристально ясным осознанием: женщина перед ним чертовски опасна.

Хотя и еще до конца не понимает, почему именно.

Отредактировано Tartaglia (2022-07-30 22:33:19)

Подпись автора

https://i.imgur.com/dawgFTLl.png
by my lady

+5

30


— Scaramouche —
[genshin impact]
https://i.imgur.com/BDCRKB5m.jpg https://i.imgur.com/NLRLqESm.jpg https://i.imgur.com/mCX0XDum.jpg
[original]

— ОБЩЕЕ —
Тарталья любит детей, у него прекрасно получается ладить с теми, да и опыт воспитания аж троих младших в собственной семье накладывает определенный отпечаток.

А еще он, смотря на эти забавные лиловые шортики до колена - сам-то стоя в боевой форме, из изъянов лаконичности в которой лишь постоянно забытая быть загнанной в петлю нижняя пуговица на куртке и алый шарф - никак не может отделаться от ощущения, что перед ним ребенок и есть. Ну а что? Все эти побрякушки, сложные хитросплетения ремешков, а еще шляпа… Со шлейфом и двумя подвесными медальонами… Боже. Когда они с Антоном и Тевкром играли в пиратов, они тоже надевали на себя все, что под руку в доме попадалось - начиная от лент, которыми себе косы заплетала мать, и заканчивая рыболовными наживками отца (за что попадало уже им, но это совсем другая история). Когда Тоня впервые начала витать в облаках, в свои одиннадцать проникнувшись каким-то соседским пацаном - она рядилась очень схожим и нелепым образом; слишком мала была еще, чтобы отличать мальчишек от сорок.

Так что Тарталья поджимает губы, не пряча улыбки, но старательно сдерживая смешок, и тянет:

- Малыш, мы еще не знаком…

“Малыш” смотрит в ответ не волком - у зверей в глазах никогда не бывает столь откровенной, холодной и словно бы безыдейной ярости, но выплевывает ядовитой змеей из болот Сумеру:

- Еще раз меня так назовешь, и я сначала вырву твои глаза и заставлю тебя их сожрать, а потом дожирать ты уже будешь собственные яйца. Пошел в Бездну. Мне вообще не интересно, кто ты.

Аякс смотрит тому вслед с едва заметной задумчивостью: все в рядах Предвестников такие нервные, любопытно?

Хотя… Шляпа все равно потешная донельзя.

 
“Малыша” зовут Скарамучча и тому порядка скольки-то там сотен (или даже тысяч) лет. Еще со временем Тарталья узнает, что служить под того началом рядовые Фатуи не любят еще больше, чем служить под началом Синьоры: Восьмая хотя бы просто требовательна до содранных шкур в случае чужих провалов, Шестой же шкуры, по слухам, сдирает порой просто так, в угоду своей природной жестокости.

Ничего удивительного в том, что Тарталья в какой-то момент записывает того в свои любимые оппоненты в игре “кто кого и до чего доведет первым”, правда же?

С другой стороны, сталкиваясь с методами работы Шестого, Аякс то и дело ловит себя на приступах слабой тошноты. Ему - весьма эмпатичному и человечному по натуре своей - претит такая озлобленность буквально против всего живого на землях Селестии.

 
Как-то раз Тарталья спрашивает (в редкий момент отсутствия собственной деланно дружелюбной улыбки):

- Приятель, ты никогда не был в Бездне?

И чувствует облегчение, когда в его сторону привычно огрызаются: нет, мол, не был.

- Это хорошо. Потому что я был. И немножко неуютно было бы узнать, что ты такая тварь конченная именно из-за нее. Типа, знаешь, не хотелось бы однажды тебе уподобиться.

Скарамучча смотрит в ответ впервые как-то оценивающе. И, судя по выражению лица, поверить не может, что Одиннадцатый, малолетняя рыжеволосая выскочка, может иметь с Бездной что-то общее. Однако вдруг все равно говорит:

- Чтобы стать таким, как я, недостаточно побывать где бы то ни было. Но было бы достаточно просто никогда не рождаться.

И не сказать, что Тарталья не возвращается время от времени к мыслям о том, что именно значили эти слова.

— ДОПОЛНИТЕЛЬНО —
Дайте мне мелкую (хотя кто из нас мелкий-то, хаха) злобную тварюшку на взаимно зубоскалить, замахиваться (друг на друга или на кого-то третьего, опционально), вряд ли на перетереть за жизнь (скорее за то, что каждый из нас уверен - другой о настоящей во многих смыслах жизни ни Бездны не знает), но мы ж все-таки коллеги и все такое. А еще мы с моей женщиной Синьорой спокойно дадим немало поводов на:

- фу, blyat’, он же конченный / фу, blyat’, она же дикая;
- может быть вы уже снимете себе номер, Бездна вас побери?!!;
- сообразить на троих какое-нибудь кровавое дельце, где ты будешь лютовать, она - стоять красивая с кнутом наперевес и думать “я, конечно, sugar mommy, но мамочкой просто в детский сад не нанималась”, а я обращаться к мысленной риторике в духе “ну просто ностальгия по Бездне, такие ж лютые твари, что я здесь делаю, Селестия” (и тоже маленько и этично, эмпатично, благородно лютовать под настроение).

P.S. Пожелание лично от Синьоры: друга бы ей заклятого. Когда смотреть друг на друга аж тошно, но при этом смотреть на то, как тебя/ее в угол загоняют - так не пойдет, ребятки, сейчас вас всех наденут головами на пики, и жизненное кредо этих взаимоотношений в диалоге в духе:

- Ты умерла? Как жаль. Стоп, что? Не померла? Как жаль вдвойне.
- Ты дезертировал? Как жаль. Стоп, что? Я опять тебя наблюдаю? Как жаль вдвойне.

А в остальном рапортуем, господин еще один Предвестник: пишем с женщиной быстро, раз в день-два-три, 4к+, однако, спокойно подстраиваемся под более размеренный темп. Внеигрового общения не требуем - все по желанию. Но если таковое есть: и за хэдканоны, и за прочее, и даже побегать в Геншине (конечно, blin, побегать, сказал я, обитая на Америке, но женщина на Европе, она умная) с легкостью.

— ПОСТ —

Как он вдруг решил признаться: неловко оказаться посреди полного зала тех, кто всегда будет с маниакальным стремлением отыскивать твои слабости и пытаться поставить тебя на ступень, что многим ниже занимаемой ими самими, в танце, о котором ты и слышал-то украдкой, не то что бы знать хотя бы пару движений? Хаха. Да что он - оказывается - вообще знает о неловкости.

На самом деле нет никакого “вдруг”. И никакого двойного дна. Тарталья не умеет признавать свою немочь только на поле боя - того, на котором ты всегда с клинками наперевес и в шаге от поражения (гибели), противника или же своей собственной. И хотя сейчас мозаичный пол зала приемов мало чем отличается от оного - в его системе внутренних координат оно совершенно точно не стоит того внимания, того значения, которым по неведомой причине принято одаривать. Уймись у него внутренняя благоговейная дрожь от посвящения в новый титул всецело - ему бы ничего не стоило под первые незнакомые ноты развернуться лицом к (не)благодарной публике, развести руками и объявить: а можно, дескать, другого кавалера для леди? А то я опасаюсь в ногах запутаться и истоптать той наверняка изящные пальчики под носками туфель.

В конце-концов, он, пусть и весьма иронично названный для них всех, проживших с пару тройку, а то и десяток его жизней, ребенком, не танцор (и не шут, хаха). Его взяли в ряды Предвестников как бойца (а еще дипломата, манипулятора, провокатора и так далее по списку). И кто-то правда что ли ждет, что он обязан оказаться хорош в танце? Ее Милость точно нет. Царица явно ожидает от него, что если танцу за пределами скрещенного оружия вдруг нужно будет обучиться во благо интересов Фатуи - то он обучится. И быстро. Вот и все.

Она выдыхает - он вдыхает. Тоже чуть резче ожидаемого. И смешливо и якобы бесхитростно фыркает (как будто бы в легких успевает осесть остро-пряный запах чужих духов, что-то с нотками сухого и разогретого на солнце, а, может, уже и вовсе тлеющего изнутри дерева):

- К примеру, женщины гораздо более самолюбивы? Самолюбие порождает чувство безнаказанности. А это опасненько, - не менее опасно, чем ощущаются “шажки” чужих пальцев с острыми (такими можно разодрать пару-тройку сонных артерий играючи, кажется) коготками по собственному плечу. - В Предвестники что, идут за прощением? Уверен, что если в глазах той, что может принимать решения, тебе вдруг не посчастливится оказаться дурой, а мне - глупцом, то никакой скидки на то, что ты носишь корсет и юбки, а я - нет, не будет. Да и знаешь… Не смогу прожевать - проглочу так. И либо подавлюсь, либо выплюну. Зависеть будет от того, что именно попало в эти зубки.

Тарталья этими самыми зубками и клацает тихо над чужим ухом. Прежде чем они-таки уходят в танец.

Бездна его побери (снова, хаха), но это во сто крат сложнее, чем прицельный выстрел в десяточку с расстояния в полсотни метров. Аякс как просто юноша искренне надеется, что не сжимает руки на ладони и талии леди слишком сильно - он кошмарно сконцентрирован и сосредоточен на всех ее полунамеках и движениях-уловках, на удивление, позволяющих и впрямь самому двигаться так, будто он точно знает, что делает.

Жест-шаг-вдох-ритм. И никакого такта, если вдуматься.

Синьора забрасывает ему ногу на бедра - и он ловит себя на том, что спускает руку с ее поясницы ниже. Сам себя оправдывая в тот момент: всего лишь для устойчивости. Ведь центр тяжести чужого тела смещается. Жаль, от досадливого прищура, когда пальцы таки мажут по коже в отвратительно откровенном разрезе на бедре, оно не спасает. Аякс не хотел бы позволять себе лишнего - он просто не считает, что имеет на это право ( как и время, как и желание).

Хотя короткие рыжие волоски на загривке все равно поднимаются дыбом, под аккомпанемент хлесткого звука; чужие светлые волосы проходятся самыми кончиками по мраморному полу как плетью из замаха. Тарталья слышал, что одним из арсенала своих оружий Восьмая кнут и держит. И теперь никак не может отделаться от навязчивого желания глянуть одним глазком, как та с ним управляется.

На пол между тем названная Прекрасной леди в том числе сползает каплей ртути - такая же смертоносная отрава. Ее в какой-то момент Одиннадцатый вздергивает не законченности, не апогея красивого танцевального движения ради - ему просто вот теперь-то откровенно неловко. Не потому что в касаниях к ногам, от колен и по направлению к бедрам, есть нечто неприличное (это же танго, о котором он ничего не знает, хаха). Аяксу несвободно от россыпи едких мурашек по предплечьям и даже стеснительно от слабого и теплого давления внизу живота.

Какое, blyat’, фиаско.

Танец заканчивается, остро режет по слуху финальными высокими нотами гипнотической (кто это вообще придумал? Сама Бездна, не иначе), а он думает: я не готов. Точно также, как и начинать, вот так резко обрывать оный - со странным чувством душной неудовлетворенности.

Хотя, может, это в зале просто жарковато, людей (и нелюдей) то сколько, хаха.

- Миледи умеет быть щедра на комплименты? - он посмеивается, старательно перемежая свое привычное и беззаботное веселье с едва заметно, но сбившимся дыханием, и смотрит прямо. Что, в общем-то, фатальная ошибка. Ведь в отличие от легкой и раздражающей тесноты в самом себе, не ощутить, не понять никоим образом, что зрачки у него успевают сожрать с треть небесно-голубой радужки, расширившись. - Вот уж не думал. Позволишь?

Красивый жест хорошего тона: когда Тарталья ту ее ладонь, к которой вернулся придерживающим жестом собственной руки, тянет ближе. Это не поцелуй, нет, поцелуй бы стал кошмарной и обесценивающей слишком многое из этих маленьких и незначительных побед (а он правда считает, что только что справился с весьма сложной задачкой; как там говорит Тоня, с задачкой со звездочкой?) пошлостью. Это этикет. Сухое касание к тыльной стороне. Благодарность юноши ко вниманию леди.

Только вот во время этого прикосновения Тарталья в кой-то веке перестает улыбаться. Он смотрит - взгляд ложится на чужое лицо как будто снизу вверх - с кристально ясным осознанием: женщина перед ним чертовски опасна.

Хотя и еще до конца не понимает, почему именно.

Отредактировано Tartaglia (2022-08-02 16:51:18)

Подпись автора

https://i.imgur.com/dawgFTLl.png
by my lady

+6

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » CROSSTELLER » Гостевая книга » Нужные персонажи


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно